Патогенез эндемического зоба и его симптомы

Эндемический зоб - это основное местное выражение сложного патологического процесса, вызванного дефицитом йода в окружающей среде и другими струмогенными факторами. Известно, что йод - необходимый компонент гормонов щитовидной железы. Так, тироксин на 65 %, а трийодтиронин на 59 % состоят из йода (Э. П. Касаткина, 1997; M. M. Streff, L. C. Pachucki-Hude, 1996). Несмотря на то, что имеющиеся материалы по функциональной деятельности щитовидной железы и ее регуляции продолжают оставаться спорными (Б. В. Алешин, В. И. Губский, 1983), по мнению большинства исследователей пусковым звеном патогенеза является нарушение биосинтеза тиреоидных гормонов на разных этапах гормонообразования - от поглощения йода щитовидной железой до синтеза тироксина и трийодтиронина, а также изменение функциональных взаимоотношений в системе гипофиз - щитовидная железа (В. У. Давыдов, 1985; Е. А. Холодова, 1996).

По современным представлениям (Ф. Я. Бернштейн, 1966; Р. Р. Рачев, Н. Д. Ещенко, 1975; Б. В. Алешин, В. И. Губский, 1983; А. Алиев и соавт., 1986; А. Б. Токбергенов, 1988; Н. А. Уразаев, 1990; А. П. Авцин и соавт., 1991; М. Я. Жолондз, 1997; J. Vono et al., 1996; T. J. Visser, 1996) биосинтез тиреоидных гормонов достаточно сложный. Его можно условно разделить на 7 стадий.

1. Концентрация и фиксация йодидов в щитовидной железе. Йод поступает в организм с пищей, водой и частично с вдыхаемым воздухом. В кормах и воде йод присутствует в виде йодидов (KJ, NJ), которые всасываются на протяжении всего пищеварительного тракта у жвачных, главным образом, в рубце. А - и В-тироциты обладают свойством специфически захватывать неорганические соединения йода из протекающей через железу крови, посредством механизма улавливания J - "йодного насоса", который находится под регуляторным воздействием тиреотропного гормона гипофиза.

2. Окисление йодидов до молекулярного йода. Этот процесс осуществляется с помощью фермента трийодпероксидазы после выхода йодидов из эпителиальной клетки фолликула в его внутреннее пространство, заполненное коллоидом.

3. Превращение йода и тирозина в монойодтирозин и дийодтирозин, образование тироксина и трийодтиронина прочно связанных в фолликулах щитовидной железы с белком тиреоглобулином. Тиреоглобулин - основной компонент коллоида фолликулов щитовидной железы. Он является основной запасной формой тиреоидных гормонов, содержит до 90 % йода, составляет до 75 % общей массы паренхимы щитовидной железы. Необходимо отметить, что основное количество трийодтиронина образуется не в щитовидной железе, а в периферических тканях, путем дейодирования тироксина. Тиреоглобулин содержит приблизительно 110 молекул тирозина, которые после йодирования идут на построение тироксина и трийодтиронина. Однако, только небольшая часть молекул тирозина, расположенных в непосредственной близости к поверхности молекул тиреоглобулина, включается в процесс йодирования. Последний осуществляется в апикальной, покрытой микроворсинками зоне тиреоцитов.

4. Освобождение тиреоидных гормонов из связи с тиреоглобулином, выход монойодтирозина, дийодтирозина, тироксина и трийодтиронина в общую циркуляцию.

5. Дегалогенизация монойодтирозина и дийодтирозина; использование йодидов. Щитовидная железа способна к реутилизации йода, в ней содержится микросомальная дегалогеназа, катализирующая дейодирование монойодтирозина и дийодтирозина, но не действующая на тироксин и трийодтиронин (А. П. Авцин и соавт., 1991). Поэтому считалось, что в кровь проходят только тироксин и трийодтиронин. Однако, по новым данным (Н. Т. Старкова и соавт., 1996) в кровь наряду с тиреоидными гормонами попадает некоторое количество йода и тиреоглобулина. Это имеет значение для осмысления патогенеза аутоиммунных заболеваний щитовидной железы.

6. Связывание тироксина и трийодтиронина a - глобулинами крови. Белками - переносчиками являются: тироксинсвязывающий глобулин или интер-a - глобулин, в меньшей мере преальбумин и альбумин. В тканях эти комплексы распадаются с высвобождением тиреоидных гормонов.

7. Действие тироксина и трийодтиронина на уровне клетки. Влияние гормонов щитовидной железы в организме животных и человека направлено не на определенные "клетки-мишени", а распространяется на функции всех клеток и субклеточных единиц, на структуру и активность ряда важнейших энзимов, макромолекул и надмолекулярных образований. Рецепция тироксина происходит в цитоплазме клетки. Проникнув внутрь ее, тироксин частично связывается с белками цитосола, но, как правило, подвергается действию дейодазы - фермента, активирующего отнятие одного атома йода от тироксина в цитоплазматической сети. Интенсивность перехода тироксина в трийодтиронин регулируется конкуренцией между цитоплазматической сетью и цитосолом. Точкой приложения образовавшегося трийодтиронина является внутриядерный хроматин (точнее ДНК).

