Процесс образования ОАР КНР Сянган и Аомэнь

Процесс образования ОАР (особый административный район) Сянган

В конце III в. до н.э. территория современного Гонконга (Сянгана) вошла в состав китайского государства (династия Цинь), однако земледельческое поселение китайцев появились лишь в XI веке.

Правительства династий Юань, Мин и Цин «учреждали там Тумэньскую, Гуаньфускую и Цзюлунскую таможню». [5, c. 3]

«Сянган» означает «Бухта ароматов», но о происхождении этого названия до сих пор ведутся споры. «Одни ученые считают, что своим названием остров обязан запахам, которые исходили от груженных пряностями судов, стоявших у причалов местной гавани. Другие полагают, что оно произошло от многочисленных мелких предприятий по изготовлению ароматических палочек, которые использовались при воскурениях в храмах. [3, c. 13]

До середины XIX в. это было тихое, укромное место, где проживало всего 5 тысяч человек, в основном рыбаки. В многочисленных проливах и бухтах, лежащих вокруг острова, находили приют китайские пираты, нападавшие на торговые суда, которые шли в Гуанджоу, Янтай, Шанхай и другие китайские порты. [1, c. 3]

Вплоть до 1840 в этом районе жили лишь около 3,5 тысяч крестьян в двух десятках небольших деревень и около 2 тысяч рыбаков, обитавших в гавани на своих лодках. Прибрежные скалы служили идеальным укрытием для пиратов всех мастей, которые с удовольствием грабили торговые корабли и отправляли на дно целые караваны. Через эти места проходили торговые маршруты европейцев и американцев в Кантон - город в устье Жемчужной реки - единственный порт во всей огромной Китайской империи, в котором европейцам было разрешено появляться для сбыта и покупки товаров. Китай для Европы был закрыт, поскольку китайцы считали европейцев варварами и дикими людьми. В сущности, по-другому и быть не могло, поскольку первые португальские мореплаватели появились здесь в 1517 году, с легким сердцем принялись грабить китайские корабли и города только по причине нехристианской веры их обитателей. При императоре Канси (1662–1723) в Гонконге были выстроены форты и посты, размещен пограничный гарнизон. В XVIII в. начинается торговля между жителями территории и Британской Ост-Индской компании, открывшей в 1711 факторию в Гуанчжоу. [1, c. 3]

Попытка получить остров у южных берегов Китая осуществлялась англичанами в 1793 году, когда в Китай направился лорд Маккартней – знаменитый британский дипломат. Ему было поручено в ходе визита к императору Цяньлуну «настоять на передаче какого-либо китайского острова для создания там английского форпоста. Китайцы устроили английской миссии пышный прием, но дали понять, что видят в гостях лишь новых вассалов. На кораблях Маккартнея были укреплены флаги с надписью «данник из английской страны», а королю Георгу III китайский император написал послание, в котором советовал: «трепеща, повиноваться и не высказывать небрежность». [1, c. 12]

В ходе Первой Опиумной войны Гонконг был в январе 1841 захвачен британскими войсками. По условиям Нанкинского мирного договора 1842 Китай уступал Великобритании Гонконг, превращенный в колонию британской короны. Управление колонией было передано губернатору, при котором с 1843 действовал в качестве совещательного органа Законодательный совет, состоявший из 4 колониальных чиновников. В 1850 в его состав были введены также 2 назначаемых члена. В последующем число членов совета постепенно росло: в 1857 он пополнился еще двумя чиновниками и одним назначаемым членом, в 1884 его расширили до 7 чиновников и 5 назначаемых членов (включая одного китайца), а в 1896 – до 8 чиновников и 6 «неофициальных» членов. Отныне огромная страна стала открыта для западного капитала. Кроме того, китайцы были обязаны установить для иностранцев таможенные льготы и открыть пять новых портов, первым среди которых оказался Шанхай. Но главное - Гонконг навечно был передан Великобритании. Остров превратился в форпост британского проникновения в Китай. С него вели свои операции британские торговцы, купцы и продавцы опиума, вскоре к ним присоединились и американские торговцы. Они составляли элиту колонии, в то время как подавляющее большинство населения было китайским. Очень быстро Гонконг становится центром вольнодумства и свободомыслия. Китайские власти ничего не могли поделать со своими подданными на чужой уже территории. Чтобы упрочить свои позиции в этом районе, Англия спровоцировала вторую опиумную войну. В результате в вечное владение ей были переданы полуостров Коулун и остров Стоункатер. [5, c. 57]

