Открытие английскими путешественниками Северо-Восточного прохода

Англия в первой половине XVI в. была слаба, чтобы пытаться оспаривать португальское и испанское господство в южных и западных морях, но для англичан оставались открытыми северные моря. И они начали искать Северо-Восточный проход, т. е. морской путь из Западной Европы в Восточную Азию в обход Северной Европы и Азии.

Первыми на поиски морского пути на Восток, идя северными широтами, отправились Джон Кабот (1497-1498) и его сын Себастьян Кабот.

Генуэзец Джованни Кабото десятилетним мальчиком переехал в 1461 г. с отцом в Венецию, через 15 лет стал гражданином республики, женился на венецианке и имел от этого брака трех сыновей; второго сына звали Себастьяном. О жизни Кабота в Венеции почти ничего не известно: видимо, он был моряком и купцом, ходил на Ближний Восток за индийскими товарами, побывал в Мекке и расспрашивал арабских купцов, откуда они получают пряности. Из их неясных ответов Кабот заключил, что пряности "родятся" в каких-то странах, расположенных очень далеко, к северо-востоку от "Индий". А так как Кабота считал Землю шаром, то сделал вывод: далекий для индийцев Северо-восток – "родина пряностей" – является близким для итальянцев Северо-западом. Между 1490 и 1493 гг. он, вероятно, проживал в Валенсии, побывал в Севилье и Лиссабоне, пытаясь заинтересовать испанских монархов и португальского короля своим проектом достижения страны пряностей через Северную Азию, но потерпел неудачу. Не позднее 1494 г. Кабото со всей семьей переехал в Англию и поселился в Бристоле, где его стали звать на английский манер Джоном Каботом. Бристоль был тогда главным морским портом Западной Англии и центром английского рыболовства в Северной Атлантике. Начиная с 1480 г. бристольские купцы несколько раз посылали суда на запад на поиски островов Бразил и "Семи Городов", но эти корабли возвращались, не совершив никаких открытий.

Получив известия об открытиях Колумба, бристольские купцы дали средства на снаряжение новой западной экспедиции и поставили во главе ее Д. Кабота. Возможно, что инициативу проявил он сам. В 1496 г. испанский посол в Лондоне писал Фердинанду и Изабелле: "Некто, как Колумб, предлагает английскому королю предприятие, подобное плаванию в Индию". В ответном письме они рекомендовали послу протестовать против такого нарушения "прав" Испании и Португалии. Однако, английский король Генрих VII еще до получения протеста письменно разрешил Каботу и его трем сыновьям "плавать по всем местам, областям и берегам Восточного, Западного и Северного морей... чтобы искать, открывать и исследовать всякие острова, земли, государства и области язычников и неверных, остающихся до сего времени неизвестными христианскому миру, в какой бы части света они ни находились". Король оговаривал для себя пятую часть дохода от экспедиции. В разрешении намеренно не указывалось южное направление, чтобы избежать столкновения с испанцами и португальцами.

Бристольские купцы снарядили один небольшой корабль "Мэтью" с экипажем в 18 человек. 20 мая 1497 г. Д. Кабот отплыл из Бристоля на запад и все время держался чуть севернее 52° с. ш. Плавание проходило при тихой погоде, правда, частые туманы и многочисленные айсберги сильно затрудняли движение. Около 22 июня налетел штормовой ветер, который вскоре утих. Утром 24 июня Кабот достиг какой-то земли, названной им Терра Прима Виста (по-итальянски – "первая увиденная земля"). Это была северная оконечность о. Ньюфаундленд, к востоку от залива Пистолет (см. приложение 2, 4). В одной из ближайших гаваней он высадился и объявил страну владением английского короля. Затем Кабот двинулся на юго-восток близ сильно изрезанного побережья, обогнул п-ов Авалон и в заливе Пласеншия, дойдя приблизительно до 46°30' с. ш. и 55° з. д.. повернул обратно к "пункту отправления". В море у п-ова Авалон он видел огромные косяки сельдей и трески. Так была обнаружена Большая Ньюфаундлендская банка, крупная – более 300 тыс. км2 – отмель в Атлантике, один из самых богатых в мире районов рыболовства.

Весь маршрут у ньюфаундлендского берега занял около одного месяца. Кабот считал осмотренную землю обитаемой, хотя и не заметил там людей и не приставал к ее берегам. 20 июля он взял курс на Англию, придерживаясь того же 52° с. ш., но несколько отклонился к югу и 3 или 4 августа, коснувшись о. Уэссан, близ Бретани, прибыл в Бристоль 6 августа. Кабот правильно оценил свою "рыбную" находку, объявив в Бристоле, что англичане теперь могут не ходить за рыбой к Исландии. Впрочем, весьма возможно, что баски и другие западноевропейские рыболовы уже разведали пути к ньюфаундлендским мелям и даже посещали Лабрадор.