Основными биологическими эффектами тиреоидных гормонов являются:

1) рост и развитие клетки, причем действие оказывается через клеточное ядро, непосредственно на уровне транскрипции;

2) дифференцировка тканей и прежде всего нервной;

3) физиологическая и репаративная регенерация;

4) биоэнергетические процессы в митохондриях (калоригенный эффект, стимулирующее влияние на поглощение кислорода и окислительные процессы);

5) реализация генотипа в фенотип. При этом биологическое действие трийодтиронина в 5-10 раз активнее действия тироксина и в 2-3 раза быстрее скорость кругооборота. Период полураспада молекулы трийодтиронина равняется 16 - 36 ч, тогда как - тироксина - около 6-7 дней ( Р. Р. Рачев, Н. Д. Ещенко, 1975; Я. Мусил, 1985; Дж. Бакл, 1986; И. И. Дедов, 1992; R. E. Weiss, S. Refetoff, 1996; D. Berthon et al., 1996; A. A. Starkov, 1997; A. Almeida et al., 1997).

Ряд авторов (P. J. Davis, F. B. Davis, 1996; M.I. Heron et al., 1997) указывают на значительную роль гормонов щитовидной железы в росте, развитии и функциональном состоянии сердца и сосудов. H. Kobori (1997) утверждает, что тиреоидные гормоны стимулируют выработку ренина. Тироксин регулирует рост шерсти у животных (А. Л. Падучева, 1979). Особенно велико значение тиреоидных гормонов в период внутриутробного и раннего постнатального развития (Э. П. Касаткина, 1997).

Регуляция синтеза и активности гормонов щитовидной железы осуществляется в процессе сложного взаимодействия нейромедиаторов, гормонов и ферментов на уровне центральной нервной системы, гипофиза, щитовидной железы, крови и периферических тканей. Центральная нервная система воздействует на гормональную активность через нейронные пути, идущие от таламуса к гипоталамусу. Катехоламины и серотонин стимулируют секрецию тиротропин-релизинг гормона гипоталамусом, тогда как соматостатин и дофамин ее угнетают (рис.6). Кортизол и эстрогены, неоднозначно влияя на эффекты тиреоидных гормонов в специфических тканях, участвуют в регуляции секреции тиреотропина. Уровень биологических эффектов тироксина и трийодтиронина в тканях опосредованно через гормон роста (СТГ) и другие факторы влияют на гипоталамическую компаненту регуляторной системы. Существует механизм реагирования тиреоидной оси на стрессовые состояния (шок, голодание, патологические процессы, понижение температуры).

Tиротропин-релизинг гормон, попадая в гипоталамо-гипофизарную циркуляцию, стимулирует синтез и секрецию тиреотропного гормона гипофиза тиротропными клетками аденогипофиза. Тиреотропный гормон гипофиза представляет собой гликопротеид с молекулярной массой 28000 образованный двумя полипептидными цепями (α и β). Проявление гормональной активности гипофизарного тиреотропина начинается со связывания его β-субъединицы со специфическими рецепторами мембраны эпителия щитовидной железы, далее следует активация аденилатциклазы, что в свою очередь влечет за собой активирование и фосфорилирование множества внутриклеточных белков и ферментов. Тиреотропный гормон гипофиза контролирует большинство метаболических процессов в щитовидной железе. Его основной эффект сводится к стимуляции продукции и секреции тиреоидных гормонов, а хронический - к гипертрофии и гиперплазии щитовидной железы. Циркулирующие в крови гормоны щитовидной железы тормозят секрецию тиреотропного гормона гипофиза по принципу отрицательной обратной связи. Так определяется необходимый уровень функциональной активности щитовидной железы и поддержания устойчивого резерва (пула) тиреоидных гормонов оптимального для конкретной ситуации, в которой оказался организм.

В кровяном русле тироксин и трийодтиронин связываются преимущественно a - глобулинами, преальбуминами и альбумином плазмы крови. Сывороточные белки, связывающие тиреоидные гормоны у человекообразных обезьян и лошадей аналогичны таковым у человека, а у крупного рогатого скота, овец, коз, свиней и собак имеются особенности их строения. Белки крови связывают 99,97 % тироксина и 99,70 % трийодтиронина, причем сродство этих белков к тироксину значительно выше, чем к трийодтиронину, что объясняет более длительный период полураспада тироксина. При прохождении тиреоидных гормонов через ткани, особенно почки, печень, легкие и мышцы происходит дейодирование тироксина, в результате которого в кровяном русле повышается концентрацич трийодтиронина. Благодаря этой периферической конверсии образуется около 80% трийодтиронина, присутствующего в кровяном русле (А. П. Авцин и соавт., 1991).

Помимо системы "гипофиз-щитовидная железа" активное участие в регуляции уровня тиреоидных гормонов в крови принимает печень, которая является важнейшим потребителем тироксина. Регуляция потребления печенью тиреоидных гормонов осуществляется вегетативными нервными центрами через печеночные ответвления блуждающего нерва (М. Я. Жолондз, 1997). В печени происходит дезаминирование, дейодирование тироксина и трийодтиронина, а также образование парных глюкуроновых и серных кислот гормонов, которые удаляются с желчью. Этим же путем покидают печень и небольшое количество йодсодержащих гормонов. Конъюганты гормонов, попавших в кишечник, частично гидролизируются ферментами бактерий, и свободные гормоны снова всасываются (А. П. Авцин, 1991).

В функциональной активности щитовидной железы наблюдаются сезонные и суточные колебания. Известно, что темнота повышает, а освещение подавляет ее функцию. Повышение температуры обычно снижает секрецию тиреоидных гормонов, тогда как охлаждение усиливает ее (Р. Р. Рачев, Н. Д. Ещенко, 1975).

