Экономика Австралии

Австралия. Общие черты

Австралия – лучшее место в мире для проживания.

Австралия, имеющая га государственном уровне ярко выраженную иммиграционную политику, считается лучшим местом для проживания не только среди граждан постсоветского пространства, но и среди многих высокоразвитых экономик мира. Австралия занимает первое место с 10% голосов респондентов, следом за ней идет Новая Зеландия с 9%, и Америка и Канада с 7% каждая. Франция заняла первое место среди европейских «пунктов назначения», около 6 % людей хотели бы переехать туда, за ней следует Испания, куда бы уехали 5%.

Из 42% людей, желающих приобрести собственность за границей, большая часть живет на Юго-востоке(18%), за ней следует Северо-запад и Лондон (10%). 4% опрошенных респондентов уже владеют недвижимостью за границей. Одна четверть этих респондентов также живет на Юго-востоке (28%), за ней следует Лондон (15%), Йоркшир, Хамбер и Уэст-Мидлендс (7%). В случае переезда за границу, британцы должны учитывать и приспосабливаться к множеству аспектов жизни, и личные средства в данном случае не исключение. Исследование проводилось компанией GfK financial. В качестве репрезентативной выборки был опрошен 1321 человек, за временной промежуток с 24 по 30 апреля 2007г. Bank of Scotland International предлагает широкий круг банковских и сберегательных решений по всему миру из своих офисов в Джерси. Bank of Scotland International предоставляет финансовую поддержку экспатриантам, международным клиентам, а так жителям Великобритании, острова Мэн и Нормандских островов.

Финансы

Структура экономики.

Австралия - одна из высокоразвитых капиталистических государств. Об уровне экономического развития судят по целому ряду показателей, главным из которых является валовой внутренний продукт (ВВП) в расчете на душу населения. В 2004 году ВВП Австралии составил 611,7 млрд. долларов, в расчете на душу населения - 30 700 млрд. долларов. Чтобы иметь подобный показатель, необходимо обладать высокоразвитой экономикой, какой и является экономика Австралийского Союза. Австралия располагает практически всеми отраслями современной индустрии, высокотоварным сельским хозяйством, развитым сектором услуг.

Отраслевая структура экономики Австралии (структура ВВП) в настоящее время ненамного отличается от других ведущих капиталистических стран. При этом за послевоенный период она претерпела заметные изменения. Удельный вес сельского хозяйства в ВВП, составлявший в 30-е годы 23%, в 50-е сократился до 17, в 60-е - до 11, в 80-е - до 4,3%

Удельный вес обрабатывающей промышленности неуклонно возрастал вплоть до конца 60-х годов, когда он достиг 30%, затем началось его снижение, которое замедлилось лишь в 80-е годы. Относительно высокая доля добывающей промышленности отражает роль Австралии как минерально-сырьевой базы капиталистического мира.

Относительно невысокий удельный вес отраслей материального производства не означает, что в послевоенный период они не развивались, наоборот, объем производства и сельского хозяйства, и обрабатывающей промышленности в абсолютных цифрах увеличился в 2-3 раза. Однако темпы их роста были ниже, чем у сферы услуг, доля которой ныне превышает 50%.

Существует еще один важный показатель, отражающий особенности экономики, - структура внешней торговли. Вот он-то и выделяет Австралию из группы развитых государств. Дело в том, что в отличие от большинства других индустриальных стран, выступающих на мировом рынке в качестве экспортеров машин и оборудования и импортеров сырья, топлива и полуфабрикатов, у Австралии все наоборот. Структура ее внешней торговли характерна для развивающихся стран: свыше 80% экспорта приходится на минеральное и сельскохозяйственное сырье и продовольственные товары, а около 80% импорта - на машины, оборудование, потребительские товары.

Еще в 50-е годы более 80% экспорта составляли товары сельскохозяйственного происхождения. Открытие и разработка месторождений железной руды, каменного угля, бокситов, а в дальнейшем и других видов полезных ископаемых привели к тому, что Австралия превратилась в одного из ведущих поставщиков не только сельскохозяйственного, но и минерального сырья. Его доля в австралийском экспорте превысила долю традиционных экспортных товаров аграрного сектора.

