Исследование девиантных молодёжных групп

Девиация – поведение, которое рассматривается как отклонение от групповых норм и приводит к изоляции, лечению, исправлению или наказанию нарушителя.

Накануне мировой войны была проведена серия исследований внутренней структуры и культурных практик урбанистических группировок в Соединенных Штатах. Эти исследования стали частью развития новой школы в урбанистической социологии. В историю социологии эта школа вошла как Чикагская Школа. Подход чикагцев (теория социальной экологии) основывался на применении принципов экологической стабильности в естественном мире к урбанистическому окружению; эта предпосылка исходила из существования определенных условий для урбанистического развития. Урбанистические районы разрастались вокруг важных ресурсов (натуральных или созданных человеком) и по мере того, как город рос, естественное местоположение населения начинало пугать невероятными ритмами роста населения. Постепенно центральные городские пространства начали использоваться только для бизнеса и индустрии, а население начало перемещаться к окраинам. Поскольку такая внутренняя миграция была связана с более широкими условиями иммиграции в Соединенные Штаты, организация внутренних сообществ различных этнических групп становится важным элементом исследований гетто и трущоб, их особого образа жизни. Делинквентная активность была, однако, не единственной активностью банд. Модель социальной экологии была принята теми, кто интересовался «группами подворотен». Исследование Трашера молодежных группировок Чикаго 1927 г. показало, что их члены активно участвуют в различных спортивных состязаниях типа футбола, плавания и атлетики.

Второй взгляд на теорию делинквентной молодежи идет от функционалистской школы социологического анализа. Эта школа связывает делинквентное или девиантное поведение с потерей норм или социального контроля, которые являются результатом разрушения социальной стабильности. Различия между этими подходами (социальной экологией и функционализмом) лежат в объяснении причин социального разрушения. В функционализме эти причины зависят не от моделей натурального (естественного) мира, а заимствованы из понятия аномии Дюркгейма. С помощью последнего объясняется внешнее окружение или ситуация, в которой социальные нормы теряют свою силу и влияние над действиями индивидов. Дюркгейм полагал, что эта дезориентация человека была важным элементом современного общества. Роберт Мертон заимствовал дюркгеймовское понятие аномии для интерпретации девиантного или делинквентного поведения, которое, как он считал, было результатом аномии, возникшей из противоречия между разрушением в современном мире традиционных ценностей, нормами потребительского общества (возросшими потребностями) и существующими возможностями для их реализации.

Начало современного периода исследований шаек, который продолжается до настоящего времени, можно датировать первой половиной 1980-х годов. Можно отметить работы следующих исследователей: Джой и Робинсон, 1980; Р. Хоровиц, 1983; Д. Хаджедорн, 1988; Э. Кэмпбелл, 1984 и 1990; Д. Виджил,1988; М. Харрис, 1988; Р. Хафф, 1989; Д. Фэган, 1989-1990; К. Чин, 1990; Д. Виджил и Джун, 1990; Д. Мур, 1991; Сворт, 1991; Ф. Падилла, 1992; У. Сандерс, 1996; С. Деккер и Ван Уинкл, 1996, С. Венкатеш, 1997.

Необходимо отметить, что в своих работах американские исследователи использовали как эмические (сбор информации из второстепенных источников - полицейских отчетов, хроник судов и т.д.), так и этические (непосредственные интервью с членами шаек) методы, что сыграло немаловажную роль в оценке значимости и ценности результатов проведенных исследований. В настоящей статье мы сделаем обзор наиболее концептуальных работ американских исследователей всех периодов и более подробно остановимся на новейших работах.

Ранние исследования шаек осуществлялись в рамках проблемы социальной дезорганизации в быстрорастущих городских районах (Ф. Трешер. К. Шоу, Г. МакКей, У. Уайт).

В основе работ Фредерика Трэшера лежали теория социальной дезорганизации, а также обыденные представления о жизни в нищих районах. В своем исследовании он пытался объяснить причины существования шаек и выявить их функции. По его мнению, причинами существования делинквентных сообществ является "невозможность обычаев и институтов прямо и эффективно функционировать, направляя и контролируя опыт подростков в условиях дезорганизации семейной жизни, неэффективности школьного образования, формализма и поверхностности религии, коррумпированности и индифферентности местных политиков, низкого уровня и монополии на занятость, безработицы и отсутствия возможностей для благотворного восстановления сил" (10, С. 228).

