Внешняя национальная политика КНР

Быстрое продвижение Китая к статусу сверхдержавы вызывает тревогу и сильные опасения у других стран. Особенно у его ближайших соседей. Сегодня мы видим, что Китай подчиняется слабым международным ограничителям, особенно в собственном регионе. Наряду с другими странами тихоокеанского региона он является членом Форума Азиатско-тихоокеанского сотрудничества. Саммит стран Восточной Азии и региональный форум Ассоциации государств Юго-Восточной Азии теснее привязывают его к азиатским соседям. Шанхайская организация сотрудничества связывает Китай с Россией и странами Центральной Азии. Однако верных друзей и союзников в регионе у Китая практически нет. Даже Россия – ненадежный союзник, Россия воспринимает Китай как страховку от разных бед. Другие крупные региональные партнеры Китая – Индия и Япония – относятся к нему с подозрением и страхом. Между ними существует ряд неурегулированных противоречий. Получается, что своими друзьями Китай может назвать лишь пару диктатур - Мьянму и Северную Корею. Но Мьянма играет на разногласиях между Китаем и Индией, а также его партнерами по АСЕАН, а Северная Корея эксплуатирует страх Китая перед тем, что после крушения нынешнего режима возникнет сильная, демократическая Корея, находящаяся в союзных отношениях с Америкой. При этом, хотя внешнеполитическая обстановка в целом является благоприятной для Китая и не содержит прямых военных угроз, в мире существует ряд внешних рисков и вызовов КНР. Национальный вопрос оказывает наибольшее влияние на региональную политику, его необходимо учитывать прежде всего при решении региональных конфликтов. У Китая имеется ряд региональных проблем и противоречий, если сформулировать кратко, наиболее серьёзные это:

1). Проблема Тайваня.

Китай вынужден постоянно ссылаться на военную силу в целях предотвращения провозглашения независимости Тайваня, что существенно портит имидж страны на мировой арене. Тайвань остаётся постоянным раздражителем в отношениях КНР и США. В случае провозглашения независимости острова, КНР окажется в сложнейшей политической ситуации, резко ухудшатся отношения с Западом и возникнут экономические потери.

2). Корейская проблема.

В случае обладания КНДР ядерным оружием создаётся зона ядерной нестабильности на границах Китая, увеличивается риск военного конфликта в Корее. Тогда Китай, связанный обязательством защищать КНДР по Соглашению о перемирии 1953 г., будет поставлен в трудное политическое положение. А неспособность северокорейского режима управлять собственной экономикой создаёт угрозу гуманитарной катастрофы на границе с северо-восточными районами Китая. Исходя из этого, Китаю выгодно создание новой политико-юридической основы мира в Корее и структурная трансформация северокорейского режима, начало реформ и открытости в КНДР.

3). Нерешённые территориальные споры с Японией, Южной Кореей, странами АСЕАН в Южно-Китайском море, Индией.

Компромиссное решение отложить проблему позволяет Китаю минимизировать территориальные угрозы. Китай готов вести бесконечные переговоры, идя при этом на улучшение отношений в других сферах. Он отказался от практики провоцирования южных соседей, стягивая военно-морские силы к островам в Южно-Китайском море, на которые претендуют сразу шесть стран. Представляется, что долгосрочный курс на экономическую интеграцию с приграничными странами, с АСЕАН, Японией, Южной Кореей, Индией, будет способствовать плавному снятию остроты территориальных споров.

4). Индо-Пакистанский конфликт и международные амбиции Индии.

Военная эскалация между Индией и Пакистаном несёт прямую угрозу безопасности Китая. КНР выгодны сохранение статус-кво, развитие индо-пакистанского диалога, усиление миротворческой роли ООН и роли Китая, как одного из мировых лидеров, прилагающих миротворческие усилия в регионе.

5). Проблемы Ближнего Востока.

Угрозы и вызовы этого региона затрагивают проблемы энергетической безопасности Китая и его политического имиджа. Осторожная позиция, в том числе и по проблемам Ирака, позволяет Китаю сохранить лицо и свои позиции в регионе. Однако в дальнейшем возникнет необходимость более рельефно обозначить свою позицию по ближневосточному урегулированию.

6). Проблемы Центральной Азии.

Китай в рамках ШОС держит оправданный курс на противодействие угрозам терроризма, экстремизма и сепаратизма. Позиции уйгурских сепаратистов значительно ослаблены. При этом уйгурские диаспоры Казахстана и Кыргызстана стали использоваться в виде удобного фактора для решения внешнеполитических проблем – например, противодействуя активности уйгуров в Кыргызстане, президент Акаев получал возможность для более мягкого подхода Китая к проблеме пограничных территорий, и т.д. Но необходимо отметить, что нынешний состав ШОС – КНР + четыре члена Организации договора о коллективной безопасности (ОДКБ) + Узбекистан – не самый оптимальный для обеспечения китайских интересов. В таком составе Россия и её союзники могут сдерживать китайские инициативы, не отвечающие их интересам.

