Понимание безопасности личности

На протяжении продолжительного времени безопасность рассматривалась, как защита своей территории от внешнего вторжения, как возможность избегнуть перспективы стать жертвой насилия извне, противостоять которому можно было лишь насилием. Это и обусловило появление государства.

В целом, безопасность означает надежное существование как-то объекта при наличии всяческих угроз, которые существуют практически всегда (может идти речь лишь об их усилении, достаточной нейтрализации и др.).

Обязательным условием нормального развития любого общества является его стойкость по отношению к отрицательным внешним влияниям, а также внутренняя социальная стабильность. Это было отмечено еще Платоном в известных его работах «Тимей» и «Государство». Для характеристики такого условия применяется общепринятое в международном общении понятие «безопасность», что традиционно определяет общественное состояние, при котором опасность не угрожает кому-либо или чему-либо. В наше время содержание этого термина вышло за рамки понятия, которое применялось раньше. Вообще толкование «национальной безопасности» в широком смысле ведет начало от учений Н. Макиавелли, Т. Гоббса, Ш. Монтескье, Г. Лейбница и др. Эти мыслители изучали взаимоотношения между правителями, населением и государством в плане обеспечения безопасности. Они связывали безопасность, прежде всего, с такой деятельностью государства, которая могла быть гарантирована только государством, с помощью специально создаваемых им силовых структур.[1]

Со временем понятие «национальная безопасность» расширилось. Если раньше под ней понимали защиту интересов лишь государства, то со временем она начинает касаться интересов личности и общества. Но это характерно только для западной науки. В отечественной социальной и военно-научной мысли понятия «национальная безопасность» («безопасность») длительное время не применяли. Подтверждением этого является отсутствие этой категории в исследованиях советских ученых. Они отсутствуют и в энциклопедиях, словарях, справочниках, выданных в 50-80 те года ХХ в. в СССР, в то время как в западной социально-философской мысли проблемы национальной безопасности исследовались довольно активно.

В начале 90-х гг. в России появляются первые материалы по проблемам национальной безопасности, основанные на богатом опыте научного поиска западных ученых. В зависимости от того, кто или что является объектом защиты, извне или изнутри, различают безопасность внешнюю (национальную, региональную, глобальную) и внутреннюю (личности, социальной группы, государства, общества). Было решено, что объектами обеспечения безопасности по приоритетности интересов должны выступать личность, общество, а затем государство.

Некоторые авторы усиливают значение того или иного элемента в отношениях по обеспечению безопасности. Например, в целом критикуя позицию противопоставления безопасности личности общества и государства, А. И. Александров, С. С. Ковалевский, А. В. Коровников и К. В. Сурков считают, что обеспечение безопасности государства и общества необходимо рассматривать преимущественно с позиций безопасности личности. Безопасность личности в итоге ведет к стабильности и безопасности каждого компонента структуры национальной безопасности.[2]

Ряд исследователей рассматривают безопасность личности как одно из проявлений свободы человека. Так, И. Ю. Жинкина непременным атрибутом безопасности личности считает реализацию социально значимых способностей и потребностей вне противодействия со стороны государства и общества[3]. И. Л. Петрухин, исследуя взаимоотношения личности и государства, говорит о том, что в иерархии целей общества интересы человека должны быть поставлены на первое место. Некоторые авторы занимают более либеральную позицию и указывают на подчиненность государства главной цели - обеспечению прав и свобод человека и гражданина, неоспоримом приоритете индивидуальных прав и свобод.[4]

Отдельные ученые весьма негативно оценивают идеи превосходства частных интересов над публичными (в том числе в сфере безопасности). Но в целом безопасность личности рассматривается как одно из условий безопасности общества, в свою очередь составляющего безопасное государство. Исходя из принципа приоритета человека, его прав и свобод над другими конституционными ценностями, в триаде объектов национальной безопасности на первый план выдвигается безопасность личности, которая носит основополагающий характер.

Безопасность личности предполагает особый объект защиты (личностные ценности, выраженные в основных правах и свободах), особые средства, которыми индивид обеспечивает собственную безопасность (субъективное начало), присущие только ему.

В Российской Федерации данный принцип уже получил определенное законодательное и в первую очередь конституционное закрепление, а также доктринальное развитие. Речь идет о норме ч. 2 ст. 55 Конституции РФ, запрещающей отмену или умаление прав и свобод человека и гражданина, о режимах чрезвычайного и военного положения, целях и условиях их введения, а также предусмотренных ч. 3 ст. 55 Конституции РФ ограничениях конституционных прав и свобод личности.

