Последствия деятельности сект в отношении личности

Деструктивность сект определяется не их религиозными верованиями или политической направленностью, а психологическими, сексуальными и физическими манипуляциями с личностью.

Деструктивные религиозные организации практикуют контроль над сознанием своих членов и вызывают психологическую дестабилизацию личности. У адептов исчезает критическое мышление, и секта осуществляет полный контроль над всеми сторонами их жизни. Все деструктивные культы, что бы они ни проповедовали и как бы ни назывались, разрушительны для личности человека. У них могут быть разные способы вербовки и обработки психики и сознания, но задача всегда одна – полное подчинение людей лидерам секты, чтобы можно было выкачивать из них как можно больше денег.[6]

Необходимо отметить наиболее важные последствия деятельности деструктивных культов:

в результате откровенных манипуляций сознанием сектантов разрушаются психологические основы личности и, следовательно, семьи и социальной среды;

жестоко навязывается комплекс искусственных морально-этических требований;

пострадавшие добровольно лишают себя российского гражданства, отказываются от службы в армии, от участия в общественной жизни страны;

поощряется отказ от учебы, работы;

инициируется агрессия в отношении к «иноверцам», разрыв семейных отношений;

разводы, уход из семьи детей или родителей;

настойчиво рекомендуется отказ от материальных ценностей и передача их и денежных средств в распоряжение руководителей сект;

вследствие значительного ограничения сна, питания, а также продолжительной однообразной деятельности в период бодрствования значительно ухудшается здоровье адептов сект, прежде всего молодежи;

целенаправленно ограничивается умственное развитие сектантов, так как им запрещается чтение каких-либо книг, кроме рекомендованной руководством сект литературы, носящей, как правило, бредовый характер;

формируется и постоянно поддерживается состояние психического перенапряжения, связанного с культивируемым страхом перед концом света, третьей мировой войной, болезнями, бедствиями и тому подобное, что ведет к развитию невроподобных расстройств психики сектантов с частыми срывами, требующими госпитализации.

Одна из главных целей лидеров подобных религиозных организаций — отбор среди массы своих сторонников тех, кто по приказу вождя пойдет на любые действия, вплоть до преступления или пожертвования собственной жизнью. Для того чтобы сделать человека фанатично преданным вождю, используются приемы психологического воздействия, приводящие к контролю над сознанием. С этой целью на вовлекаемого в секту направляется групповое давление для усиления «потребности к принадлежности» путем пения, прикосновений и, прежде всего, лести. Новообращаемый начинает испытывать ощущение, что он — это нечто особенное и общение с ним членам секты очень приятно. С этой же целью «новичок» ни на минуту не оставляется один, он теряет возможность сопоставлять получаемую информацию с реальностью. Предоставляемая новобранцу информация дается через медитирование, монотонное пение и многократно повторяющиеся действия, то есть через специально созданное состояние высокой внушаемости. Вовлеченный в секту обязан под предлогом создания близости исповедовать свои страхи и секреты, которые потом используются для эмоционального давления посредством явных и завуалированных угроз. Нарушается нормальное физическое состояние человека, поощряется отказ от сна, якобы для духовных упражнений и необходимого тренинга. Вводится неадекватное питание, маскируемое под специальную диету для улучшения здоровья или под ритуалы. В результате образуется сенсорная (чувственная) перегрузка, которая навязывает комплекс целей и определений новой доктрины, чтобы заменить прежние ценности вероятного новообращаемого посредством усвоения массы информации за короткое время, с очень ограниченной возможностью критической проверки.

Культовый контроль над сознанием, практикующийся в деструктивных религиозных организациях, не столько стирает прежнюю личностную идентификацию, сколько создает новую, с тем, чтобы подавить старую. Это приводит к психическим расстройствам у некоторых сектантов, и, в конечном счете, к высокой вероятности агрессивных акций с их стороны в состоянии психической невменяемости. У человека формируется четкая грань между теми, кто имеет право на существование (сторонники секты), и теми, кто такого права не имеет («внешний мир»). Это приводит к планомерному распространению ненависти к внекультовому социуму. И потенциально обуславливает готовность адептов секты принести в жертву ради достижения целей своего культа любое количество неадептов. Другими словами, снимается априори грех за любое преступление во имя целей организации. Подобное уничтожение комплекса вины за совершаемое преступление и оправдание любых своих (или других членов секты) действий, способно привести человека к бесконфликтному принятию самоубийства. В некоторых сектах для целенаправленного нарушения идентичности личности и разрыва внекультовых связей адепта используются психотропные и наркотические вещества.

Научные данные позволяют утверждать, что в результате достаточно длительного применения техники контроля над сознанием личности, последняя доводится до состояния психической беспомощности, бессилия и дискредитируется. Вместо нее целенаправленно выстраивается культовая личность, предназначенная для воплощения идей и исполнения воли лидера культа. Теперь новая личность обладает не собственной, а иллюзорной культовой «самостью». При интенсивном процессе результат достигается иногда за несколько дней, в большинстве случаев — за несколько недель или месяцев.[7]

Таким образом, оценка существующих и потенциальных угроз в информационно-психологической сфере российского общества настоятельно требует системного анализа, свободного от политических, идеологических, религиозных и иных пристрастий.