Учитывая внутриполитическую и внешнеполитическую обстановку, территориальная целостность – это вопрос стратегической важности для Китая. Историки отмечают, что вплоть до первой половины ХХ века периферийные районы, населенные неханьскими национальностями, ещё не были органической часть китайской государственной структуры: у них не было тесных экономических, а зачастую и политических связей с внутренними провинциями. Иногда даже реальные взаимоотношения пограничных национальных районов с внутренними территориями были не такими тесными, как их взаимоотношения с зарубежными странами. Например, Синьцзян имел тесные отношения с Россией и Советским Союзом, в определённый период с Англией; у Тибета с Англией, а у Юньнани с Францией осуществлялась свободная торговля, заключались соглашения о взаимных контактах в различных сферах[14, с.12]. Естественно, руководство Китая это не устраивало. Китай всегда был готов на крайние меры, чтобы сохранить свой контроль над данными территориями. Во времена кризиса центральной власти выступления населения на окраинах страны усиливались.

Если подробно рассматривать ситуацию с Синьцзяном, то основную поддержку уйгурские сепаратисты получали из стран Центральной Азии. И Российская империя, и СССР также имели реальные рычаги воздействия и пользовались этим в зависимости от состояния взаимоотношений с Китаем, но действий, направленных на признание независимости уйгурских образований с российской стороны не было ни в ХIХ, ни в ХХ веке. А конфликты на Северном Кавказе, в Чечне, повлияли на то, что Россия в данном вопросе поддерживает официальный Китай. КНР добилась от России признания уйгурских боевиков террористами. Россия сегодня в положении «вне игры» в Западном Китае. Информационную материальную поддержку уйгурам оказывали с Запада, в основном из США. США обвиняли Китай в нарушении прав человека и демократии, Китай в свою очередь настаивал на невмешательстве в его внутренние дела. Поскольку США – основной противник Китая на международной арене, им всегда были на руку любые внутренние противоречия и конфликты в КНР. Но после событий 11 сентября 2001 года Китай вступил в антитеррористическою коалицию, и отношения между странами по данному вопросу стабилизировались. Хотя Китай по-прежнему настораживает потенциальная возможность стимулирования американцами деятельности уйгуров в Синьцзяне, появление военных баз США и НАТО в близости от китайских границ.

Можно считать, что прямой угрозы территориальной целостности в Китае сегодня не существует. Национальные проблемы и сепаратизм в большей степени влияют на международный имидж страны. В связи с борьбой с терроризмом, исламским экстремизмом и сепаратизмом, наркоторговлей и пиратством, а также в связи с изменением международного положения страны, сепаратизм в СУАР и Тибете имеет меньшую внешнюю поддержку, чем раньше. Буддизм не пользуется популярностью в мире за исключением Индии и ряда малых стран, поэтому жёсткая позиция Пекина по вопросу международных визитов Далай-ламы воспринимается не в контексте борьбы за независимость Тибета, а в контексте нарушения прав человека. Угроза территориальной целостности Китая из-за Тибетской проблемы может исходить лишь от Индии. Но здесь Китай принимает ряд важных мер – от социально-экономических (поднятие уровня жизни и развитие экономики Тибета), развития экономических отношений и мер доверия с Индией, до мер военно-политического сдерживания. Проблема Тибета представляет особенно большую угрозу с точки зрения имиджа государства. Последние события это подтверждают. Волнения в Тибете вызвали волну выступлений на Западе. Активисты организаций, выступающих за независимость Тибета, совершили атаки на китайские посольства в США и Европе. Во многих азиатских и европейских городах прошли митинги против действий китайских властей. Погромы в Тибете не прекращаются. Накануне Олимпиады общественное мнение особенно остро реагирует на происходящее. Отрицательные последствия для Китая уже очевидны. Что будет дальше, покажет время.

Таким образом, можно утверждать, что национальный вопрос не только имеет важнейшее значение во внутренней политике Китая, он влияет на все сферы жизни государства. Во внешней политике внутригосударственные национальные противоречия – это крайне уязвимое место. Многие государства пытаются манипулировать данной проблемой, используют её в своих интересах, добиваясь от Китая определённых действий, уступок, либо через внутренние конфликты пытаясь повлиять на его международное положение.