Изменения в системе ценностей россиян

Анализируя ценности в контексте общественного сознания и поведения людей, можем получить достаточно точное представление о степени развитости индивида, уровне усвоения им всего богатства человеческой истории. Вот почему они могут соотноситься с тем или иным типом цивилизации, в недрах которой возникла данная ценность или к которому она преимущественно относится: традиционные ценности, ориентированные на сохранение и воспроизводство сложившихся целей и норм жизни; современные ценности, возникшие под влиянием изменений в общественной жизни или в главных ее сферах. В данном контексте весьма показательны сравнении ценностей старшего и молодого поколений, что дает возможность понять напряженность и причины конфликтов между ними.

В социологии очень часто используется понятие базовые ценности, которые характеризуют основные ориентации людей как в жизни в целом, так и в основных сферах их деятельности — в труде, в политике, в быту и т.д. Поэтому эти базовые ценности, имеющие предметное содержание, могут быть основой для типологизации как сознания, так и поведения, и давать характеристику интеллектуальному богатству человека. К базовым ценностям, формирующим личность, относятся: здоровый образ жизни; новое «качество жизни», включающее в себя изменение характера труда и его смысла, иное распределение интересов между трудом и досугом — новую культуру досуга и т.д.; гуманистический культура общения между людьми, в которой другой человек — не средство достижения утилитарных целей, а цель, самоцель, стимулирующая личный интерес; наконец, наиболее важное, — возрастающая потребность в самореализации личности, в творчестве, в развитии способностей, в духовном обогащении и т.п.

Эти ценностные ориентиры достаточно заметны и отмечаются учеными как одна из ведущих (хотя и противоречивых) тенденций. Они же отмечают недолгосрочность ценностей одностороннего эгоизма и возрастание значения «социальности» форм общения, духовного родства, человеколюбия. Теоретически эту же альтернативу между «вещными» и человеческими ценностями в пользу последних сформулировал известный американский социальный психолог Э. Фромм: «...цель человека быть многим, а не обладать многим».

Ценностные установки кардинально меняются, когда человек начинает предпочитать «вещные» или духовные формы богатства, хотя ни та, ни другая автоматически не дает устойчивого социального положения. Более того, социальные ценностные ориентации, связанные с вещной формой богатства, могут повышать социальный статус, но не улучшать социальное настроение.

С другой стороны, нередко и другое противоречие. Если ориентация на духовно-нравственные ценности не обеспечивает минимум или декларируемый обществом достаток, то происходят серьезные коллизии в социальном настроении людей. Так, по данным лаборатории социальной психологии НИИ комплексных социальных исследований С.-Петербургского университета, в иерархии ценностных ориентации населения наиболее резко снизилось значение одной из самых важнейших в 60—80-е годы ценностей — «работы» в формулировке «интересная работа». Она опустилась на 12-е место со 2—3-го, которое занимала в начале 80-х годов. (Опрос в 1990 году охватил 1000 человек — представителей всех социально-демографических групп населения С.–Петербурга.) В коротком списке из 9 ценностей «материальный достаток» оказался на 3-м месте (после «здоровья», «семьи»). Получались некие «ножницы»: люди оправданно хотят жить в достатке, но при этом главное средство его достижения — работу — относят в своем жизнеощущении на задний план.

Иногда в социологии используются понятия «положительные» и «отрицательные ценности», а также «одобряемые» и «отрицаемые ценности». Вместе с тем дифференциации ценностей на одобряемые и отрицаемые не имеет ничего общего с делением их на положительные и отрицательные. Речь идет о другом: разные люди по-разному относятся к одним и тем же ценностям, выстраивают их иерархию в своем сознании. В этом состоит одна из трудностей понимания и изучения ценностного сознания. Преодоление этой трудности является одной из важнейших задач социологии культуры.