Компенсаторные возможности щитовидной железы в плане восстановления функции органа и поддержания устойчивого пула тиреоидных гормонов значительны. Известно несколько эволюционно сложившихся механизмов адаптации (Я. Мусил, 1985; А. П. Авцин и соавт., 1991; Э. П. Касаткина, 1996; А. Т. Старкова, 1996; J. Kohrle, 1996; T. J. Visser, 1996).

1. В ответ на воздействие зобогенных факторов и снижение уровня тиреоидных гормонов в крови, по принципу отрицательной обратной связи, повышается уровень тиреотропного гормона гипофиза, что усиливает процесс захвата йода клетками щитовидной железы и синтеза тиреоидных гормонов. Кроме того, хроническое повышение уровня тиреотропного гормона гипофиза способствует гиперплазии паренхиматозных клеток и усилению захвата йода щитовидной железой. Таким образом, в условиях дефицита йода процент его поглощения в щитовидной железе увеличивается в 4-8 раз. В этом случае может возникнуть зоб, который обычно бывает эуфункциональным. G. Stockigt (1986) полагает, что между размерами зоба и уровнем тиреотропного гормона гипофиза в крови существует прямая корреляция.

2. Усиленный синтез и метаболизм тиреоидных гормонов в ответ на повышение уровня тиреотропного гормона гипофиза способствует усилению процесса оборота йода, что позволяет организму обходиться меньшими количествами йода.

3. При йодной недостаточности изменяется характер синтеза тиреоидных гормонов. В физиологических условиях основным гормоном, который синтезируется щитовидной железой, является тироксин. При дефиците йода щитовидная железа увеличивает продукцию трийодтиронина. Этот гормон дает более выраженный эффект, чем тироксин и, что особенно важно, при его синтезе расходуется меньше йода.

4. В условиях дефицита йода доказано ускоренное превращение тироксина в трийодтиронин в тканях, что также повышает активность гормонов щитовидной железы. При прохождении тиреоидных гормонов через ткани почек, печени, легких и мышц происходит дейодирование тироксина, в результате чего в кровеносном русле повышается концентрация трийодтиронина. Благодаря этой периферической конверсии тироксина образуется около 80 % трийодтиронина, присутствующего в кровеносном русле.

В результате эволюционно выработанных механизмов адаптации 80-90 % организмов приспосабливаются к йодной недостаточности, и лишь 5-20 % популяции не способны справится с регуляцией метаболических процессов и развивают эндемическую патологию (Велданова М. В., 2001).

Таким образом, метаболизм йода и механизмы превращения гормонов щитовидной железы из одного вида в другой довольно сложны и в большинстве случаев позволяют животным успешно адаптироваться к условиям незначительного дефицита йода. В случаях выраженной йодной недостаточности и при наличии в окружающей среде других струмогенных факторов, компенсаторные механизмы полностью не устраняют эти вредные воздействия (Э. П. Касаткина, 1996; J. Vono, 1996). В этих случаях, под влиянием стойкого увеличения количества тиреотропного гормона гипофиза эпителиальные клетки вначале гипертрофируются, позже возникает их гиперплазия. Результатом является увеличение щитовидной железы, которая визуально становится заметной и появляются признаки эндемического зоба. Если вовремя не восполнить дефицит йода и тиреоидных гормонов, то эпителиальные клетки железы атрофируются, происходит рост соединительной ткани, а животные длительный срок страдают от гипофункции щитовидной железы (А. Алиев и соавт., 1986; И. П. Кондрахин, 1989; R. J. Kemppainen, T. P. Clark, 1994). Это дает основания рассматривать эндемический зоб как заболевание адаптационной природы (А. П. Авцин и соавт., 1989).

Тиреоидным гормонам принадлежит важная роль в регуляции многих физиологических функций, они оказывают определяющее влияние на энергетические процессы в организме, уровень продуктивности, воспроизводительную способность, жизнеспособность и интенсивность роста потомства, устойчивость животных к заболеваниям. Функциональная активность щитовидной железы является важнейшим фактором в регуляции обмена веществ у животных, эндокринных процессов и резистентности организма. Дефицит в организме животных тиреоидных гормонов сопровождается нарушением углеводного, жирового, белкового, гликопротеидного и витаминно-минерального обмена, замедлением их роста и развития, снижением воспроизводительной функции, понижением активности целлюлезолитической функции преджелудков жвачных. В результате недостатка тиреоидных гормонов нарушается деятельность сердца, центральной нервной системы, печени, желудочно-кишечного тракта и других органов. Патология обмена гликопротеидов приводит к накоплению муцина в тканях и появлению микседем (слизистых отеков) (В. Н. Туголукова, 1972; Р. Р. Рачев, Н. Д. Ященко, 1975; Л. Г. Замарин, 1977; А. М. Самотин, 1982; И. П. Кондрахин, 1989; E. D. Kienle et al., 1994; M. Klein et al., 1995; M. Salerno et al., 1995; P. D. Wolf et al., 1996; M.I. Heron et al., 1997).

У сельскохозяйственных животных, как и у человека, образование гипотиреоидного зоба сопровождается снижением основного обмена, усиленным отложением жира и подавлением синтеза белка (А. Хеннинг, 1976; V. Guimaraes, L. J. De Groot, 1996).