В Конституции РФ термин «безопасность» употребляется десять раз:

1) в ч. 5 ст. 13 запрещается «создание и деятельность общественных объединений, цели или действия которых направлены на подрыв безопасности государства»;

2) в ч. 3 ст. 37 сказано, что «каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности»;

3) в ч. 3 ст. 55 и ч. 1 ст. 56 речь идет об условиях допустимости ограничения прав и свобод человека, среди которых называются безопасность государства и граждан;

4) п. «м» ст. 71 относит безопасность к ведению Российского государства;

5) п. «б» ст. 72 закрепляет за совместным ведением РФ и ее субъектов обеспечение общественной безопасности;

6) п. «д» ст. 72 закрепляет за совместным ведением РФ и ее субъектов обеспечение экологической безопасности;

7) ч. 2 ст. 74 оговаривает возможность ограничения перемещения товаров и услуг в России, если это необходимо для обеспечения безопасности;

8) при вступлении в должность Президент РФ приносит присягу, в которой обязуется защищать безопасность государства (ч. 1 ст. 82 Конституции РФ);

9) п. «д» ст. 114 относит к ведению Правительства РФ обеспечение государственной безопасности;

10) п. «ж» ст. 83 закрепляет полномочия главы государства по формированию и руководству Советом Безопасности РФ, статус которого определяется федеральным законом.[5]

В целом Конституция РФ отражает различные стороны реализации безопасности, во-первых, правовой (юридической) безопасности личности, имея в виду, например, физическую безопасность (ст. 20-23), информационную безопасность (ст. 24, 29), экономическую безопасность (ст. 34, 35) и т.д., во-вторых, безопасности государства (ч. 3 ст. 4, ч. 5 ст. 13, ч. 3 ст. 55, п. «м» ст. 71), в-третьих, безопасности общества (ч. 2 ст. 7).

Закон Российской Федерации от 5 марта 1992 года № 2446 - I «О безопасности» (с изменениями от 25 декабря 1992 г., 24 декабря 1993 г., 25 июля 2002 г., 7 марта 2005 г., 25 июля 2006 г., 2 марта 2007 г.), «Концепция национальной безопасности Российской Федерации», утвержденная Указом Президента РФ № 1300 от 17 декабря 1997 г. и новая редакция «Концепции национальной безопасности РФ», утвержденная Указом Президента РФ № 24 от 10 января 2000 г. также на первое место ставят безопасность личности в системе социально-политической безопасности России.

При этом безопасность трактуется как «состояние защищенности жизненно важных интересов личности, общества и государства от внутренних и внешних угроз». Под этими жизненно важными интересами, в свою очередь, скрываются потребности и нужды индивидов, их групп и всего общества, без реализации которых немыслимо их существование, невозможен дальнейший прогресс и развитие. Защита от угроз как главная цель обеспечения безопасности не должна идти в разрез с правами и интересами людей.

В то же время мировая и российская законодательные системы отвергли концепцию абсолютной безопасности и пришли к концепции приемлемого, допустимого риска. Абсолютной безопасности в процессе жизнедеятельности просто не может быть, всегда есть некоторый остаточный риск. В связи с этим представлением безопасность понимается как приемлемый риск. В противном случае риск может быть не приемлемым, но и чрезмерным, предельно допустимым, что несет опасность для здоровья, существования и жизнедеятельности человека.

В настоящее время формируется новый подход к оценке риска и управлению риском на основе этического принципа предосторожности, который был обнародован 2 февраля 2000 г. Еврокомиссией. Этот принцип включен в многочисленные международные документы, в том числе в декларации, разработанные ООН в Рио-де-Жанейро. Предосторожность требует предусмотрительности в принятии решений и осуществлении деятельности, переключения внимания с анализа предсказуемых последствий на осознание возможности непредсказуемых неблагоприятных последствий или последствий, которые не определены и вызывают опасения. Принцип является этическим в том смысле, что основывается на чувстве ответственности тех, кто принимает решения, делает прогнозы и осуществляет деятельность.[6]

Опираясь на анализ научных источников, можно сказать, что безопасность в качестве научной категории по отношению к объекту трактуется следующим образом:

1) определенное состояние объекта безопасности и его жизнедеятельности (актуальная или ситуативная безопасность);

2) уровень защищенности интересов объекта безопасности;

3) достаточность системы мер предотвращения и преодоления опасностей;

4) качественная характеристика стабильности и устойчивого развития объекта безопасности, включая устойчивые личностные структуры.

Таким образом, безопасность выражает устойчивый способ жизнедеятельности объекта, является одним из базисных постулатов образа мира человека и одной из его базовых потребностей. Личность является первичным самодостаточным элементом отношений безопасности, формирует в своей диспозиционной структуре определенные предрасположенности к восприятию своего существования, оценке условий жизнедеятельности, вырабатывает ценностные ориентации и установки на конкретные виды поведения. Сложность и открытость системы «личность» является для нее источником потенциала, позволяющего выстроить более успешные взаимоотношения со средой.