Именно сельское хозяйство и добывающая промышленность определяют место Австралии в мировом разделении труда и в мировой экономике в целом. Как и в других странах развитого капитализма, господствующие позиции в экономике Австралии занимают крупные компании (корпорации). Об уровне концентрации производства и капитала свидетельствуют следующие цифры. На 200 крупнейших корпораций обрабатывающей промышленности приходится более 50% оборота отрасли и 44% рабочей силы; на 50 ведущих - соответственно 29 и 25%. В добывающей промышленности 25 крупнейших компаний дают 84% всей продукции.

Еще более убедительны цифры по добыче отдельных видов полезных ископаемых. Так, две фирмы ("Хамерсли" и "Маунт-Ньюмен") добывают половину железной руды, три ("Комалко", "Алкоа" и "Набалко") осуществляют добычу всех бокситов. "Маунт-Айза майнз" дает 60% меди, являясь при этом ведущим производителем свинца и вторым крупнейшим - цинка. На "ЭССО" (австралийский филиал американской корпорации "Экссон") и "БХП" приходится 90% добываемой в стране нефти.

Значительная часть австралийских корпораций - это филиалы иностранных монополий. На предприятиях, контролируемых иностранным капиталом, производится 35% продукции обрабатывающей промышленности и 57% - горнодобывающей. Следует иметь в виду, что иностранные компании относятся к числу наиболее крупных: из 25 ведущих фирм обрабатывающей промышленности 14 контролируются иностранным капиталом. Кроме того, они действуют в новых, наукоемких отраслях промышленности, в то время как национальный крупный капитал преобладает в традиционных сферах - черной и цветной металлургии, производстве стройматериалов, пищевой и легкой индустрии, целлюлозно-бумажной промышленности.

Еще более высокого уровня концентрация капитала достигла в кредитно-финансовой системе. На долю четырех ведущих коммерческих банков приходится примерно 90% активов этой группы учреждений, составляющих сердцевину кредитной системы. В отличие от промышленных компаний банки контролируются национальным капиталом.

Насколько велики австралийские компании? Но объему продаж лишь "БХП" входит в сотню крупнейших неамериканских промышленных корпораций, причем ближе к концу - 84-е место. Следующая за ней "КШР" занимает лишь 210-е место. "Острэйлиен консолидэйтед индастриз" - 258-е. Это означает, что по сравнению с ведущими зарубежными корпорациями австралийские компании относительно невелики. Однако они по своим размерам не уступают компаниям средних и малых западноевропейских стран. Что касается австралийских банков, то они занимают более высокие места среди крупнейших банков мира (три попадают в первую сотню).

Начиная с 70-х годов концентрация капитала происходит за счет так называемой диверсификации - внедрения в совершенно новые для компаний сферы деятельности, в первую очередь в добычу и переработку минерального сырья. Так, "БХП" совместно с "ЭССО" занимается добычей нефти в Бассовом проливе, участвует в консорциуме по освоению подводных месторождений газа у северо-западного побережья Австралии, в консорциуме по разработке месторождений медной руды и золота в Папуа-Новой Гвинее. Крупные средства компания вложила в добычу бокситов и производство алюминия, в добычу алмазов.

Одно из последствий концентрации капитала - выход монополий за национальные границы. По некоторым оценкам, заграничные предприятия имеют более 600 австралийских компаний (сюда включаются и дочерние фирмы иностранных корпораций, базирующихся в Австралии). Их инвестиции, особенно со второй половины 70-х годов, растут быстрыми темпами, хотя их суммарный объем в 5 раз меньше, чем иностранных инвестиций в самой Австралии. В основном австралийские международные (по масштабам деятельности) компании - это средние узкоспециализированные фирмы обрабатывающей промышленности.

В послевоенный период в экономике Австралии заметно выросла роль государства. В государственных учреждениях и на предприятиях занято около 33% рабочей силы. В руках государственных органов находятся большая часть авиаперевозок, электроэнергетика, почтово-телеграфная связь, портовое, коммунальное хозяйства, железнодорожный транспорт, военные заводы. Государство занимает важные позиции в кредитной системе. С его помощью перераспределяется свыше 40% ВВП.

Вместе с тем в системе государственного вмешательства в экономику в Австралии имеются отличия от многих европейских стран. Так, например, в Великобритании, Франции, Австрии, Италии велика роль государственной собственности в экономике в целом и в промышленности в частности. В Австралии, как, впрочем и в США, и в Канаде, государственная собственность получила меньшее развитие и сосредоточена преимущественно в так называемых отраслях социальной и производственной инфраструктуры (здравоохранение, образование, социальное обеспечение, транспорт, связь и пр.). Удельный вес государственных предприятий в промышленном производстве не превышает 3%.