В Англии со слов Кабота решили, что он открыл "царство великого хана", т. е. Китай. Некий венецианский купец писал на родину: "Кабота осыпают почестями, называют великим адмиралом, он одет в шелк, и англичане бегают за ним, как сумасшедшие". Это сообщение, видимо, сильно преувеличивало успех Кабота. Известно, что он, вероятно, как чужеземец и бедняк, получил от английского короля награду в 10 фунтов стерлингов и, сверх того, ему была назначена ежегодная пенсия в размере 20 фунтов. Карта первого плавания Кабота не сохранилась. Испанский посол в Лондоне доносил своим государям, что видел эту карту, рассмотрел ее и заключил, что "пройденное расстояние не превышало четырехсот лиг" – 2400 км.

В начале мая 1498 г. из Бристоля вышла на запад вторая экспедиция под начальством Д. Кабота, в распоряжении которого была флотилия из пяти судов. Предполагают, что он умер в пути, и начальство перешло к его сыну, Себастьяну Каботу. О второй экспедиции до нас дошло еще меньше сведений, чем о первой. Несомненно лишь то, что английские суда в 1498 г. достигли североамериканского материка и прошли вдоль его восточного побережья далеко на юго-запад. Моряки высаживались иногда на берег и встречали там людей, одетых в звериные шкуры (североамериканских индейцев), не имевших ни золота, ни жемчуга. Из-за недостатка припасов С. Кабот повернул обратно и вернулся в Англию в том же, 1498 г. В глазах англичан вторая экспедиция не оправдала себя. Она стоила больших средств и не принесла даже надежд на прибыли (на пушные богатства страны моряки не обратили внимания): покрытые лесами, почти необитаемые берега новой земли никак не могли быть берегами "Катая" или "Индий". И в течение нескольких десятилетий англичане не предпринимали новых серьезных попыток западным путем плыть к Восточной Азии.

О больших географических достижениях второй экспедиции Кабота мы знаем не из английских, а из испанских источников. На карте Хуана Ла Косы нанесена далеко к северу и северо-востоку от Эспаньолы и Кубы длинная береговая линия с реками и рядом географических названий, с заливом, на котором написано: "море, открытое англичанами", и с несколькими английскими флагами. Известно также, что Алонсо Охеда в конце июля 1500 г. при заключении с короной договора на экспедицию 1501-1502 гг., закончившуюся полной неудачей, обязался продолжать открытия материка "вплоть до земель, посещенных английскими кораблями". Наконец, Пьетро Мартир сообщил, что англичане "дошли до линии Гибралтара" (36° с. ш), т. е. продвинулись несколько южнее Чесапикского залива.

Таким образом, в результате заокеанских плаваний Джона Кабота путь в Китай так и не был найден. В итоге первой экспедиции Джон Кабот открыл северную оконечность о. Ньюфаундленда, к востоку от залива Пистолет. Эта территория была объявлена владением английского короля. Далее Джон Кабот отправился на юго-восток, обогнул п-ов Авалон (здесь он увидел Большую Ньюфаундленскую Банку – отмель в Атлантике, богатый рыбой район) и в заливе Пласеншия повернул обратно в Англию. Джон Кабот считал открытую им землю обитаемой, хотя людей там не встретил и на берег не высаживался. Английское общество решило, что путь в Китай открыт (они ошибались). Джон Кабот был одарен королевскими почестями. Вторая экспедиция была начата Джоном Каботом, но в пути он умер, дело продолжил его сын – Себастьян Кабот. Он достиг североамериканского материка и прошел вдоль его восточного побережья на юго-запад. Из-за нехватки продовольствия пришлось вернуться в Англию. Вторая экспедиция не принесла значительной прибыли, разве что в области географии (англичане побывали в районе Эспаньолы и Кубы, где установили свои флаги, дошли до Гибралтара).

Следующим английским путешественником, который продолжил поиски северо-западного прохода на Восток был Себастьян Кабот, который к концу XV-началу XVI вв. в определенных кругах был известен как прекрасный картограф, отважный мореплаватель, великолепный лоцман.

Долгие годы считалось, что С. Кабот, знающий и опытный моряк, но очень тщеславный человек, прикрывавшийся именем отца, после возвращения из экспедиции, во время которой Д. Кабот умер, больше не плавал. Обнаруженные сравнительно недавно в Англии документы позволяют ныне уверенно говорить еще о двух самостоятельных плаваниях С. Кабота в высоких широтах Северо-Западной Атлантики. Первое состоялось в 1504 г. На двух кораблях бристольских купцов весной 1504 г. он достиг североамериканского материка – неизвестно, какого пункта, а в июне лег на обратный курс. Географические результаты экспедиции не указаны, а товарные отмечены: оба судна вернулись осенью того же года в Бристоль с грузом соленой рыбы (40 т) и тресковой печени (7 т) из района о. Ньюфаундленд.