По данным радиоиммунологических исследований (И. М. Карпуть, В. В. Ковзов, 1998, 1999) у заболевших животных наблюдается увеличение содержания тироксина и трийодтиронина, соответственно: 120,85±2,57 и 3,78±0,28 нмоль/л. На 15-й день опыта эти показатели у телят с увеличением щитовидной железы снижались. Содержание тироксина составило 58,95±14,76 нмоль/л, трийодтиронина - 1,85±0,34 нмоль/л, что свидетельствует о развивающимся гипотиреоидном состоянии. У клинически здоровых телят на всем протяжении опыта показатели гормональной активности щитовидной железы оставались относительно стабильными.

Клиническое проявление (симптомы)

Специфический признак эндемического зоба - увеличение щитовидной железы ("зоб") чаще отмечается у молодняка животных и у мелких жвачных.

Л. Г Замарин (1985) выделяет две формы эндемического зоба:

1. Эндемический зоб с отчетливо выраженным увеличением шеи в области щитовидной железы.

2. Эндемическое увеличение щитовидной железы, определяемое, главным образом, по ее морфологическим изменениям.

Первая форма встречается преимущественно у молодняка, вторая у взрослых животных.

У взрослого крупного рогатого скота щитовидная железа увеличивается незначительно. Пальпация щитовидной железы затруднена в связи с особенностями ее топографического положения (возле дорсолатеральной части трахеи (рис.9)). Относительно толстая и плотная кожа, богато развитая подкожная клетчатка препятствуют пальпации органа. Однако, при тщательно выполняемой пальпации, в подавляющем большинстве случаев, удается выявить увеличение щитовидной железы по расширению и подвижности перешейка, соединяющего боковые доли органа, при этом обнаруживают увеличение одной или даже обеих долей щитовидной железы. Обращают внимание на величину, консистенцию, подвижность и ощутимую болезненность железы (И. Г. Шарабрин и соавт, 1983; Н. А. Уразаев, 1988).

Ориентирами пальпации щитовидной железы служат щитовидный и перстневидный хрящи и первые кольца трахеи. В области последних располагается перешеек, от которого вправо и влево идут доли. В норме у животных щитовидная железа не прощупывается при пальпации. Отличить зоб от соседних образований можно обычно с помощью реакции на глотание. Во время глотания железа передвигается вместе с трахеей, так как она прикреплена к ней (С. А. Ярославцев, 1976; А. В. Виноградов, 1987).

Клиницисты различают три основные формы зоба:

1) зоб диффузный (разлитой) - struma diffuza;

2) зоб нодозный (узловой) - struma nodosa;

3) зоб диффузно-нодозный (смешанный) - struma mixta diffuza - nodosa. Разлитой зоб представляет собой щитовидную железу, увеличенную вследствие более или менее равномерной гиперплазии и гипертрофии ее. Очень часто при этом правая доля больше чем левая. Для узлового зоба характерно местное, по типу опухоли, поражение щитовидной железы. Узел может возникать в перешейке или в одной из долей (узел коллоидный или фолликулярный). Иногда зоб может быть множественным. В таких случаях прощупывается 2-3 и более узлов. Консистенция щитовидной железы и узлов может быть в зависимости от развития соединительной ткани разнообразной: мягкой, плотноватой, плотной и очень плотной. Ювенальная гиперплазия дает при пальпации ощущение сочности. (В. В. Хворов, 1962).

Эндемический зоб чаще характеризуется симптомами гипотиреоза, для которого свойственны энофтальм (западение глаз), явления микседемы в виде слизистого отека подкожной клетчатки межчелюстного пространства и брадикардия. На ЭКГ регистрируют снижение вольтажа зубцов (Н. А. Судаков, 1984). И. П. Кондрахин (1989), напротив, отмечает, что эндемический зоб может протекать при нормальной или повышенной (гипертиреоз) функции щитовидной железы. Степень гипертиреоза при этом невелика и проявляется умеренной тахикардией и пучеглазием.

Как отмечают В. И. Георгиевский (1979) Л. Г. Замарин и соавт. (1977, 1989), Н. А. Уразаев (1990), у коров, больных зобом, снижается молочная продуктивность, уменьшается объем вымени. Количество йода в молоке снижается в 20-100 раз и более. Нередко расстраивается пищеварение, изменяется, а иногда извращается аппетит. Возникают явления гипотонии преджелудков, катара желудочно-кишечного тракта.

У взрослых животных при гипотиреоидном эндемическом зобе понижается упитанность, снижается нервно-мышечный тонус, нарушается линька. Отмечается нарушение воспроизводительной способности: понижение полового инстинкта, отсутствие течки, перегулы, аборты, снижение плодовитости, преждевременные роды, задержание последа, рождение мертвого или недоразвитого приплода, гибнущего в первые дни жизни (А. Хеннинг, 1976; С. А. Бендима, 1983; И. К. Слесарев, А. С. Зеньков, 1987; И. П. Кондрахин, 1989; И. Г. Арестов и соавт., 1990; С. И. Лютинский, 2002).