В 1898 г. в результате очередных военных препирательств Британия получает право аренды новых территорий, прилегающих к островам на 99 лет за символическую плату в 1 доллар. За счет этой нехитрой операции территория Гонконга разом увеличилась в десять раз. Китай всегда утверждал, что все договоры по Гонконгу были подписаны им под военным давлением. Англия это отрицала, но так или иначе законность самих договоров под вопрос никто не ставил. [5, c. 58]

На рубеже XIX и XX вв. Сянган стремительно развивался. Благодаря выгодному географическому положению, прекрасной природной гавани и статусу свободного порта, он превратился в важнейший центр торговли и судоходства. Гонконг стал одним из крупнейших портов мира, выполнявшим функции посредника в товарообороте между Китаем, Японией, Индокитаем, Сиамом, Нидерландской Индией, Индией, странами Европы и США. Через колонию проходило около 20% экспорта Китая и значительная часть китайской эмиграции. Строились дороги, крупные судовые доки, дороги и промышленные предприятия. Важнейшими отраслями производства стали судостроение, сахарная и табачная промышленность. Железная дорога соединила Гонконг с Гуанчжоу. В колонии располагалась значительная британская военно-морская база. [5, c. 63]

В связи с развитием инфраструктур экономики население Гонконга быстро росло. К началу XX в. Сянган превратился в один из крупнейших коммерческих центров и портов Дальнего Востока, важный опорный пункт английского империализма в Китае. В 1924 г. оттуда в Гуанчжоу(Кантон) шла военная и финансовая помощь китайским купцам-компрадорам, поднявшим мятеж против революционного правительства Сунь Ятсена. Рабочий класс Сяньгана неоднократно поднимался на борьбу против империалистов. В январе 1922 года вспыхнула одна из крупных стачек китайского пролетариата, а несколькими годами позже- знаменитая Сянган-Гуанчжоуская забастовка 1925-1926.[3, c. 14].

С XX в. Гонконг стал центром общественного движения. С начала века в нем активно действовали разные общественные союзы, организации и группы. С 1920-х г. в Гонконге стали возникать организации коммунистов. В 1910-х г. в колонии появились первые профсоюзы, и уже в следующее десятилетие колония пережила серию крупных забастовок и рабочих выступлений. Несмотря на общественный подъем, в системе управления колонией мало что менялось. Ею по-прежнему руководил губернатор, назначаемый из Лондона.[3, c. 15].

После захвата японскими войсками Гуанчжоу в 1938 в Гонконг хлынули сотни тысяч беженцев из Южного Китая, и в 1941 число жителей колонии выросло до 1,6 млн. Однако их убежище недолго оставалось надежным. 8 декабря 1941 Гонконг подвергся атаке японских вооруженных сил. Размещенные на территории колонии британские, канадские и индийские части, а также силы добровольцев отбивали атаки более 2 недель, но 25 декабря Гонконг был захвачен японскими империалистами. Британские официальные лица, включая губернатора Марка Эйтчисона Янга, сдались. [5, c. 56]

В период японской оккупации европейские жители подверглись преследованиям. Многие китайцы покинули Гонконг, в котором к лету 1945 оставалось лишь около 750 тысяч жителей. 30 августа 1945 после окончания войны и поражения Японии Чан Кайши в качестве лидера Китая, состоявшего членом антифашистской коалиции, обратился к Черчиллю по поводу возможного разрешения санганской проблемы, но тот исключил такую возможность, и Великобритания восстановила контроль над территорией Гонконга. [5, c. 57]