Трэшер впервые провел классификацию подростковых шаек. Он выделил три типа шаек, различные категории членства, отметил краткость членства в шайках, их нестабильность и открытый характер. По его наблюдениям, делинквентные шайки были основаны на сегрегированности членства: в основном они состояли из людей одной расы и/или национальности, причем, если смешение национальностей допускалось, то смешение рас было абсолютно исключено. Все шайки состояли из молодых людей, принадлежавших к низшим слоям общества.

Шайки сформировали весьма сложную структуру и "традиции", которые живут дольше, чем одно поколение членов: хотя состав шаек меняется, сами по себе они довольно устойчивы. Другой исследователь раннего периода, Уильям Уайт, также считал, что структура шайки вырастает из традиционного сообщества подростков, которое существует длительное время.

Исследование Уайта характеризуется сочетанием методов социальной антропологии и социологии. Используя ситуационный подход к изучению человеческого поведения, рассматривая это поведение как взаимодействие, происходящее между людьми, а не между культурными нормами, он подробно описал процесс личностного взаимодействия членов шайки. Вместе с тем, его книга содержит больше интуитивных догадок, чем теоретических выводов. Теоретики социальной стратификации использовали его материалы в качестве иллюстрации для своих работ.

Новый всплеск активности шаек был отмечен в середине 1950 - конце 1960-х гг. в ряде крупных городов США: Нью-Йорке, Филадельфии, Бостоне, Чикаго, Сан-Франциско и Лос-Анджелесе, включая пригороды. Этот период характеризовался наибольшим количеством исследований: параллельно со сбором фактов шло развитие теорий делинквентности, прямо связанных с подростковыми шайками. Это в свою очередь определило цели и задачи некоторых важных проектов по исследованию и борьбе с шайками (А. Коэн в Чикаго; Р. Кловард и Л. Олин в Нью-Йорке; У. Миллер в Бостоне; Л. Яблонский в Нью-Йорке; Шорт и Стродбек; Д. Шорт и Х. Маттик в Чикаго) и привело к формированию соответствующей социальной политики.

Изменился этнический состав шаек - если в предыдущие десятилетия большинство уличных шаек состояло из белых, то к 1950-1960-м гг., в крупных городах главная роль перешла к негритянским и испанским (состоявшим из мексиканцев и пуэрториканцев) шайкам (Бостон, Чикаго). В юго-западных городах (Сан-Диего, Лос-Анджелес) доминировали мексиканские шайки, но быстро развивались и негритянские. В Филадельфии и Сан-Франциско преобладали черные шайки.

Самым заметным исследованием этого периода был проект Льюиса Яблонского. Прежде, чем приступить к конкретным исследованиям, Яблонский попытался дать анализ существовавших к тому времени подходов и сформировать некоторые теоретические посылки. Яблонский выстраивает концепцию предгруппы, а именно некоего промежуточного образования между группой и толпой, и определяет шайку как один из видов предгрупп. В своем исследовании Яблонский использовал интервью с подростками, задержанными на месте драки. Шайка, как предгруппа, по мнению Яблонского обладает следующими функциональными характеристиками: подвижность членства (каждый может войти и выйти из шайки когда захочет), ролевая неопределенность (для чего создана шайка, что в ней делать), но первичная функция шайки, по мнению Яблонского, - обеспечивать выход агрессии и враждебности, а также удовлетворять постоянные или сиюминутные эмоциональные нужды ее членов.

В 1980-е годы социологи обнаружили, что они не могут объяснить рост активности шаек, поскольку серьезных исследований этого феномена не проводилось с начала 1960-х и исследователи оперируют устаревшими теориями и фактами, которые в основном касались субкультурных аспектов молодежных шаек. В исследованиях того периода боролись две точки зрения на происхождение шаек: в соответствии с первой, шайки возникли в ответ на отсутствие возможностей для представителей рабочего класса достичь успеха в обществе, и, соответственно, фрустрацию статуса; согласно второй, шайка является естественным элементом субкультуры рабочего класса. Их работу к тому же осложнял ряд факторов: весьма специфический характер большинства социологических исследований, различия в методах изучения криминальных групп и почти полное отсутствие сравнительно-исторических исследований шаек.

