Возрастная специфика социально-психологической работы с осужденными

Особенности средовой адаптации человека в каждой возрастной группе разные.

Как отмечает такой автор, как А. Ю. Ушатиков [34. С.52] существуют разнообразные периодизации развития человека. Примем за основу следующую:

1. Период: несовершеннолетние осужденные (от 14-до 18 лет)

2. От 18 до 25-30 лет. То есть до обретения экономической и социальной самостоятельности. Психологически данный возраст характеризуется зависимостью от ценностей родительской семьи. Даже если человек с юношеского возраста (16-18 лет) экономически живет самостоятельно, до психологического кризиса 30 лет его поведение определяется не потребностями, которые прошли проверку временем и стали для него убеждениями, а необходимостью приспособления незрелой личности к психологически экстремальным обстоятельствам (Остаточными явлениями личностных реакций, повышенной тревожностью перед естественными ожиданиями общества, которые он не может, да и не хочет оправдывать, подогреваемой, кроме того, внутри личностными конфликтами).

Таким образом, каждый период характеризуется определенными психологическими задачами, которые человек должен решить, неважно, понимает он это или нет. Эти задачи заключаются, в период от 18 до 30 лет, прежде всего, в выработке на основе родительского воспитания собственных стереотипов семейно-брачного поведения, общения в нормативно-правовом пространстве и умение разумно регулировать проявления эмоционально-волевой сферы. Ценностным «ядром» данного периода является формирование четкого, хотя и некритичного понимания границ дозволенного с формированием способности к самодисциплине.

Общение в собственной семье в данный возрастной период несет на себе отпечаток личностной незрелости супругов и не имеет большого значения для формирования поведения человека, по сравнению с закономерностями родительской семьи.

Сфера коллектива, как правило, ограничивается ученическими или производственными в период овладения профессией и получения профессионального первоначального опыта. В этот период человек должен получить навыки взаимодействия с помощью правил, установленных извне (родителями, учителями, руководством, а также государством вообще). Ключевую роль при этом играют люди-носители этих норм. Неформальное общение в этом возрастном периоде также имеет характер обучения. Человек учится интуитивному общению. Реабилитационное значение для ИК имеет насущная потребность для этих осужденных в идентификации с личностно значимым объектом. Именно поэтому осужденные данной возрастной группы особенности общения с отдельными лицами и их оценки зачастую переносят на систему в целом.

Следующий возрастной период охватывает период зрелости (30-55лет).

Психологической особенностью этого возрастного периода, по мнению В. М. Рожкова, значимой является реализация потенциала на основе ценностных убеждений личности, как целевая характеристика данного возраста. Проблема в том, что бы эта реализация проявлялась в формах, способствующих личностному росту, имеющих общественное значение и разрешенных (не запрещенных) государством. Речь идет, прежде всего, о создании собственной семьи, о профессиональной состоятельности и о вне профессиональных занятиях.

Основы для реализации этого потенциала закладываются в более ранний период: должны быть сформированы стереотипы семейно-брачного поведения, заложен опыт гармоничного соотношения в личности отношений в формализованном коллективе и социальной стихии.

Опыт работы в мужской колонии общего режима показывает, что наибольшую степень не конструктивности в социальной адаптации демонстрируют осужденные с выраженными признаками психологического отчуждения от семейных ценностей. Как правило, это сочетается с длительным злоупотреблением алкоголем и наркотиков, многочисленными эпизодами преступлений (как и судимостями), устойчивым отсутствием стремления к профессиональному росту. Признаки отчуждения по сферам коллектива и неформального общения (при отсутствии ярко выраженных признаков отчуждения в семье) проявляют осужденные, как правило, с психической патологией, влияние которой не смогли компенсировать положительные отношения родственников и коллектива.

Преступное поведение в этом возрасте может быть двух видов: как продолжение (усугубление) неконструктивной адаптации, начавшейся в предыдущий период и как «сбой» в положительной адаптации, при отсутствии криминального опыта в прошлом. Осужденные первой группы отличаются, как правило, стойкой антисоциальной направленностью личности.