Противоречия развития.

Являясь капиталистической страной, Австралия развивается по законам, свойственным капиталистической системе хозяйства. Это развитие характеризуется в первую очередь цикличностью, т. е. периодически оно прерывается кризисами перепроизводства, то увеличивающейся, то уменьшающейся, но никогда не исчезающей безработицей, инфляцией, диспропорциями в экономике.

Некоторые австралийские экономисты и политические деятели стали выражать серьезную озабоченность будущим Австралии. В печати появились весьма многозначительные высказывания о том, что страна превращается в "банановую республику", в развивающееся государство. Насколько обоснованны эти предостережения? Ведь внешне все в Австралии по-прежнему благополучно. Растут небоскребы. Около 70% населения проживает в собственных домах. Практически каждая семья имеет личный автомобиль, а 30% семей - даже два. В Австралии бедность не бросается в глаза, и здесь не увидишь таких трущоб, как, скажем, в нью-йоркском Гарлеме. Для ответа на поставленный вопрос рассмотрим проблемы развития отдельных отраслей экономики Австралии, их сильные и слабые стороны.

Падение промышленного производства, рост безработицы и в целом ухудшение всех экономических показателей в 70-80-е годы связаны с кризисом обрабатывающей промышленности. Он носит долговременный структурный характер. Отрасль стала испытывать трудности уже с начала 70-х годов. Падало производство трудоемких, с высокой степенью обработки, изделий. Среднегодовой выпуск шерстяных тканей сократился с начала 70-х годов до середины 80-х в 2,5 раза, двигателей внутреннего сгорания - в 1,4, автомобилей - в 1,2 и радиоприемников - в 3,6 раза. В целом самое тяжелое положение сложилось в текстильной, швейной, кожевенно-обувной промышленности, в транспортном и электротехническом машиностроении.

В наибольшей степени кризис поразил штаты с самой развитой обрабатывающей промышленностью - Викторию, Новый Южный Уэльс и Южную Австралию. Еще в 1984 г. объем производства в обрабатывающей промышленности был ниже, чем в 1973 г. Свертывание производства привело к массовым увольнениям. Занятость в обрабатывающей промышленности за 1971-1985 гг. сократилась на 150 тыс. человек, в том числе в машиностроении на 50 тыс., в металлообработке на 10 тыс., в швейной и обувной на 60 тыс.

Многие причины кризиса так или иначе связаны с особенностями послевоенного развития страны. Австралийская обрабатывающая промышленность создавалась в основном иностранными монополиями как широко диверсифицированная (разветвленная) импортозамещающая отрасль, ориентированная почти исключительно на внутренний рынок, защищенная высокими таможенными тарифами. Подобное развитие в 50-60-е годы еще было оправдано географической изолированностью Австралии, удаленностью от крупных мировых промышленных центров. Однако в результате она лишилась преимуществ промышленной специализации и кооперации, которыми обладают, например, страны Западной Европы.

Возникавшие предприятия отличались небольшими размерами, что снижало эффективность производства. Более того, отсутствие национальной промышленной стратегии, конкуренция между правительствами отдельных штатов в привлечении иностранных инвесторов способствовали созданию избыточного числа предприятий (также с неоптимальной мощностью).

Сами иностранные корпорации не были заинтересованы в строительстве крупных предприятий в Австралии. Они стремились лишь укрепиться на местном рынке прежде, чем это сделают конкуренты. Во многих случаях австралийским филиалам ТНК запрещалось экспортировать продукцию в третьи страны. Следует также иметь в виду, что значительная часть предприятий создавалась английскими монополиями, которые находились на более низком техническом уровне, чем их конкуренты из США и Японии. Это также отразилось на эффективности австралийской промышленности.

Из-за недостатков в системе образования экономика страны не обеспечена в должной мере специалистами высокой квалификации, потребность в которых удовлетворяется в значительной степени за счет иммиграции. Поэтому при высокой безработице сохраняется дефицит ряда специальностей, в частности программистов. Особо велико отставание в технических профессиях. В расчете на душу населения в Австралии в 3 раза меньше инженеров, чем в Японии. Вдвое меньше школьников, чем в наиболее развитых капиталистических странах, получают полное среднее образование.