Исследователи делинквентных шаек современного периода сосредоточили свое внимание на шайках, организованных по этническому (афро-американские, мексиканские, азиатские и т.п.) и половому (мужские, женские, смешанные) признаку (Р. Хоровиц, Д. Хаджедорн, Э. Кемпбелл, Д. Виджил. Р. Хафф, Д. Фэган, К. Чин, Д. Мур, Ф. Падилла, У. Сандерс, С. Деккер. С. Венкатеш). Они пытаются описать структуру и поведение шаек, а также проанализировать, как шайки сосуществуют с "большим" обществом. По данным ряда исследований шайка действует как организация, подобная семье, во многих случаях обеспечивая элементарные способы выживания. Традиционные институты социального контроля практически не имеют влияния на шайки, поскольку их члены изолированы от основного общества.

Самое длительное полевое исследование шаек провела в Лос-Анджелесе Джоан Мур (1978). Ее работа была результатом взаимного сотрудничества ученых и членов шайки из мексикано-американского сообщества восточного района Лос-Анджелеса. В объяснении процесса формирования и деятельности шаек Мур уделяет особое внимание роли культуры и социального положения мексикано-американцев в культуре и институциональной жизни восточного Лос-Анджелеса. В ее исследовании показывается факт изоляции "баррио" (вид мексиканского сообщества, организованного по семейному типу) от основной жизни Лос-Анджелеса, а в особенности от ее политических и экономических составляющих. В своей ранней работе (1978) Мур, при помощи члена одной из шаек по имени Пинтос, исследовала шайки из трех баррио (Уайт Фенс, Хойо Маравилла и Сан Фернандо).

Мур и ее помощники выделили три четких характеристики мексиканских шаек: 1) формирование по территориальному признаку; 2) наличие в шайке строгих возрастных клик или когорт; 3) драки, как одно из главных занятий членов шаек.

Джеймс Виджил, исследовав мексиканские шайки в конце 1970-х, попытался выделить демографические и социальные условия, которые облегчают вовлечение молодежи в преступную деятельность и определяют стиль жизни шайки, желание принадлежать к ней. По его мнению, члены шайки живут на фоне семейных неурядиц, недостаточных успехов в школе, а также отсутствия склонностей ко многим общепринятым занятиям детства и юности. Большинство поведенческих установок, принятых в шайке для сглаживания личностных и социокультурных различий между ее членами, исходит из первичности групповой солидарности. Эти установки выражены в имидже "чоло" (мексиканцев), частями которого являются одежда, жесты, манеры, язык, походка, клички и "граффити". Несмотря на поверхностность и легкую изменчивость, этот имидж - важный источник групповой идентификации.

Интеракционистский подход в исследовании мексиканских шаек одним из первых применил Уильям Сандерс, который в качестве основных источников информации о шайках использовал не только полицейские отчеты, но и интервью с членами шаек. По мнению Сандерса, исследование шаек должно основываться на интеракционистском подходе И. Гофмана, который состоит в изучении ситуации на уровне взаимодействия и анализе наличия характерных особенностей насилия, - "сталкиваясь лицом к лицу с актами насилия, мы должны искать причины в контексте конкретных социальных ситуаций".

Значительное место в исследованиях американских ученых занимает проблема делинквентных шаек афро-американского происхождения ("негритянские" шайки), которая стоит в США достаточно остро. Наркотики играют важную роль в деятельности "черных" шаек; основной проблемой, затрагиваемой в исследованиях, является их делинквентная активность - "войны" между шайками за территории, где продается наркотик крэк. По мере того, как проблема "перемещается" из гетто в центральные районы, в борьбу с ней вовлекаются дополнительные отряды полиции. В т.н. "городе в городе" (негритянском районе) страх перед молодежной преступностью изменил всю повседневную жизнь. Изменилось традиционно негативное отношение к полиции, существовавшее в негритянских сообществах, меры по предотвращению молодежной преступности стали получать поддержку. Это связано с усилением агрессивности со стороны молодежи.

Как отмечают исследователи (в частности Карл Тейлор), особенностью возникновения негритянских шаек является афроамериканская культура. Частью культуры негритянского низшего класса и необходимым условием для выживания в гетто является широкая сеть человеческих отношений. Шайки - это элементарная форма и способ выживания, средство обучения защите своих личных интересов, один из жизненных стилей, которому молодежь из гетто должна следовать для того, чтобы выжить.