Второе плавание было выполнено в 1508-1509 гг. на кораблях, снаряженных королем. Кабот проследовал вдоль восточного побережья Лабрадора до 64° с. ш. в поисках Северо-Западного прохода и проник в пролив, находящийся, судя по сохранившимся скупым сведениям из его отчета, между 61 и 64° с. ш. Он прошел по этому проливу около 10° по долготе, т. е. 540 км, а затем повернул на юг, в большое море – Тихий океан, по его мнению. Положение и размеры пройденного им пролива соответствуют примерно Гудзонову проливу – длина около 800 км, расположен между 60°30/ и 64° с. ш. Эти факты позволяют считать, что Кабот открыл, правда, вторично, после норманнов, Гудзонов пролив и Гудзонов залив.

Таким образом, в результате первого самостоятельного путешествия Себастьяна Кабота (после смерти отца) был достигнут североамериканский материк, географические результаты не известны, из района Ньюфаундленда судна вернулись с большим уловом рыбы и тресковой печени. Второе морское путешествие Себастьяна Кабота закончилось вторичным открытием Гудзонова пролива и Гудзонова залива.

Следующие поиски северо-восточного пути на Восток были предприняты английскими путешественниками в середине XVI в. Во многом это совпало с тем, что к этому времени некоторые отрасли английской экономики (особенно сукнодельческая и торговля) переживали не лучшие времена, нуждаясь как в новых источниках сырья, так и сбыта. Поэтому по совету С. Кабота и при его участии лондонские "почтенные и мудрые люди" организовали "Общество купцов-предпринимателей для открытия стран, земель, островов, государств и владений, неведомых и даже доселе морским путем не посещаемых". Общество купило три корабля, отремонтировало их и снабдило небольшими вспомогательными парусно-гребными судами (пинасами), обычно помещавшимися на борту корабля.

Начальником экспедиции и командиром лучшего судна (120 т) был назначен знатный дворянин Хью Уиллоуби; главным штурманом флотилии и капитаном крупнейшего (160 т) корабля – Ричард Ченслор; командиром третьего (90 т) – штурман Корнелий Дюрферт. Никто из членов нового общества и капитанов не имел представления о странах, куда направлялась экспедиция. Команда флотилии состояла из 105 человек. Кроме того, на борту кораблей было 11 купцов.10 мая 1553 г. флотилия Уиллоуби оставила устье Темзы (см. приложение 4), но из-за сильных ветров только в августе достигла норвежского о. Сенья (у 69° с. ш.). Там в ночь на 3 августа 1553 г. поднялась буря, и судно Ченслора разлучилось с двумя другими. Когда ветер несколько стих, Уиллоуби и Дюрферт пошли к Варде (на северо-востоке Норвегии), но не сумели разыскать эту гавань. 14 августа рано утром показалась земля. "Мы подошли к ней и спустили бот, чтобы посмотреть, что это была за земля. Но бот не мог подойти к берегу из-за мелководья и большого количества льда... На берегу не было видно никаких признаков жилья. Земля эта находится на широте 72°". Если Уиллоуби верно определил широту, то он дошел до Гусиной Земли – юго-западного выступа Новой Земли. Три дня англичане продвигались к северу, обнаружили в малом корабле течь и повернули на юг. 21 августа Уиллоуби отметил, что море становилось "все мельче и мельче и все же не было видно берега". Чтобы избежать опасности, он отошел в открытое море и четыре недели шел на запад, то вдоль берега, то теряя его из вида пока за небольшим островом не достиг устья реки, где решил зимовать. Англичане не нашли там ни людей, ни жилья.

А следующей зимой 1554 г. русские поморы обнаружили за Нокуевым островом, у Мурманского берега, в устье р. Варзины два судна: "...стоят на якорях в становищах, а люди на них все мертвы, и товаров на них много" (Двинская летопись).

Корабль Ченслора (штурман Стивен Барроу), обогнув Нордкап, неделю простоял у Варде, ожидая Уиллоуби, а затем проник в Белое море и 24 августа 1553 г. вошел в устье Северной Двины. Ченслор, не дождавшись разрешения, отправился санным путем в Москву. На полпути он встретил гонца, который передал ему царское приглашение. Иван IV с большой пышностью принял "королевского посла" (так назвал себя Ченслор) и обещал покровительство английским купцам. В марте 1554 г. он отпустил Ченслора. Когда тот вернулся в Англию, "Общество купцов-предпринимателей" было официально утверждено правительством.