Слабое звено обрабатывающей промышленности - научно-исследовательская база предприятий. В целом по доле расходов на НИОКР (научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы) в ВВП (1%) страна сравнима с Канадой, Финляндией, Норвегией и Бельгией. Однако в структуре исследований преобладают фундаментальные разработки, слабо связанные с непосредственными потребностями производства и осуществляемые главным образом за счет государственных средств.

Среди 15 ведущих промышленно развитых стран Австралия занимает первое место по доле участия в исследованиях государственных учреждений (45%) и по удельному весу государства в их финансировании (76%). 31% НИОКР осуществляют высшие учебные заведения (больше лишь в Норвегии). Соответственно доля частного сектора в исследованиях незначительна (среди стран ОЭСР она ниже только у Португалии и Турции). Причем но сравнению с серединой 70-х годов эта доля заметно сократилась.

В целом только 5% акционерных компаний обрабатывающей промышленности ведут исследования. Более половины расходов приходится на филиалы ТНК. Как и в других странах, транснациональные корпорации, которые доминируют во всех наукоемких отраслях, стремятся сосредоточить исследования на базовых предприятиях в стране происхождения. Лаборатории в Австралии занимаются в основном приспособлением уже известной технологии или изделий к местным условиям. Национальные монополии предпочитают приобретать готовые технические решения, нежели проводить собственные исследования.

Серьезным негативным фактором стало старение оборудования, вызванное сокращением инвестиций. Возраст 75% станочного парка страны превышает 10 лет, в то время как аналогичный показатель в Японии - 38%. Как следствие перечисленных причин, производительность труда в обрабатывающей промышленности (за исключением металлургии), по некоторым оценкам, на 20-40% ниже, чем в США.

В обрабатывающей промышленности нет ни одной фирмы, которая была бы так же широко известна на мировых рынках, как, например, компании малых западноевропейских государств: шведские "Вольво", "Альфа-Лаваль", "СААБ", голландская "Филипс", швейцарские "Нестле" и др. Весьма ограниченно число примеров, когда австралийская промышленность выпускала бы на рынок совершенно новую, оригинальную продукцию собственной разработки. Такие области техники, где австралийская промышленность выступала бы в роли мирового лидера, практически отсутствуют.

Несмотря на динамичное развитие в 70-80-е годы, значительно отстает от современных требований радиоэлектроника, в том числе производство ЭВМ. До начала 80-х годов отсутствовало производство основного компонента микроэлектронных устройств - кремниевых кристаллов (так называемых чипов).

Длительное время пороки, изначально свойственные обрабатывающей промышленности, были скрыты. В полной мере они проявились в 70-е годы в связи с активным выходом на мировые рынки продукции ряда развивающихся стран и территорий Азиатско-Тихоокеанского региона и с дальнейшим расширением экспортной экспансии Японии. Австралийские предприятия, даже находясь под защитой высоких таможенных тарифов, не выдерживали конкуренции. Действующие в отрасли компании либо обанкротились, либо свернули производство, либо перенесли мощности за рубеж. Более крупные монополии начали проводить политику диверсификации, которая выразилась в переливе капитала в отрасли по добыче и переработке минерального сырья.

Добывающая промышленность в отличие от обрабатывающей развивается быстрыми темпами. Здесь фактор крупномасштабности присутствует в полной мере. Многие шахты и карьеры относятся к крупнейшим в капиталистическом мире. Чрезвычайно высок и уровень технической оснащенности. Производительность труда сравнима с показателями, достигнутыми в США и Канаде. 70-90% продукции добывающей промышленности экспортируется, т. е. отрасль ориентирована на внешний рынок.

В результате бурного развития горнодобывающей промышленности ее удельный вес в ВВП повысился о 2% в конце 60-х годов до 5% в середине 80-х. Она превзошла другую, ориентированную на экспорт отрасль - сельское хозяйство. Однако если в сельском хозяйстве занято около 7% рабочей силы, то в горнодобывающей промышленности только 1,5%, причем за 70-80-е годы занятость здесь выросла всего на 30 тыс. человек. В этом заключается одно из противоречий развития минерально-сырьевого сектора. Инвестиции того же объема в горнодобывающей промышленности создают значительно меньше рабочих мест, чем в других отраслях.