Характерный признак йодной недостаточности у крупного рогатого скота - усиленный рост волос на голове и шее. Волосы разрастаются в лобной и затылочной областях, формируют чуб (челку). Кожа у больных животных обычно сухая, жесткая, неэластичная, грубая. На шее выражены кожные складки. Наблюдается низкорослость, рога укорочены, а кости лицевого черепа удлинены (И. Г. Шарабрин и соавт., 1983; И. П. Кондрахин, 1989; Н. А. Уразаев, 1990). При рентгенологическом исследовании выявляется задержка морфологической дифференциации костяка (Н. А. Уразаев, 1983). По данным А. Г. Махоткина (1981) и А. Б. Токбергенова (1988), существует положительная корреляция между активностью щитовидной железы и молочной продуктивностью, а также жирномолочностью. Нарушение функции щитовидной железы имеет большое значение в развитии гиперхолестеринемии и атеросклероза (В. О. Мохнач, 1974; И. Б. Лифшиц, 1979). Обнаружено взаимовлияние между дисфункцией щитовидной железы и заболеваниями печени (M. J. Huang, Y. F. Liaw, 1995).

Согласно исследованиям С. П. Седова и Г. А. Юсина (1989), при йодной недостаточности у стресс-предрасположенных коров отмечаются клинические признаки гипертиреоза (экзофтальм, сердечно-сосудистая недостаточность, повышение возбудимости сердца, повышение реакции на воздействие стрессоров, торможение молокоотдачи), а у животных стресс-устойчивого типа наблюдается клиническое проявление гипотиреоза.

У молодняка и у мелких жвачных щитовидная железа при эндемическом зобе становится доступной для пальпации, при резко выраженном увеличении она формирует массивный зоб, заметный на расстоянии (Рис.10) (Н. А. Уразаев, 1990). Заболевание в эмбриональном периоде обусловливает рождение мертвых или маложизнеспособных животных. У них наблюдается гипотрофия, микседема, бесшерстные участки на теле. Телята часто рождаются с укороченной верхней или нижней челюстью (Рис.11), у них отмечают признаки А и Д - гиповитаминозов (В. Л. Романюк, М. С. Мандирга, В. И. Левченко, 1998). Неожиданное появление диареи обычно предшествует клиническому синдрому эндемического зоба (В. А. Аликаев, 1982). В тяжелых случаях болезнь протекает остро. Гипертрофированная щитовидная железа может приводить к гибели новорожденных телят вследствие асфиксии в первые часы жизни (Е. А. Панковец, 1995). У ягнят и телят щитовидная железа часто увеличена в несколько раз. Следует отметить, что клинические признаки нарушения функции щитовидной железы у матерей такого приплода часто отсутствуют (А. Алиев, 1986; И. П. Кондрахин, 1989). У оставшихся в живых новорожденных животных, вследствие резкого увеличения щитовидной железы, сдавливается гортань, трахея, пищевод, затрудняется дыхание и прием корма. Больной молодняк плохо растет и развивается, он подвержен различным заболеваниям. В дальнейшем зоб имеет тенденцию к уменьшению и исчезает в течение 3-5 месяцев (И. П. Кондрахин, 1989; В. В. Ковзов, 1998; J. A. Smyth et al., 1996).

Согласно нашим исследованиям (В. В. Ковзов, 1997-1999), заболевание отмечается у телят с момента рождения и до 2-3 месячного возраста. В дальнейшем у выживших животных зоб постепенно уменьшался, однако, они отличаются низкорослостью, плохой упитанностью и подвержены различным заболеваниям. Заболевание, развившееся в плодный период, обуславливает тяжелое его протекание и высокую смертность новорожденных животных. Особенно тяжело заболевание протекает у телят 1-20 дневного возраста. У них отмечается задержка роста, развития, снижение прироста живой массы, развиваются тяжелые иммунодефицитные состояния, на фоне которых возникают заболевания с диарейным синдромом. Увеличение щитовидной железы у животных приводило к затрудненному глотанию и дыханию, создавая в отдельных случаях угрозу асфиксии. Вес щитовидной железы у павших телят достигал 200-300 г/100 кг массы животного (при норме 7 г/100 кг). У коров - матерей зоб не был клинически выражен.

Н. А. Уразаев (1990) указывает, что у свиней при эндемическом зобе, отсутствует основной патогностический признак - зоб. Поросята рождаются с редкой шерстью, часто погибают при рождении или спустя несколько часов, у них цианотичная сморщенная кожа, шея и конечности укорочены. Увеличение щитовидной железы определяют при патологоанатомическом исследовании. У поросят-сосунов выделяют два периода в развитии болезни: первый, характеризующийся симптомами базедизма; второй, проявляющийся развитием микседемы.

У птиц, больных эндемическим зобом, задерживается рост, снижается яйценоскость. Яйца уменьшены, скорлупа утончена. Основной признак болезни - увеличение щитовидной железы - симптом "шеи Дерби".

Изменение гематологических показателей у животных при эндемическом зобе характеризуется снижением количества гемоглобина (до 7-8 г/100 мл), эритроцитов (до 3-4 млн/мкл), лейкоцитов (до 3 тыс/мкл). В лейкограмме увеличен процент эозинофилов и лимфоцитов, понижен процент нейтрофилов (Н. А. Уразаев, 1990; А. А. Алиев, 1993).