Так, по данным Н. И. Лапина, сопоставление данных двух всероссийских исследований 1990 и 1994 года показало, что, несмотря на потрясения, через которые прошли россияне в 1991—1993 годах, принципиальные оценки — согласие или несогласие, одобрение или отрицание ценностей — остались почти неизменными. Как в 1990, так и в 1994 году в группу одобряемых попали суждения с ключевыми словами: самоценность жизни, свобода, забота о ближних и слабых, взаимопомощь, спокойная совесть и др. В числе отрицаемых оказались самовольное лишение жизни другого человека, жизнь для себя (а не для потомков), равенство доходов, борьба до победы над оппонентами, власть над другими людьми и т.д.

Но наиболее распространенными исследованиями ценностей в отечественной социологии оказались те, которые были связаны с изучением потребностей, их типологизацией, их изменениями во времени, а также среди различных социальных групп и общностей. Исследования А. Г. Здравомыслова, Н. Н. Михайлова, Л. Н. Жилиной, А. В. Маргулиса. Д. А. Кикнадзе выявили противоречивость и неоднозначность развития потребностей.

Потребности личности, социальных групп, общностей всегда связаны с развитием культуры. В то же время, очевидно, что стремление к культуре проявляется в форме потребностей. Все это позволило ученым, в том числе и социологам, оперировать понятиями «материальные» и «культурные потребности», которые, в свою очередь, могут быть классифицированы по разным основаниям. Так, А. Маслоу предложил пять потребностей-ценностей (от физиологических до духовных), Ф. Херцберг — 16 факторов-мотиваторов.

Очевидно, что базовые потребности формируются в процессе первичной социализации индивида, к 18-20 годам, а затем остаются достаточно стабильными, претерпевая существенные изменения лишь в кризисные периоды жизни человека и его социальной среды. Дальнейшие изменения в жизни затрагивают не столько состав, сколько структуру ценностей, т.е. их иерархические соотношения друг с другом в индивидуальном, групповом и общественном сознании: одни ценности получают более высокий статус или ранг, другие становятся менее значимыми.

Рокич ввел понятия терминальных и инструментальных ценностей, эмпирически исследовав по 18 тех и других. Что касается терминальных ценностей, то они отражают важнейшие цели, идеалы, самоценные смыслы жизни людей, такие как ценность человеческой жизни, семьи, межличностных отношений, свободы, труда и аналогичные им.

В инструментальных ценностях запечатлены одобряемые в данном обществе или иной общности средства достижения целей. С одной стороны, это нравственные нормы поведения, а с другой — качества, способности людей (такие, как независимость, инициативность, авторитетность и др.).

Как показывают социологические исследования, инструментальные ценности и большей мере, чем терминальные, вызывают разное понимание, поддержку, и даже трактовку. Более того, иногда они противопоставляются друг другу или игнорируются. Так, в условиях кризисной экономики России резко упала ценность нравственных норм поведения — их заменила страсть к наживе, к обогащению любой ценой, к резкой девальвации понятий чести, совести, долга. Но одновременно выросла значимость таких черт личности, как самоуважение, самостоятельность, независимость.

Кроме того, современный российский гражданин интересуется методами оздоровления и адаптации, формируется новый тип культурной ценности – культура личного здоровья. По данным опроса В. И. Болгова в 2001 г. повышение интереса к системам, методам и технологиям адаптации, оздоровления и развития человека по регионам происхождения распределились следующим образом. Из 87 освоенных респондентами 47 приходится на Россию, 13 на другие страны СНГ (особенно Украину и Белоруссию), 11 на страны Азии (особенно Японию, Китай, Индию) и 16 на страны Европы и Америки, что показывает положительную динамику в росте социокультурного потенциала россиян. Процесс освоения указанных систем, методов и технологий сложен и противоречив, требует самообразования и самовоспитания, длительного времени, терпения и труда. Подобное внимание к собственному здоровью и духовному развитию было в меньшей степени характерно для советской России.

Социологические исследования показывают, что в современном российском обществе достаточно значительна потребность в знаниях, информации, а также в формировании своего эстетического и этического видения мира, потребность в общении, а также в определенных средствах удовлетворении своих вкусов и наклонностей.