В августе 1945года после окончания 2-й мировой войны(1941-1945 г.г.)и поражения Японии Чан Кайши в качестве лидера Китая, состоявшего членом антифашистской коалиции, обратился к Черчиллю по поводу возможного разрешения сянганской проблемы, однако тот исключил такую возможность, и Великобритания восстановила контроль над территорией Гонконга. [11, c. 8]

1 мая 1946 в нем было восстановлено гражданское управление. На этот раз британские власти пошли на предоставление Гонконгу элементов самоуправления. Новая конституция предусматривала создание муниципального совета, две трети членов которого избирались (половина членов должны были быть китайцами). Китайцы составили 4 из 8 «неофициальных» членов Законодательного и 3 из 6 «неофициальных» членов Исполнительного совета, португальцы – по одному. В Исполнительный совет входило теперь равное число чиновников и «неофициальных» членов. В связи с гражданской войной в Китае и победы компартии Китая (КПК) во главе с Мао Цзэдуном в 1949 в Гонконг бежали сотни тысяч жителей Китая. Одни из них принесли с собой финансовые средства или знания, другие пополнили ряды наемных рабочих. Многие иностранные фирмы перевели свои штаб-квартиры из Шанхая в Гонконг. Все это способствовало новому подъему экономики Гонконга и превращению его в крупный промышленный центр. Ведущее место занимало текстильное и швейное производство.[5, c. 67]

Правительство КНР заявило, что оно не признает колониальный статус Гонконга и рассматривает его как «отторгнутую территорию». Происходили столкновения между сторонниками КПК и Гоминдана, сопровождавшиеся разгромом бюро, промышленных предприятий и магазинов, принадлежавших сторонникам и гражданам КНР и Тайваня. В октябре 1956 в ходе стычек в Гонконге и Цзюлуне погибли 50 человек и сотни были ранены. Тяжелые условия труда способствовали в 1960-х распространению идейного влияния КПК, особенно среди молодежи и в рабочем движении.[11, c. 9]

В то же время, властям КНР было в известной мере выгодно существование Гонконга. Британская колония служила крупным источником иностранной валюты для Китая. На долю КНР приходилась четверть гонконгского импорта. Китай получал также огромные средства через принадлежавшие ему и сотрудничавшие с ним банки, торговые и промышленные предприятия в Гонконге. Китайские и гонконгские власти организовали патрулирование границы, чтобы пресекать нелегальную эмиграцию китайских граждан в британское владение.

Тем не менее, в конце 1960-х положение обострилось. В апреле 1966 после повышения тарифов на транспорт по Гонконгу прокатилась волна бунтов, власти ввели комендантский час и арестовали 250 человек. В мае 1967 вспыхнула забастовка нескольких тысяч рабочих фабрики искусственных цветов, за которой последовали протесты и в других отраслях промышленности. Профсоюзы начали массовые кампании протестов, которые продолжались все лето: вспыхивали вооруженные перестрелки с британской полицией. Великобритания перебросила в колонию дополнительные военные силы, закрыла оппозиционные газеты, тысячи протестующих были арестованы. КНР выразила протест британскому правительству и практически прекратила поставки воды и продовольствия в Гонконг. Распространились слухи о том, что Великобритании придется эвакуировать колонию. Однако к осени властям удалось подавить движение протеста. Китай возобновил поставки в Гонконг, а британская сторона демонтировала ряд новых пограничных укреплений. Участники забастовок так и не были возвращены на работу в 1968. [5, c. 89]

В 1972 в письме председателю комитета ООН по деколонизации министр иностранных дел КНР Хуан Хуа заверил, что его страна намерена использовать исключительно мирные средства для восстановления китайского суверенитета над «оккупированными» Гонконгом и Макао. Генеральная ассамблея ООН приняла резолюцию в поддержку китайских требований. В 1970-х в Гонконге развернулась борьба с коррупцией, инициатором которой стала Независимая комиссия против коррупции. [11, c. 12]