Одно из первых исследований юго-восточноазиатских шаек было проведено Уильямом Сандерсом в Сан-Диего. Он наблюдал за деятельностью полиции, а также проводил интервью с сотрудниками полиции и задержанными членами шаек. Сандерс отмечает, что этнический состав юго-восточноазиатских шаек очень трудно дифференцировать, поскольку материалы полиции и судов не всегда четко разделяют их по этническому признаку, а соперничающие шайки идентифицируют их как "похожих на китайцев". Однако сами они всегда отличают себя от других, нередко используя в названиях своих шаек слово "восточный" (9, С. 158). Юго-восточноазиатские шайки имеют репутацию "крутых" и боятся ее потерять. Существует множество стереотипов о сплоченности членов шаек и хороших бойцовских качествах, приобретенных во вьетнамской войне. Во многом эти стереотипы основаны на случаях, когда члены вьетнамской шайки, совершая грабежи, пытали своих жертв, а также с особой жестокостью совершали убийства членов конкурирующих шаек и устраивали перестрелки в общественных местах. Их действия, по мнению Сандерса, хотя и являются насильственными, но не выходят за рамки традиционных.

Особенностью отношений между этими шайками являются межэтнические конфликты, причины которых нужно искать в истории происхождения шаек. Молодежь из юго-восточной Азии, осевшая в Сан-Диего, преследовалась как мексиканскими, так и негритянскими шайками, которые были не только источником гонений, но и служили ролевой моделью для юго-восточноазиатской молодежи.

Работа Мартина Санчеса-Янковского (1991) является, пожалуй, одним из наиболее значительных полевых исследований шаек различного этнического происхождения. В течение 10 лет он проводил этнографическое исследование 37 случайно выбранных шаек: мексиканцев, доминиканцев, пуэрториканцев, выходцев из Центральной Америки, афроамериканцев и ирландцев в Нью-Йорке, Бостоне и Лос-Анджелесе с использованием эмических методов. Результаты данного исследования радикально отличаются от полученных его предшественниками. Хотя Янковский называет членов шайки "девиантами-индивидуалистами", он рассматривает шайки как "формально-рациональные" организации с жесткой организационной и ролевой структурой, правилами, регулирующими деятельность членов, системой наказаний за нарушение таких правил, идеологией, четко определенными средствами добычи законных и незаконных средств. Его наблюдения показали, что шайки функционируют как своего рода частные власти, часто выполняя функции присмотра за благосостоянием сообщества, выходцами из которого они являются.

Отдельного внимания заслуживают сравнительные исследования шаек в гендерном аспекте. Авторы делают попытки объяснить причины появления женских негритянских шаек, а также их отличия от мужских. По мнению американских аналитиков, доля женских шаек достаточно невелика и они не играют значительной роли, однако они не менее опасны, чем мужские. В районах гетто женщины социализируются так же, как и мужчины, и для удовлетворения психологических потребности в самоутверждении и идентификации с какой-либо группой они объединяются в шайки. Однако между женскими и мужскими криминальными субкультурами существуют определенные отличия, которые определяются семейной структурой, культурой воспитания и более волюнтаристской природой женских группировок. Увеличение числа женских групп связывается исследователями с ростом числа распавшихся семей, где контроль за девушками ослаблен.

По мнению Энн Кэмпбэлл, женские шайки возникают в силу тех же структурных причин, что и мужские: институциональная дезорганизация в городе, семье, школе, безработица. Они являются своеобразным ответом на условия жизни молодых женщин в нищих сообществах, поэтому поиск индивидуальных патологий не является плодотворным для объяснения причин вступления в шайку. Наиболее патологические члены шайки находятся не в ее ядре, а на обочине.

В своем исследовании Кэмпбэлл выделила три вида шаек. Шайки, в которые входят только мужчины, шайки в которые входят только женщины, и смешанные шайки. Причем в смешанных шайках роль женщин является весьма весомой в обеспечении криминальной деятельности (они прячут оружие, обеспечивают алиби, сами совершают преступления вместе с мужчинами). Объединение в т.н. "женские шайки", по мнению Кэмпбэлл, происходит по многим причинам - от желания самоутвердиться (причем самой для себя, а не в глазах других), до необходимости выживания в соответствующих районах американских городов, где вхождение в шайку - залог того, что ты доживешь до следующего утра. Используя этический метод сбора информации о шайках (включенное наблюдение), Кэмбэлл предоставляет нам уникальную информацию о женских шайках, которые, как правило, еще более закрыты, чем мужские. Вместе с тем, многообразие шаек, по ее мнению, не позволяет применять данные, полученные при исследовании определенного числа шаек, глобально. В целом, в отличие от ученых Великобритании и Франции, основное внимание уделявших классовым аспектам формирования шаек, американские исследователи основное внимание всегда уделяли этническим аспектам.