При эндемическом зобе изменяется фракционный состав белков крови. Л. Г. Замарин (1977) и А. А. Оножеев (1977) отмечают, что в сыворотке крови крупного рогатого скота при гипотиреозе увеличивается содержание a и b - глобулинов, снижается уровень альбуминов и g-глобулинов. Обратная картина наблюдается при гиперфункции щитовидной железы, причем, содержание общего белка в обоих случаях изменяется незначительно. По данным Р. Р. Рачева, Н. Д. Ещенко (1975), у животных при гипотиреозе отмечается повышение общего количества белков крови, а в случае гипертиреоза - заметная гипопротеинемия. При гипотиреоидном течении эндемического зоба в крови снижается суммарное содержание аминокислот до 8,49 мг/100 мл, незаменимых аминокислот до 4,79 мг/100 мл, понижается кетогенез (Л. Г. Замарин, 1977). Это подтверждается исследованиями А. А. Оножеева (1977), причем при гипертиреозе содержание свободных аминокислот увеличивается.

В сыворотке крови при гипофункции щитовидной железы наблюдается уменьшение количества общего, белковосвязанного (СБЙ) и неорганического йода, тогда как при гиперфункции щитовидной железы отмечается увеличение этих показателей (А. А. Оножеев, 1977; В. А. Горшков, 1980; П. Д. Колчин, 1980; А. В. Лиленко, 1989; А. А. Алиев, 1993). А. В. Лиленко (1989) регистрировал при недостатке йода у телок на фоне снижения СБЙ (3,30±0,03 мкг/100 мл), повышение содержания трийодтиронина (до 1,61±0,14 нг/мл) и снижение уровня тироксина ( до 63,2±4,54 нг/мл). А. А. Алиев (1993) отмечал при дефиците йода у телят снижение содержания трийодтиронина и тироксина в плазме крови и увеличение содержания паратгормона (на 43-63 %), при этом заболеваемость органов дыхания и пищеварения у таких телят возрастала в 1,5-2,5 раза. Им установлена наивысшая концентрация тиреоидных гормонов у телят 3-месячного возраста, затем она снижалась и у дойных коров находилась на весьма низком уровне. Отношение трийодтиронин: тироксин варьировало от 27 у телят 6-месячного возраста до 135 у коров.

В. Л. Романюк и соавт. (2001) опираясь на данные исследований проведенных в Ровенской области (Западное Полесье Украины - подверженное радиоактивному загрязнению) приводят данные о том, что у телят с врожденным эндемическим зобом отмечается гиперфункция щитовидной железы - содержание трийодтиронина более 3 нмоль/л и тироксина - более 100 нмоль/л. Через 1-3 месяца признаки гиперплазии щитовидной железы у телят исчезали, а содержание трийодтиронина снижалось до 1,9±01 нмоль/л и тироксина до 58,6±4,7 нмоль/л.

Патолого-анатомические изменения

Щитовидная железа разделена соединительной тканью на дольки, внутри которых расположены фолликулы, густо оплетенные кровеносными капиллярами, а также скопления парафолликулярных клеток, секретирующих кальцитонин. Фолликул представляет собой пузырек, стенки которого образованы слоем эпителиальных клеток различной формы - от плоских до высоких призматических. Внутри фолликул заполнен гомогенным коллоидом - продуктом жизнедеятельности секреторных клеток, содержащем тиреоглобулин. Последний представляет резервную форму тироксина и трийодтиронина.

Патологоанатомические изменения при эндемическом зобе проявляются гипертрофией и гиперплазией тиреоидного эпителия в сочетании с выраженным разрастанием тиреоидной стромы, а также перестройкой микроциркуляторного русла (А. П. Авцин и соавт., 1989).

Патологоморфологически выделяют три формы зоба:

1) диффузную (сопровождающуюся увеличением щитовидной железы 3-5 степени, с равномерной гиперплазией всей ткани);

2) узловую (местное поражение щитовидной железы по типу опухоли, которая развивается из мелких аденоматозных зачатков и может быть множественной

3) смешанную (это диффузно-увеличенный зоб с пальпируемыми узелками).

В начале заболевания наблюдается диффузная форма с равномерным увеличением железы при неизмененных ее контурах. Образование отдельных центров пролиферации приводит к развитию узловой или смешанной формы зоба. По данным Н. Т. Старковой и соавт. (1996) на фоне узлового зоба в самих узлах и в окружающей их ткани примерно в 17-22 % случаев наблюдается формирование аденокарцином и микроочагов рака. Гистологически зоб подразделяют на паренхиматозный и коллоидный (С. Н. Ярославский, 1976; Н. Ю. Бомаш, 1981; И. П. Кондрахин, 1989).

При коллоидном зобе железа набухшая, поверхность ее сглажена, желтовато-серого или бледно-коричневого цвета, на разрезе видны полупросвечивающиеся фолликулы. Масса железы увеличена. Гистологически выявляют крупные фолликулы, эпителий их атрофирован. Коллоид густой, интенсивно окрашен. Комбинация фолликулов различной величины создает пеструю картину коллоидного зоба. Одновременно с пролиферативными процессами отмечают деструктивный фиброз, могут обнаруживаться кровоизлияния. При паренхиматозном зобе железа увеличена, плотная, мясистая, бледно-коричневого цвета, с красноватым оттенком. Поверхность разреза сочная, блестящая. Гистологически при паренхиматозном зобе обнаруживают преимущественно мелкие деформированные фолликулы. В зависимости от функционального состояния фолликулы содержат базофильный, "густой" или только просвечивающий, почти прозрачный эозинофильный коллоид. В покое эпителий фолликулов кубический или плоский; в состоянии функциональной активности он становится высоким, светлым, образует сосочковидные выпячивания в полость фолликула (рис.13). При развитии вторичных деструктивных процессов в щитовидной железе обнаруживают кисты размером от просяного зерна до куриного яйца (И. П. Кондрахин, 1989).