В конце 1970-х Лондон вступает в контакты с Пекином, выясняя его позиции по вопросу о дальнейшей судьбе Новых территорий, срок соглашений по которым истекал в 1997 году. В начале 1980-х китайская сторона заявила о твердом намерении вернуть не только Новые территории, но и остров Гонконг с полуостровом Коулун, рассматривая их, естественно, в одной связке. При этом Пекин подтвердил, что не признает неравноправные, навязанные англичанами договора. Когда Дэн Сяопин завел с бывшим премьер-министром Великобритании Маргарет Тэтчер разговор о возврате Гонконга, он заверил ее, что Пекин не настолько глуп, чтобы бросать в котел курицу, несущую золотые яйца, и предложил свою дальновидную формулу "одна страна – две системы". [16]

Успешное развитие экономических отношений повлекло за собой достижение компромисса в политической сфере. Формула Дэн Сяопина "одна страна — две системы" оказалась весьма конструктивной для решения проблемы. Процесс подготовки к переходу под суверенитет Китая занял больше десяти лет. В сентябре 1984 г. было подписано Совместное заявление Правительства Китайской Народной Республики и Правительства Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии о восстановлении суверенитета 30 июня 1997 г. (дата окончания срока аренды Новых территорий). Было решено учредить в Гонконге особый административный район, в котором исполнительная, законодательная и судебная ветви власти будут обладать «автономией высокой степени», а действовавшая при колониальном режиме правовая система останется неизменной в течение 50 лет. На основании Совместного заявления был разработан Основной закон Сянганского особого административного района КНР, принятый в апреле 1990 г. на сессии Всекитайского собрания народных представителей. [5, c. 100]

На прошедших тогда выборах в Законодательное собрание победила демократическая оппозиция. Согласно Основному закону, территория в качестве отдельной таможенной зоны сохранила самостоятельность во внешней торговле, в вопросах законодательной и исполнительной власти. КНР несет ответственность за внешнюю политику и оборону. Граница между Сянганом и КНР сохранилась со всеми пограничными формальностями. Сянган имеет свою валюту. Английский остается языком, которым будут пользоваться правительство и суды. Гонконг сохранил членство в качестве отдельной таможенной территории - "Китайского Гонконга" — в Мировом банке, МВФ, Азиатском банке развития, в ВТО, АТЭС и ряде других международных организаций. Стороны гарантировали сохранение этих условий в течение последующих 50 лет. [5, c. 101]

Процесс образования ОАР Аомэнь

Район Аомэнь расположен на западном берегу реки Чжуцзян, в ее дельте. Он граничит с провинцией Гуандун и находится в 40 морских милях от Гонконга. Район включает полуостров Аомэнь, острова Данцзы и Лухуань, его площадь составляет 23.5 квадратного километра, численность населения - около 450 тысяч человек. [2, c. 24]

С III века до н.э. когда император Цинь Шихуан объединил Китай. Аомэнь официально входил в состав территории Китая, став частью уезда Панъюй. Первые записи о Аомэне как о части китайского уезда относится к 1152 г. Аомэнь был практически необитаем до того, пока в 1277 г. туда не пришли спасавшиеся от монголов подданные династии Южная Сун в числе 5 тысяч человек, о чем сохранились письменные свидетельства. Первый португальский корабль бросил якорь в устье Чжуцзян (Жемчужной реки) в 1513 г. Изначально Аомэнь использовался ими, как остановочный пункт на торговом маршруте Лиссабон-Нанкин-Нагасаки. В 1547 г. китайцы начали прямую торговлю с Японией и использовали Аомэнь как склад товаров. В 1553 г. португальцы основали здесь первое европейское поселение, существовавшее нелегально до 1557г, когда они получили разрешение минских властей селиться в Аомэне и создали там подобие администрации.[3,c.17]

Официально суверенитет над Макао по-прежнему принадлежал Китаю, китайские жители подчинялись императорским законам, а Португалия с 1573 вносила арендные платежи за территорию.[3,c.17]

