Возможности интеграции сирот в общество

Отмечаются основные типы адаптации человека, через приспособление к существующим обстоятельствам путем врастания в среду или изменения себя (активность человека в этом случае направляется на лучшее и все более полное приспособление к среде за счет своих собственных резервов и личностных ресурсов), и самоустранение, уход из среды, если невозможно применять ценности окружения как свои, и не удавалось изменить, и покорить окружающий мир, (в этом случае у человека может пропасть ощущение собственной ценности того, что окружает). Крайняя форма ухода из среды (полное самоустранение) – самоубийство [10, с.62].

Согласно данным, опубликованным в печати, из 15000 выпускников детских государственных учреждений (детей-сирот) в течение года 500 попадают на скамью подсудимых, 3000 становятся бомжами, 1500 кончают с собой [4, с.8-9].

Дети-сироты – проблемная группа и не только в психологическом плане, лишены эмпатийного общения в семье, с близкими людьми, перенесшие жестокое обращение, это то, что можно считать частью начального капитала, сопровождающего стартовые позиции. В обычных случаях, как правило, начальный адаптационный потенциал дает семья: социальный статус, воспитание, здоровье, образование и многое другое. Что не всегда можно измерить, описать, а иногда даже уловить, например, психологические характеристики.

У ребенка в государственном учреждении нет чувства постоянного дома. В 15-18 лет подростки вынуждены уходить из детского дома практически в неизвестность, решать проблему жилья, прописки. Для некоторых закончить учебу – это начать скитаться. К статусу сироты добавляется статус мигранта (как социологическое понятие), а стало быть, статус маргинала и чужака. Дети-сироты становятся мигрантами в раннем возрасте, и сохраняют этот статус в течение многих лет, доказывая, что миграция не географический факт, а социальное явления [17, с. 71].

Стартовые позиции детей-сирот обусловлены уровнем психического и физического здоровья, а также воспитанием и образованием, в том числе полученным в государственном учреждении.

Кадровый вопрос в сиротских учреждениях решается значительно сложнее, чем в обычных детских садах и школах. Это касается, прежде всего, учреждений, находящихся в небольших населенных пунктах. Часто в такие учреждения отправляют воспитанников с плохим поведением или плохой успеваемостью.

У детей-сирот на протяжении истории призрения была возможность повысить свой статус в государственном учреждении относительно беспризорного. Это реализуется за счет льгот государства и за счет образования или профессии, которые обязательно стараются дать ребенку в воспитательном или патронатном учреждении. Правда, на этом пути сироты часто ограничены в получении школьного образования, многие из них не могут учиться в обычной школе, равняться в своих знаниях на детей, у которых есть родители. Бывает, что в интернатах отсутствуют некоторые предметы. Выпускники школ-интернатов ограничены как в свободе выбора учебного заведения, так и в возможности поступления, несмотря на имеющиеся льготы. Поступить в высшие учебные заведения, особенно на престижные специальности, сиротам практически не возможно.

Сегодня, по данным публицистической литературы, сирот не хотят принимать не только университеты и техникумы, но и ПТУ. Кроме того, проблема состоит не только в том, чтобы поступать в учебные заведения, но и в том, чтобы адаптироваться и удержаться в них [19, с.2].

Молодые люди из числа сирот, как правило, не конкурентоспособны на современном рынке труда. А полученные профессии – невостребованные. Те немногие неправительственные организации, которые сегодня начали работать и готовы помочь сиротам, в том числе и трудоустройством, исполняют роль формальных и неформальных каналов трудоустройства: знакомства, рекомендации, биржи труда.

В большинстве случаев ограничения с получением специальности и работы связаны с жилищной проблемой. Закон предписывает выпускнику государственного учреждения возвращаться по месту рождения, с которым иногда связан только сам факт рождения (даже подкидышей – по месту нахождения роддома). Очень редкие случаи, когда молодой человек получает прописку, постоянное жилье и возможность учиться или работать, когда дети и родители соглашаются жить вместе по возвращении ребенка из детского учреждения и ведут более или менее сносное существование.

Сироты, которые не имеют сведений о своих родных, оставленные в раннем детстве, а также подкидыши, при окончании школы, в подавляющем большинстве случаев, могут выбрать только те учебные заведения, а затем только то место работы, где предоставляют жилье. Кроме того, определяющим фактором при выборе учебного заведения является наличие специальной группы для несовершеннолетних сирот. В некоторых случаях ребенок может остаться жить в детском доме и обучаться в учебном заведении, в котором нет общежития, но эта практика достаточно редкая.

Сироты, которые не общались с родителями во время пребывания в детском учреждении, или ничего не знают о своих родителях, начинают наводить о них справки. Некоторые молодые люди это делают после окончания школы, но чаще всего ПТУ, другого учебного заведения, после службы в армии, когда приходится устраиваться на работу и заново решать проблему прописки и жилья. Одни молодые люди могут узнать только о том, что родители были, но теперь их больше нет, другим удается получить сведения и о своей бывшей прописке или месте проживания, а значит претендовать на жилье [17, с.73].

Не всем, кто нашел родителей, удается восстановить родственные связи. Если родители и дети соглашаются жить вместе, то нередко молодые люди начинают вести такой же асоциальный образ жизни, как и их родители. В этом случае можно говорить о негативной адаптации. Молодой человек может стать жертвой насилия своих родных, повторно пережить психологическую травму, перенесенную в детстве. Иногда сами дети, делая выбор, что лучшая защита – это нападение, начинают издеваться над родителями, выгоняют их, продают жилье. В некоторых случаях подросткам легче ассоциировать себя с негативной средой, стать бомжами, вступить в банду, но не возвращаться к своим родителям.