При паренхиматозном зобе увеличение железы обусловлено главным образом увеличением размеров и числа фолликулярных клеток (клеток паренхимы железы), а при коллоидном зобе - увеличенным накоплением коллоида в просвете фолликулов (А. Хэм, Д. Кормак, 1983).

При эндемическом зобе у животных учитывают относительную массу щитовидной железы, что имеет диагностическое значение. Относительная масса - это отношение массы железы, выраженное в граммах на 100 кг к массе тела животного. Этот показатель у здорового крупного рогатого скота составляет - 5,18±0,06 г; у овец - 6,62±0,22; у свиней - 8,26±0,16 г. Увеличение щитовидной железы от 8 до 10 г на 100 кг массы животного характерно для легкой формы зоба, от 10 до 20 г - для средней и более 20 г для тяжелой формы заболевания (И. П. Кондрахин, 1989; Н. А. Уразаев, 1990).

По результатам исследований В. А. Горшкова (1980) и А. А. Оножеева (1977) установлена зависимость между функциональным состоянием щитовидной железы и ее относительной массой у крупного рогатого скота (при гиперфункции - 3,88±0,12 г, при нормофункции - 5,71±0,08 г, при гипотиреозе - 7,86±0,19 на 100 кг веса животного), а также Д/н фактором (отношением диаметра фолликулов к числу клеток его образующих). Д/н фактор при гипофункции щитовидной железы равен 3,24±0,05, при гиперфункции - 2,01±0,03 и при нормальном функционировании - 2,57±0,03.

В. Л. Романюк, Н. С. Мандрыга и В. И. Левченко (2001) приводят классификацию врожденного эндемического зоба. Ими выявлено 8 степеней увеличения щитовидной железы. В каждой последующей степени абсолютная масса железы возрастает на 20 г, или в 2 раза, а относительная на 100 г, или в 3 раза. Увеличение щитовидной железы в степени 0 следует считать ее гиперплазией, а в остальных степенях - зобом. Предложенная классификация эндемического зоба может быть использована при постмортальной диагностике и эколого-генетическом мониторинге врожденной патологии телят.

Из других патологоанатомических изменений у животных отмечают неравномерность шерстного покрова с участками алопеций, складчатость кожи, обнаруживают атрофические и дистрофические изменения в скелетных мышцах. В области подчелюстного пространства и шеи подкожная клетчатка отечна. Выражена дистрофия печени, сердца, почек (И. П. Кондрахин, 1989; Н. А. Уразаев, 1988; А. П. Авцин и соавт., 1991).

Естественная резистентность и иммунная реактивность у животных при эндемическом зобе

Имеющиеся данные по естественной резистентности и иммунной реактивности у животных при эндемическом зобе можно условно разделить на сведения, касающиеся иммунной недостаточности и информацию о развитии аутоиммунных процессов при данном заболевании.

В. И. Иванов и соавт. (1994) описывают развитие иммунодефицитных состояний у телят с врожденным зобом. У больных телят через 2-3 дня после рождения отмечали нарушение функции желудочно-кишечного тракта или респираторных органов и значительный падеж (выше 30 % из числа заболевших). Установлено (В. Л. Романюк, М. С. Мандирга, В. И. Левченко, 1998), что у телят с врожденным эндемическим зобом, по сравнению с клинически здоровыми животными, в крови относительно низкое содержание Т и В-лимфоцитов.

Г. А. Юсин (1990) пришел к выводу, что недостаток йода в рационе коров стресс-предрасположенного типа выраженно влияет на показатели естественной резистентности, что проявляется низким содержанием альбуминов и a-глобулинов в сыворотке крови, понижается миграционная способность лейкоцитов. Низкую естественную резистентность имеют и телята, полученные от таких коров.

Г. Ш. Шарманов и соавт. (1983), Э. П. Касаткина (1997) приводят данные об угнетении способности реагировать на антигены и ослабление неспецифических факторов защиты организма у детей и экспериментальных животных, больных зобом. При врожденном гипотиреозе отмечаются врожденные пороки развития и низкая способность к адаптации в неонатальном и раннем постнатальном периодах.

По данным В. Ф. Чеботарева (1977), Fabris (1973), Pieгрaoli et al. (1977), тироксин относится к группе важных катализаторов и регуляторов иммунной системы. Причем, эффект гормонов щитовидной железы опосредуется тимусом. Экзогенный тироксин вызывает увеличение оттока малых лимфоцитов от тимуса (Е. А. Корнева, 1978; J. E. Ulman et al., 1963; U. Erinstom, B. Larson, 1966). При введении тироксина существенно повышается гуморальный ответ на эритроциты барана у крыс (Е. А. Корнева, 1978; Fabris, 1973), усиливается фагоцитарная активность макрофагов (М. Г. Микоэлян и соавт., 1972; J. E. Ulman et al., 1963).

Большое значение для поддержания как иммунного, так и эндокринного гомеостаза имеет связь между продукцией гипофизом тиреотропного гормона, щитовидной железой и тимусом (В. Ф. Чеботарев, 1977; N. Fabris et al., 1995). N. Fabris (1973) отмечал недоразвитие клеточного иммунитета при недостатке тиреотропного гормона гипофиза. Недостаток гормонов щитовидной железы оказывает тормозящее действие на гуморальный иммунный ответ и оно зависит от выраженности дефицита гормонов (Е. А. Корнева, 1978; N. V. Gurova et al., 1996).