Постепенно португальцы стали расширять пределы своего владения. В 1582 был подписан первый договор об аренде земли с соседним китайским уездом. В 1586 Макао получило права городского самоуправления. Нападения голландцев заставили португальские власти построить крепость, не спрашивая разрешения Китая. Лишь в 1670 китайские власти признали город. В XVII в. португальцы приступили к осушению морской территории. Бывший остров Макао, соединенный с континентом лишь узким песчаным перешейком, превратился в полуостров. Были построены каменные здания колониальной архитектуры, включая дом милосердия, основанный в 1568 первыми миссионерами, которые использовали Макао как базу для проникновения в Китай, грандиозный собор Сан-Паулу.[3,c.18]

В 1680 был назначен первый португальский губернатор. В 1685 Китай официально признал Макао как порт для иностранной торговли, но продолжал настаивать на своей верховной власти, взимая плату за землю и таможенные пошлины. Однако еще три века территория официально принадлежала китайскому императору, не смотря на то, что с 1680 г, португальский король посылал туда своих губернаторов. Лишь в 1849 году в результате поражения цинского правительства в опиумной войне португальцы ликвидировали китайскую таможню и провозгласили свой суверенитет над полуостровом и двумя островами». [2, c.24]

С именем легендарного губернатора Макао Ферейры Гарсиа дэ Аморала связывают подписание 26 марта 1887 г. протокола и Договора о дружбе и торговле, по которым Португалия получила право самостоятельного управления Аомэнем, при условии не вмешательства третьей стороны.[3,c.18]

Еще 1984 году Дэн Сяопин впервые объявил, что аомэньский вопрос, так же как и сянганский вопрос, будет решен согласно курсу "одно государство – два строя". Правительство Китайской Народной Республики, руководствуясь интересами защиты государственного суверенитета и целостности государственной территории, решило в подходящее время разрешить аомэньский вопрос мирным путем, прибегнув к подходящим средствам. К возвращению Аоменя в лоно своей этнической родины была проделана большая подготовительная работа.[17]

После того, как в 1979 году между КНР и Португалией были установлены дипломатические отношения, Лиссабон признал, что Аомэнь является территорией Китая. Обе стороны согласились решить аомэньский вопрос в подходящий момент путем переговоров. После четырех раундов переговоров, прошедших в 1986-1987 годах, состоялось подписание Совместного заявления правительств КНР и Португалии о восстановлении суверенитета КНР над Аомэнем.[2,c.24]

13 апреля 1987 г. Было опубликовано совместное китайско-португальское заявление, предусматривающее восстановление суверенитета КНР над Аомэнем 20 декабря 1999г. Пекин гарантировал, что существующая социально-экономическая система и образ жизни населения Аомэня в соответствии с провозглашенным КНР принципом «одно государство - две системы» останутся без изменений еще 50 лет. На основании 31 Конституции Аомэня будет создан особый административный район.[3,c.20]

В рамках постепенного расширения самоуправления в 1989 были созданы муниципальные парламенты в Макао и на островах; большинство их членов составили китайцы. В мае 1991 приступило к работе правительство Макао (Исполнительный совет), состоявшее из 7 отделов. Затем число членов Законодательного собрания было увеличено до 23 (из них 8 избирались прямым голосованием). 9 депутатов были китайцами. В ходе выборов в собрание в 1996 победу одержали кандидаты, представлявшие интересы деловых кругов: они завоевали 4 места, представительство прокитайских политических групп сократилось с 4 до 3, а демократических групп – с 2 до 1 места. По договоренности с Китаем, срок полномочий собрания был продлен до 2001. Власти КНР утвердили главой исполнительной власти будущего специального района миллиардера Эдмунда Хо, одного из руководителей крупнейшего банка Аомэня «Тайфэн». В преддверие передачи Макао Китаю были предприняты меры с тем, чтобы несколько сдержать рост организованной преступности, от которой территория сильно пострадала в 1990-х. г. 20 декабря 1999, в соответствии с соглашением 1987, Макао было передано КНР. [2, c.25]

Все отношения после возвращения Аомэнь под суверенитет Китая строго регламентированы Основным законом ОАР. В частности, все отношения между ОАР и Китаем осуществляются в соответствии с тремя принципами.