После получения профессии жилищная проблема приобретает новое качество: необходима работа, где обязательно обеспечат прописку. Но сегодня многие организации не имеют общежитий. Трудно воспользоваться и квотами, которые предусмотрены по трудоустройству. Сироты остаются без прописки, а центр занятости с такими людьми не работает.

Рано или поздно сироты оседают в разных общежитиях, в том числе и там, где они жить не должны и оттуда их выселить невозможно. В общественные организации по проблеме решения квартирного вопроса обращаются в основном молодые люди от 17 до 33 лет, но и предпенсионного и пенсионного возрастов, которые не сумели решить проблемы, связанные со статусом сироты. Среди сирот много бомжей, так же как и людей, совершивших противоправные действия. После пребывания в местах лишения свободы проблемы адаптации приобретают новое звучание [17, с.74].

Жилищная проблема накладывает отпечаток, а иногда и определяет весь процесс социализации детей-сирот. Большинство из них получают опыт борьбы за жилье и прописку в возрасте 14-18 лет. Проходят все ступени «жилищной социализации»: знакомство с родителями, обращение в судебных органы, администрацию города или районо. В различные структуры социальной защиты, комиссию по жилищным вопросам. В некоторых случаях проходят через суд, вымогательство. А также получают негативный жизненный опыт: бездомность, бродяжничество, пьянство, воровство, проституция, болезни.

До окончания школы (9 или 11 классов) дети-сироты находятся в одном пространстве – детском учреждении, разной степени открытости (закрытости) и представляют собой определенную группу детей, подростков, связанных территориальным единством. Дети каждой группы (детского учреждения) живут в одинаковых условиях, получают одинаковое воспитание и образование, имеют один социальный статус – воспитанники. Сироты, по крайней мере, одного учебного заведения, тяготеют друг к другу и при окончании школы – это социальная группировка по аналогии с тем определением группировки, которую дает П. Сорокин [28, с.9].

Каузальная причина того, что дети объединены в группировку «воспитанники детского дома», заключается в опеке государства и в отсутствии родительской заботы. Коллективное единство – детское учреждение. После интерната некоторое время привычка создает иллюзию, что молодые люди вообще не могут жить друг без друга. Новый коллектив, собственно, как и общество вне детского учреждения – чужие. Также будет верным и то, что молодые люди из числа детей-сирот нередко чувствуют себя в новой ситуации, в новой группе (учебный коллектив, трудовой коллектив, общежитие и т.д.) чужаками. На этапе сближения с новыми группами выпускником государственных учреждений приходится включать свои адаптивные способности. Если адаптация проходит успешно, то чужак становится своим, «вписывается» в группу [17, с.75].

Для воспитанников школ-интернатов сложно объяснить, что, на их взгляд, является решающим в успешной адаптации и восходящей мобильности. С одной стороны, все зависит от самого сироты, его характера, целей в жизни, с другой – сироте очень сложно вызваться за рамки обстоятельств: нет помощи родителей, нет возможности получить хорошее образование в школе продолжить учебе в техникуме или вузе. Сам факт воспитания в государственном учреждении является препятствием в жизни.

Принято считать, что девочки оказываются в худшей ситуации, чем мальчики только потому, что становятся матерями-одиночками. Когда идет разговор о девочках обязательно отмечается факт создания семьи, замужество; о мальчиках – обсуждается алкоголь, правонарушения и наличие работы [17, с.75].

Несправедливо будет не сказать о фактах, когда детский дом дает ресурсы для успешной адаптации воспитанников. Например, дети, которые попали из неблагополучных семей в городской детский дом, сумели получить образование лучше, чем в деревенской школе. Проблемы, с которыми пришлось столкнуться тем, кто вышел из стен детского учреждения – это проблемы недостатка денег, отсутствие жилья и работы [17, с.76].

Ощущение сиротства сопровождает человека на протяжении всей жизни, как бы она не сложилась. От того, насколько благополучно или неблагополучно сложилась жизнь, зависит частота воспоминаний о детстве и отождествление себя с референтной группой сирот. Все свои проблемы сироты заслужено или незаслуженно видят как результат одиночества, воспитания в детском доме или предвзятого отношения окружающих.

Очень часто сироты не отождествляют себя с обществом, окружающими людьми, а противопоставлять себя им. Получая образование, специальность, создавая семью, рожая детей и воспитывая внуков, они продолжают называть себя сиротами, подтверждая теорию о том, что принадлежность к группе – это судьба.

Большинство сирот – это дети представителей андекласса, и сами пополняют андекласс. Воспитание в государственном учреждении, изъятие ребенка из асоциальной семьи предполагают предоставление ему возможности повысить свой статус относительно родителей (алкоголиков, наркоманов, преступников). Единицы получают высокий уровень образования, престижную работу. Большинство получают рабочую специальность, пополняя базовый и нижний слои общества. Сегодня рабочая специальность часто отождествляется с неполной рабочей неделей, простаиванием предприятий. Многие выпускники-сироты прошли через ликвидацию предприятий, потеряли социальные гарантии трудящихся. При этом многие не имели и не имеют важных адаптационных ресурсов: материальных (жилье, востребованная профессия, сбережения) и психологическая (адекватное воспитание, поддержка родственников). Стало быть, их потенциал на изменение, повышение или сохранение прежнего статуса ниже, чем у остальных граждан [17, с.77].

Проблемы сироты не решаются до 23 лет, как это предусмотрено законом, но эти проблемы не решаются даже в старости, даже тогда когда у человека появляется ряд льгот помимо сиротства. Это говорит скорее о том, что сироты сохраняют инфантилизм, не могут отстаивать свои права, но о том, что государство, в лице чиновников, избирательно относится к своим гражданам, определял, кому можно отказать, кого обмануть, кем можно пренебречь.