Второе противоречие связано с тем, что основная часть инвестиций осуществляется транснациональными корпорациями. Отсюда - утечка значительной части прибылей горнодобывающих корпораций за рубеж в форме дивидендов и процентов по займам. Проще говоря, "сливки" от эксплуатации минеральных богатств пятого континента снимают ТНК. Австралийская экономика проигрывает также от того, что большая часть сырья экспортируется в необработанном виде, поскольку так выгоднее ТНК. В горнодобывающей промышленности используется новейшее оборудование, но из-за господства в отрасли иностранного капитала австралийской стороне не передаются знания и технология.

Минерально-сырьевые товары в наибольшей степени подвержены конъюнктурным колебаниям на мировом рынке. При их высоком удельном весе в экспорте это автоматически отражается на платежном балансе и на всей экономике. Сохранение "ножниц цен" на минеральное сырье и промышленные товары (опережающий рост цен на последние) приводит к тому, что при значительном росте физического объема экспорта его объем в текущих ценах увеличивается медленнее, чем в других странах. Отсюда - падение удельного веса Австралии в мировом экспорте.

В полной мере резкое колебание международной конъюнктуры и "ножницы цен" характерны для сельскохозяйственного сырья и продовольствия. На протяжении последних трех десятилетий цены на потребляемые в сельском хозяйстве товары увеличивались в среднем на два с лишним процента быстрее, чем на выпускаемую продукцию. В итоге производство растет, а доходы фермеров падают.

В 70-е годы в связи с вступлением Великобритании в Европейское экономическое сообщество (ЕЭС) произошло сужение традиционного рынка сбыта аграрной продукции и начался поиск альтернативных рынков. Однако ни один из них не обладает прежней стабильностью. Кроме того, Австралия сталкивается с серьезной конкуренцией западноевропейского и американского продовольствия, с растущим протекционизмом в США и Японии.

Сельское хозяйство страны, несмотря на высокие абсолютные показатели (производство зерна на душу населения в отдельные годы доходило до 2 т, мяса - до 160 кг), носит в основном экстенсивный характер. Для него типичен низкий выход продукции на единицу площади (при высоком выходе - в расчете на одного занятого). Так, средняя урожайность пшеницы составляет 13-14 ц с гектара. При этом темпы роста производительности труда отстают от западноевропейских. Для повышения продуктивности этой отрасли необходимы новые инвестиции, однако тяжелое финансовое положение фермеров не позволяет выделять достаточно средств на мелиорацию земель, приобретение новой техники, селекционную работу и т. п.

Наиболее распространенный рецепт, который предлагают австралийские экономисты для оздоровления народного хозяйства, заключается в отмене тарифных и нетарифных ограничений и в прекращении тем самым помощи неэффективным предприятиям. Предполагается, что это приведет к исчезновению последних и расчистит место для экономичных, ориентированных на экспорт компаний. Иными словами, отмена таможенных ограничений приведет, по их мнению, в действие стихийный рыночный механизм, благодаря которому произойдет структурная реорганизация промышленности.

Наиболее крупное сокращение таможенных тарифов за всю историю Австралии (на 25%) осуществило в 1973 г. лейбористское правительство Э. Уитлема. Эта мера способствовала резкому сокращению занятости, особенно в текстильной, швейной, обувной, автомобильной и электротехнической промышленности. Чтобы затормозить процесс сокращения рабочих мест, лейбористы в конце своего пребывания у власти были вынуждены усилить протекционизм, на сей раз с помощью нетарифных ограничений.

Пришедшее на смену правительство консервативных партий, возглавлявшееся М. Фрейзером, а также новое правительство лейбористов Р. Хоука на словах придерживались принципа свободы торговли и отмены таможенных барьеров, но на практике и то и другое опасались радикальной либерализации. Снижение таможенных барьеров при сохраняющемся высоком уровне безработицы повлекло бы за собой слишком опасные социальные последствия. Уровень таможенной защиты в Австралии остается в среднем в 2 раза более высоким, чем в странах ОЭСР.

Правящие круги страны признают необходимость интенсификации НИОКР, развития наукоемких отраслей. Некоторые шаги в данном направлении были предприняты. Среди них - укрепление связи университетов и Организации научных и промышленных исследований Австралийского Союза (КСИРО) с промышленностью, создание специального подразделения этой организации, занимающегося разработкой промышленной технологии, увеличение расходов на профессиональную подготовку и переподготовку. Но этого недостаточно, чтобы приостановить упадок обрабатывающей промышленности, способствовать развитию ее новейших отраслей и укреплению национальной экономики в целом. Тем более что государственные расходы на НИОКР в реальном выражении (с учетом инфляции) сокращаются.