Таким образом, первая попытка отыскать Северо-Восточный проход в Азию оказалась не удачной. Из-за погодных условий кораблям пришлось разделиться. Уиллоуби и Дюрферт отправились к гавани Варда, но найти ее так и не смогли, они подошли к юго-западному выступу Новой Земли (Гусиная Земля), в устье реки Варзины решили зимовать, но не встретили там ни людей, ни жилья, моряки погибли. Корабль Ченслора через Нордкап подошел к гавани Варда, не дождавшись Уиллоуби, через Белое море вошел в устье Северной Двины, санным путем отправился в Москву, а позже вернулся в Англию.

Следующая попытка англичан добраться до Китая, идя северными широтами, связана с деятельностью Стивена Барроу, штурмана Ченслора. Так,

купцы-предприниматели надеялись через Обь, о которой они узнали от русских, проникнуть в Катай (Китай). Поэтому Стивен Барроу был послан в 1556 г. к Оби на небольшом судне "Серчтрифт" ("Ищи выгоды"). 9 июня 1556 г. Барроу благополучно вошел в устье Колы. "Пока мы стояли на реке (Обь), мы ежедневно видели, как по ней спускалось много русских ладей, экипаж которых состоял минимально из 24 человек. Среди русских был один, по имени Гавриил… Он сказал мне, что все они наняты на Печору на ловлю семги и моржей... обещал предупреждать меня о мелях, и он это действительно исполнил".

22 июня "Серчтрифт" вышел в море с русскими ладьями. Медленно продвигаясь на восток, большей частью вдоль берега, Барроу два дня неудачно пытался обогнуть Канин Нос. "... Стоя на якоре, мы заметили, что... поднимается что-то вроде шторма, и не знали... здесь никакой гавани... Я увидел парус... это Гавриил, "покинув безопасную стоянку, подошел на сколько мог ближе к нам..." В густом тумане помор ввел корабль в удобную гавань (Моржовец). 15 июля Барроу прошел через "опасный бар" Печоры. Там он простоял пять дней, а затем один двинулся в открытое море. Утром 21 июля "Серчтрифт" попал во льды. Выйдя из них, Барроу четыре дня следовал на восток, подошел к острову (вероятно, Междушарский) у юго-западного берега Новой земли и у 72° 42' с. ш., по его определению, нашел хорошую стоянку.

Он встретил там несколько русских ладей. Кольский помор Лошак сказал Барроу, что тот повернул в сторону от "дороги, которая ведет на Обь", что суша, к которой он подошел, называется "Нова Зембла" и что на ней "находится, как он думает, самая высокая гора в мире". На Северном острове, действительно, есть приморские вершины более 1000 м, которые могли показаться помору очень высокими: одна – у Маточкина Шара, другая – у губы Митюшихи. Лошак дал "все сведения..., которые относились к цели [английской] экспедиции", т. е. к пути на Обь. 31 июля Барроу стал на якорь "среди Вайгачских островов" – у острова близ северо-западного берега Вайгача, где увидел русских на двух малых ладьях. Через два дня он перешел к другому островку, где снова встретил Лошака. Они высадились на берег, вероятно, на Вайгач. Лошак повел Барроу к "самоедским идолам" и рассказал ему о быте самоедов. Эти материалы делают отчет Барроу очень ценным источником по истории ненцев.

6 августа Лошак расстался с Барроу на широте 70° 25'. После разлуки с ним Барроу очень мало продвинулся на восток и 22 августа повернул обратно, "потеряв всякую надежду в этом году на какие-нибудь новые открытия на востоке". Перезимовал Барроу в Холмогорах. Весной 1557 г. ему приказали идти на поиски некоторых английских судов", но он выполнил под благовидным предлогом другое, тайное поручение: описал Мурманский берег, а "мимоходом" составил первый краткий англо-ненецкий словарь (около 100 слов).

Таким образом, цель плавания Стивена Барроу (найти путь в Китай через Обь) достигнута не была. Стивен Барроу побывал в устье реки Колы, попытался обогнуть Канин Нос, посетил гавань Моржовец, прошел через "опасный бар" Печоры, был у острова Междушарский (юго-западный берег Новой Земли). И все это не без помощи русских поморов, Гавриил предупредил о мелях, показал удобную гавань Моржовец, кольский помор Лошак указал путь на реку Обь, поделился сведениями о быте самоедов (ненцы). К Оби Стивен Барроу не отправился, перезимовал в Холмогорах, потом выполнил поручение английской короны (описал Мурманский берег и составил англо-ненецкий словарь) и направился в Англию.

Итак, видим, что в первые попытки дойти до Китая и Индии северными широтами английских мореходов не увенчались успехов, но ими были достигнуты определенные результаты: Д. и С. Каботы открыли путь в Северную Америку; экспедиция Уиллоби – Ченслора привела к налаживанию контактов между Московским государством и Англией, а кроме того, к созданию Английской Московской компании, которая получила монополию на ведение торговли с Россией; плавание С. Барроу способствовало дальнейшему проникновению англичан на Север России.