Результаты изучения клеточных факторов иммунной защиты (И. М. Карпуть, В. В. Ковзов, 1996, 1997) показывают, что у больных телят содержание в крови лейкоцитов, лимфоцитов и их популяций (Т-лимфоцитов и В-лимфоцитов) несколько ниже, чем в крови клинически здоровых животных (Таб.3). В то же время количество лимфоцитов, не имеющих Т - или В - рецепторов (О-лимфоцитов) в крови у больных телят, в 3,8 раза выше (Р<0,05) относительно здоровых телят. Это подтверждается данными В. Л. Романюка, Н. С. Мандрыга и В. И. Левченко (2001), согласно которым, процентное содержание Т - и В-лимфоцитов в крови больных телят ниже, чем у клинически здоровых (Таб.4). Показатели функциональной активности нейтрофилов у клинически здоровых телят более высокие, чем у телят с увеличением щитовидной железы. Так, у клинически здоровых животных фагоцитарная активность нейтрофилов на 11,8 %, фагоцитарный индекс на 4,2 ед., фагоцитарное число на 3,9 ед. выше, чем у больных эндемическим зобом (И. М. Карпуть, В. В. Ковзов, 1996, 1997).

Изучение гуморальных факторов естественной резистентности (И. М. Карпуть, В. В. Ковзов, 1996; В. В. Ковзов, 1997, В. В. Ковзов, 1998) показывает, что у больных эндемическим зобом, относительно здоровых животных бактерицидная активность сыворотки крови ниже на 21,2 % (Р<0,01), в то время как лизоцимная активность сыворотки крови у них выше на 1,69 % (Р<0,05).

При определении концентрации общего белка в крови телят с увеличенной щитовидной железой обнаружена гипопротеинемия. Так, в сыворотке крови больных животных содержание общего белка находилось на уровне 51,74±1,35 г/л, а у клинически здоровых телят - 60,44±2,11 г/л (Р<0,01). Сравнительная оценка соотношения белковых фракций показала, что уменьшение концентрации общего белка сыворотки крови (гипопротеинемия) у больных эндемическим зобом телят происходит в начале заболевания в основном за счет альбуминов и постальбуминов (таб.5). Так, при достоверно низком, относительно здоровых телят, уровне общего белка в крови у больных животных наблюдалось достоверное снижение содержания альбуминовой фракции - 18,47±0,79 г/л против 24,03±2,06 г/л (Р<0,01) и постальбуминов - 10,88±0,51 г/л против 14,35±1,07 г/л (Р<0,01). Также у телят, больных эндемическим зобом, по сравнению со здоровыми животными, в протеинограмме отмечено недостоверно более высокое содержание иммуноглобулинов G+A и a2 - макроглобулинов при относительно пониженном содержании трансферринов, гаптоглобинов и иммуноглобулина М. Состояние диспротеинемии, сопровождающееся абсолютным понижением количества альбуминов и постальбуминов, у больных телят вероятнее всего было обусловлено развивающимся гипотиреозом и затруднением приема корма вследствие увеличения щитовидной железы в объеме (В. В. Ковзов, 1998).

Иммунный процесс, по данным H. Basedovsky, E. Sorkin (1977), вызывает изменение секреции тироксина. На 3-й день после иммунизации происходит повышение уровня тироксина, а в последующем снижение. Возможно, что варьирование уровня тироксина, возникающее при введении антигена, в свою очередь оказывает регулирующее влияние на развитие иммунного ответа.

Сведения об аутоиммунных процессах при эндемическом зобе в доступной литературе немногочисленны и неоднозначны. Предполагается, что повреждения, вызванные зобом нарушают нормальную структуру щитовидной железы и создают условия для возникновения аутоиммунной реакции (аутолиз клеток и образование аутоантител). Появление антитиреоидных аутоантител при этом носит вторичный характер и в некоторых случаях может влиять на течение заболевания. Установлена прямая связь аутоиммунных реакций и степени увеличения щитовидной железы. Зависимость наличия и количества антитиреоидных антител от длительности заболевания и функции щитовидной железы не доказана. Вместе с тем, аутоиммунная реакция при эндемическом зобе развивается редко и выражена слабо (в 8-33 % случаев при эндемическом зобе обнаруживают антитиреоидные антитела в невысоких титрах). По другим сведениям, антитиреоидные антитела обнаруживали у 35-59 % больных людей в низких, средних и даже высоких титрах (И. М. Ганджа, 1985). Причем, чем больший был дефицит йода, тем реже выявлялась лимфоплазмоцитарная инфильтрация щитовидной железы и аутоантитела в сыворотке крови. Экспериментально было показано снижение процессов аутоагрессии в щитовидной железе животных, в пище которых не содержалось йода, а также уменьшение способности селезенки образовывать антитела и антителосинтезирующие клетки в ответ на введение чужеродных веществ при хроническом дефиците йода (А. М. Раскин, 1973; В. Ф. Чеботарев, 1979; P. Mcoij et al., 1993; R. J. Kemppainen, A. D. Clarc, 1994; P. M. Shumm-Draeger et al., 1996). По данным R. J. Kemppainen et al. (1996) у охотничьих собак, больных гипотиреозом, обнаруживались высокие титры аутоантител к трийодтиронину и тироксину.