В другом случае, как отмечает В. М. Рожков [28. С.115] при отсутствии ярко выраженных антисоциальных установок и понимании, что их жизнь организована не так, как это принято в обществе, характерно не умение и не желание прилагать какие бы то ни было усилия для создания устойчивых социально положительных связей. Негативный опыт положительного социального общения в сочетании со слабостью личности осужденных привели к тому, что традиционные социальные ценности (семьи, коллектива, труда и т.д.) привлекательными для осужденных не являются. Однако данный негативный опыт не является настолько тяжелым, что бы сформировалась ярко выраженная враждебность личности к обществу с проявлением ее в уголовных традициях. Поэтому у таких осужденных присутствует подспудная установка строить свое поведение социально приемлемым способом, не прилагая усилий для создания прочных социально положительных отношений, одновременно не показывать себя как убежденного врага государства (матерого уголовника) со всеми вытекающими последствиями.

В рамках данной возрастной группы можно выделить отдельную подгруппу: до 35 лет, когда человек еще может сделать выбор между увеличением дистанции от общества («махнуть рукой» на возможность организовать свою жизнь, так как это принято в обществе) и дальнейшими усилиями в этом направлении.

При работе с осужденными указанной возрастной группы необходимо иметь в виду возможность рецидива после освобождения по психологическим причинам, именно в силу особенностей процесса идентификации у осужденных этой возрастной группы: связывать себя именно с тюремной системой

Таким образом, главное психологическое умение, которое «поражается» при углублении не конструктивности адаптации в среднем возрасте - это способность человека взаимодействовать в коллективе, то есть использую официально введенные нормы и правила (как продолжение неконструктивной адаптации в более раннем возрасте).

В работе с осужденными третьей возрастной группы (старше 55 лет) необходимо учитывать, прежде всего, возрастные изменения и особенность представленности возрастного фактора в ИУ. В литературе широко освещен факт зависимости характера мышления, душевного здоровья престарелого человека от понимания смысла собственной жизни, а также от его роли в актуальном микроокружении как носителя жизненных ценностей.

Практика работы показывает, что если отсутствует процесс усложнения потребностей в направлении вычленения духовных, то личность пожилого человека очень быстро становится чрезвычайно примитивной.

Основные социальные ценности в данном возрастном периоде присутствуют в «свернутом» виде именно непреходящих духовных ценностей, носителем которых может стать человек только по достижению определенного возраста.

К сожалению, в реальности с такими примерами приходиться сталкиваться крайне редко. Чаще всего, а именно в колонии, для лиц этого возраста характерны крайняя примитивность личности как отражение сочетания естественных физиологических процессов (старческая астеничность) и неразвитости личности (что проявляется в детскости психики – плаксивости, истероидности и т. д.)

В обычной жизни люди разных возрастов в неформальной среде сталкиваются крайне редко, все общение сводится к разговорам в курилке во время перерывов. И это естественно, так как в однородной культурной среде (христианской) традиционная ценностная тематика у представителей разных возрастных групп реализуется совершенно по-разному.

В своих трудах авторы А. Д. Глоточкин, В. Ф. Пирожков говорят о том, что в исправительных учреждениях в постоянный процесс коммуникации задействованы люди самых разных возрастов. Особенно это обстоятельство актуально для колоний общего режима. Характерной чертой коммуникативного процесса в исправительном учреждении является то обстоятельство, что те социально положительные характеристики, с которыми традиционно ассоциируется зрелый возраст (надежность, терпение, некоторая снисходительность и т. д.) здесь большого значения не имеют. Для того, что бы их культивировать необходимо постоянная связь с кем - то личностно значимым вне ИУ. Вне этих социально положительных и личностно значимых отношений лучше адаптироваться в ИУ имеют возможность осужденные с небольшим жизненным опытом.

Такие молодые осужденные чаще всего без навыков самодисциплины испытывают большие трудности на первом этапе отбывания наказания, что делает их опасными для администрации и самих себя. Однако когда устанавливается личностно значимая для осужденного коммуникация между ним и конкретным сотрудником администрации ИУ адаптация и дальнейшее отбывание наказания происходит значительно лучше.

Таким образом, можно предположить, и практика работы с осужденными это подтверждает, что группы типологии осужденных можно разделить следующим образом:

1. Осужденные с максимально выраженными признаками неконструктивной адаптации (с высокой степенью социально-психологического отчуждения).

Мотивация к право послушному поведению или отсутствует или связана со страхом перед еще более строгим наказанием и психологической усталостью от уголовного преследования государства.

Первая возрастная группа (для общего режима 18-30лет): признаки отсутствия родительской семьи как института (длительный срок проживания вне семьи, побеги из дома, ранние судимости). Признаки не успешности образовательного и профессионального пути (раннее прекращение учебы, длительный период не работал и не учился). Отсутствие навыков общения в социально положительной среде неформального общения (длительное употребление наркотиков). «Центром тяжести» формирования социально неконструктивной адаптации (девиантного поведения) является невыполнение семьей осужденного (родителями или лицами их замещающими) своих социально-психологических функций, формирование психологического отчуждения от ценностей семьи и такого способа социальной адаптации, который является социально неконструктивным, хотя личностно приемлемым (на тот момент).