Во-первых, сохраняются две отдельные валюты и две системы управления этими валютами - аомэньский патака и юань в качестве законных валют Китая останутся в обороте в Аомэнь и во Внутреннем Китае. Аомэньский патака остается по-прежнему свободно конвертируемым.

Во-вторых, правительство ОАР Аомэнь может самостоятельно разрабатывать свою финансовую политику.

В–третьих, правительство ОАР Аомэнь может осуществлять контроль и управление всеми финансовыми органами в Аомэне согласно международной практике в течение 50 лет, т. е, до 2049 г., территории гарантируется неизменность ее социальной - экономической и валютных систем, а также местного образа жизни, за ней сохранен статус свободного порта (порто-франко) отдельной таможенной территории. [3, c.22]

Другими словами, изменения в статусе Аомэня почти незаметны, он остается таким же самостоятельным, как и раньше, с одним только условием: Аомэнь сможет участвовать в международных организациях и конференциях только в качестве части Китая и представительствовать только под названием “Аомэнь. Китай”». [3, c.22]

Сами китайцы, называют это событием исключительной важности, хотя воссоединение Макао, в отличие от Сянгана, имеет не столько экономическое, сколько политическое значение. Гонконг несравнимо важнее для КНР в экономическом отношении, нежели этот центр игорного бизнеса, который привлекал внимание разве что своими гангстерскими разборками. Это азиатское Монте-Карло существует исключительно за счет игорного бизнеса, на волне которого и возникла организованная преступность. Она заметно увеличилась в последние два года, когда экономический кризис ударил по доходам многочисленных казино. Власти КНР утвердили главой исполнительной власти будущего специального района миллиардера Эдмунда Хо (Хэ Хоухуа), одного из руководителей крупнейшего банка «Тайфэн». В преддверие передачи Макао Китаю были предприняты меры с тем, чтобы несколько сдержать рост организованной преступности, от которой территория сильно пострадала в 1990-х. Хэ Хоухуа публично поручился за восстановление порядка. В предвыборном манифесте он обещал покончить с преступностью и превратить район в центр международного туризма. [2, c.24]

Хэ Хоухуа - популярный в Макао общественный деятель, банкир, филантроп - родился в 1955 году. Он сын крупного предпринимателя, патриарха местного бизнеса и известного в прошлом лидера китайской общины Макао Хэ Иня. Образование получил в Университете Торонто, имеет степень бакалавра по бизнесу и управлению. [3, c.21]

Является владельцем второго по величине в Аомэне банка "Тайфэн", который получил в наследство от отца. Когда банк Хэ Иня в свое время оказался на грани банкротства, его выручил Пекин, получивший за это значительную долю акции. В политике Хэ Хоухуа с 29 лет, можно сказать, что он представляет новое поколение руководителей: имеет солидный опыт деятельности в разных сферах - политике, бизнесе, законодательстве, информации, транспорте, спорте, благотворительности. Играл ведущую роль в разработке конституции, по которой будет жить Макао в новом качестве. [2, c.24]

В полночь с 19-го на 20 декабря 1999 года в Макао состоялась торжественная церемония воссоединения с родиной последнего на китайской земле колониального анклава. В специально построенном огромном павильоне был спущен красно-зеленый флаг Португалии и подняты государственный флаг КНР и флаг Особого административного района Аомэнь (ОДРА). Президент Португалии Жоржи Сампайю символически передал права юрисдикции над территорией Макао председателю КНР Цзян Цзэминю. В тот же день состоялась инаугурация новых властей - исполнительного совета во главе с Хэ Хоухуа. [2, c.23]

Вряд ли кто в самом Китае, да и за его пределами, возьмется оспаривать историческую важность восстановления над Макао суверенитета КНР. В Пекине ликвидация португальской заморской провинции и возвращение анклава в лоно родины рассматриваются в контексте полного объединения китайской нации.