Большинство населения в той или иной степени приобщено к ценностям культуры. Массовые опросы в конце 80-х годов свидетельствовали, что лишь у 10% населения не привит вкус к постоянному чтению книг, газет, журналов. И хотя кино и телевидение занимают у них достаточно значительное место в досуге, однако это еще не говорит о глубине и развитости культурных потребностей как таковых. При таком подходе к исследованию культуры фиксируются формы приобщения к ней, но их интенсивность и качество не раскрываются.

Анализ культурных потребностей показывает, что они находятся в прямой зависимости от доходов населения. При всех частных отклонениях сам по себе рост материальной обеспеченности обусловливает рост интереса и затрат на духовное потребление. По данным Л. Н. Жилиной (1987), если гак называемые первичные культурные потребности (в телевидении, радио, видеотехнике, магнитофонах) практически одинаковы для семей с различными доходами, то другие атрибуты культуры (например, библиотека), выполняющие более сложную культурную функцию — функцию интеллектуального и эстетического развития, очень дифференцируются: они зависят от доходов, социального положения, профессиональной деятельности. Вместе с тем высокий доход в большинстве случаев связан с такими затратами, как приобретение автомашины, дачи, видеотехники, подчеркивающими статусное положение человека в системе материальных, а не духовных ценностей.

Однако при всех противоречиях и изъянах «средние» культурные потребности доминируют среди других потребностей людей. В первую очередь они стремятся приобрести вещи культурно-бытового назначения, отдавая им предпочтение перед вещами утилитарного свойства. Но в то же время очень слабо развита потребность в предметах высокого эстетического уровня.

При характеристике ценностей очень важен учет условий их реализации. Так, до сих пор актуальна проблема точек «культурного притяжения». Территориальная удаленность учреждений культуры от места жительства как в городе, так и на селе становится серьезной причиной, мешающей обогащению духовного мира людей, ибо вызывает значительное психологическое напряжение, которое возрастает пропорционально затратам времени на транспорт. Не случайно многие планы и намерения по развитию культуры остаются нереализованными. Иначе говоря, показатели обеспеченности в том виде, в каком они используются для оценки состояния сферы культурного обслуживания, недостаточно четко отражают реальное положение вещей, поскольку не учитывают национальных, территориальных, региональных различий в условиях жизни людей.

По-прежнему ограничен доступ населения к культурным ценностям. Так, выбор книг в сельских библиотеках, малых городах незначителен, их фонды дублируют друг друга, а многие новинки литературы приобретаются с большим трудом. В музеях демонстрируется только 14% экспонатов, огромные запасники накоплены в художественных музеях, вывоз их и экспозиции за пределами культурных центров практически не производятся.

Одна из проблем развития духовных потребностей — это перекосы в способах их удовлетворения. В 70-80-е годы фиксировался так называемый книжный голод. Ситуация была такова, что в личных библиотеках скопилось более 40 млрд. книг, т.е. в 10-12 раз больше, чем но всех государственных, коллективных и общественных библиотеках. 90-е годы принесли другие проблемы. Книжное дело во многом оказалось во власти массовой культуры, низкопробных вкусов. В то же время научная и художественная литература оказалась не по карману многим потенциальным потребителям.

Анализ современных потребностей позволяет утверждать, что за последнее время возрос темп появления новых и дифференциации старых потребностей. И дело скорее не в том, что люди не имели этих потребностей, а в том, что их удовлетворение сдерживалось самыми различными ограничениями, надуманными запретами, ориентацией на то, что будто из одного центра можно регулировать вкусы и наклонности человека.

Но открытость имеет и свои издержки. Получили определенное распространение и были возвеличены такие ценности, кик «умение жить», корысть, неразборчивость в средствах наживы и т.п. Кроме того, стали эксплуатироваться и даже пропагандироваться с помощью средств массовой информации порнография, патологические наклонности. Имеются и другие издержки в развитии культуры, в частности в виде различных проявлений молодежной субкультуры — хиппи, панки, рокеры и т.п. Свобода творить привела и к оживлению далеко не бесспорных течений в художественном творчестве.

В то же время, очевидно, что в условиях становления новой морали важное значение имеет не запрет, а постоянная поддержка истинных духовных ценностей в расчете на то, что время внесет поправки в проблему ценностей человека.