Вторая возрастная группа (30, 35 –55 лет): признаки неконструктивной адаптации вследствие психологического отчуждения от ценностей, прежде всего, добросовестного регулярного общественно полезного труда. Данный процесс сопровождается неумением и нежеланием личности прилагать усилия к устойчивому взаимодействию в формализованном коллективе и семьи, как следствие несформированности стереотипов семейно-брачного поведения в прошлом и деструкции ответственности за близких.

Третья возрастная группа (старше 55 лет): аналогично вышеизложенному, с той только разницей, что для этого возраста определяющими поведение факторами является характеристики семьи и профессионального пути детей.

В ИК общего режима такие осужденные адаптируются в зависимости от последовательности администрации в проведении исправительной политики: становятся на путь жесткой оппозиции, а там, где отсутствует последовательная воспитательная политика администрации, образуют так называемое «болото» с высокой степенью криминального заражения. Социальная ориентация отличается не криминальностью, а скорее воинствующей инфантильностью: не желанием прилагать личностные усилия для достижения социально приветствуемого результата. Именно поэтому именно эта категория является постоянным поставщиков членовредителей и суицидентов (шантажного типа).

По мнению Н. А. Деевой наибольшая степень психологического отчуждения устойчиво коррелирует с выраженными признаками микро социальной неустроенности (нищеты, аморального поведения родителей, отсутствия подобающего возрасту образования, профессиональных умений и опыта), а также с наличием психической патологии. Преступный путь таких осужденных начинается достаточно рано (с 13-14 лет и ранее), сопровождается побегами из дома, ранним употреблением токсических (одурманивающих) веществ. Мышление логически примитивно (носит скорее магический характер), хотя навыки социально-стихийного взаимодействия весьма высоки.

Для осужденных этой диагностической группы среднего возраста также присущи социальные характеристики, безошибочно указывающие на повышенную степень психологического отчуждения (многочисленные судимости, длительное проживание вне брака, неустойчивый профессиональный путь и т.д.)

Однако увеличивается количество осужденных, социальное благополучие которых сочетается с неустойчивой социальной ориентацией: имея благополучные семьи такие лица, занимаются криминальным или полу криминальным бизнесом. Диагностика этой категории затрудняется их чрезвычайной приспособляемостью в любых социальных условиях.

2. Осужденные, неконструктивная адаптация которых связана с отчуждением по двум сферам.

Мотивация к право послушному поведению в значительной степени устойчива и связана с повышенной значимостью для личности имеющихся положительных социальных отношений.

Первая возрастная группа: неконструктивная адаптация связана с отчуждением по сферам коллектива и социально положительного неформального общения. Не разрушенные положительные отношения с родственниками при выраженном отрицательном опыте учебы, труда и общения в неформальной среде у таких осужденных устойчиво сочетается с каким либо психическим дефектом (умственным чаще всего).

Как считает Н. А. Деева, сложность работы с осужденными молодого возраста этой диагностической категории связана с очень большой зависимостью социальной ориентации личности от ситуативных факторов. Практика показывает, что молодые осужденные отношения с конкретными исполнителями (сотрудниками милиции, судебных органов, ИК) зачастую переносят на оценку системы в целом. Так, что трудности в общении с отдельными сотрудниками проявляется в отношении к режиму и ориентации на общение с осужденными отрицательной направленности.

Для осужденных второй возрастной группы характерны сочетания способности к производительному труду, причем в коллективе, слабых (хотя и сохраненных) отношений с кем - то из близких и стремления вести в значительной степени асоциальный образ жизни (без личностных усилий).

3. Осужденные, неконструктивная адаптация которых связана с отчуждением по одной сфере или не связана с отчуждением.

Речь идет о т. н. «неумышленных, аффективных, с превышением самообороны» преступления, совершение которых связано с ситуативным «срывом» социально конструктивной адаптации под влиянием тяжелых жизненных обстоятельств или трагической случайности.

Эта категория осужденных характеризуется устойчивыми положительными социальными связями. Которые выполняют функцию опоры, как для самого осужденного, так и для администрации. Нарушения режима и иные эксцессы в этом случае имеют чисто ситуативную природу и связаны с кратковременным срывом социально положительной адаптации.