В целом проводимые правительством мероприятия не оказывают глубокого воздействия на экономику. Фактически национальная промышленная стратегия, которая подкреплялась бы финансовыми ресурсами и организационными мероприятиями, отсутствует.

Таким образом, в предостережениях типа того, что Австралия превращается в "банановую республику", что ее ждут тяжелые времена, содержится определенная доля истины. Конечно, пока ухудшение позиций Австралии в мировой экономике носит в целом относительный характер. Такой же характер в общем имеет и снижение жизненного уровня австралийцев. Все внешние атрибуты благополучия по-прежнему сохраняются. Однако отнюдь не исключено, что, если в экономике не произойдет радикальных перемен, в первую очередь, если не будет коренным образом повышен уровень отраслей обрабатывающей промышленности, болезни австралийской экономики будут прогрессировать.

Промышленность

Каменный и бурый уголь являются основой топливно-энергетической базы Австралии. Большинство энергии получают на ТЭС, которые расположены вблизи месторождения угля. Гидроресурсы используются в южной части Восточно-Австралийских гор и на острове Тасмания.

Горнодобывающая промышленность является одной из наиболее старых отраслей Австралии. Австралия занимает одно из первых мест в мире по добыче бокситов, железной руды, свинцовой, цинковой, марганцевой и вольфрамовой руд, каменного угля. Так же развиты все стадии производства черных и цветных металлов.

Машиностроение, развитое практически во всех крупных городах выпускает авиа- и автодвигатели, автомобили, трактора, локомотивы, приборы, электрооборудование.

Химическая промышленность развивается в портовых городах и в районах каменноугольных бассейнов. В стране выпускается практически полная номенклатура химических изделий.

Пищевая промышленность- одна из самых развитых отраслей. Она представлена маслодельным производством, молочно-консервной промышленность. Развито пивоварение, мясохладобойное, мясоконсервное, мукомольное производства, изготовление бекона, обработка табачного листа и т.д. Многочисленны предприятия по консервированию овощей и фруктов. Для пищевой промышленности характерна экспортная ориентация, поэтому наиболее крупные предприятия пищевой промышленности расположены в портовых городах.

Легкая промышленность обеспечена сырьем местного производства (трикотаж, ткани, кожа). Предприятия сосредоточены главным образом в крупных городах на юго-востоке страны.

Современное экономическое положение Австралии

В начала 90-х годов экономика Австралии переживала спад. Экономический кризис в Азии в 1997-1998 годах отразился на Австралии. В начале 1999г. австралийская экономика вступила в период подъема с низкими темпами инфляции. В 2002г. валовой внутренний продукт (ВВП) Австралии (общая стоимость рыночных товаров и услуг) оценивался в 525.5 млрд. долл. США (1998г). Рост ВВП Австралии осенью 1998г. характеризовался рекордным показателем 5%.

В 1997-1998г. темп инфляции в Австралии был равен нулю, тогда как в 2002г. он составлял 2.8%. Однако безработица не уменьшилась. Для сравнения отметим, что в 1998г. уровень безработицы в странах Организации экономического сотрудничества и развития в среднем достигал 7%, а в США 4.5%.

Большее значение в Австралии приобретают финансовая деятельность и сфера услуг.

Изменения последних 20 лет отражаются в перечне крупных компаний, которые в настоящее время доминируют в экономике страны. В 1980г. восемь из десяти ведущих стран монополий Австралии были связаны с добычей полезных ископаемых и использованием природных ресурсов. Первое место среди них занимала мощная компания «Броккен Хай Пропрайтэри» (БХП). Две компании из этой десятки, не связанные с добывающей промышленностью, были представлены крупными банками, которые занимали восьмое и девятое места. В конце 1998г. только две из десяти ведущих монополий были связаны с добычей полезных ископаемых и использованием сырья. БХП скатилась на четвертое место, а «Рио-Тинто» занимала девятое место. Остальные восемь мест принадлежали «Ньюс корпорейшн»-конгломерату средств массовой информации, зрелищных организаций и информационных служб(первое место), четырем банкам, компании АМП-крупному финансовому институту, не связанному с банками, полуприватизированной телекоммуникационной корпорации «Телстра» и компании недвижимости «Ленд-лиз».