История концепции о гражданском обществе

Уже в политических воззрениях древних мыслителей мы находим истоки суждений о поставленной проблеме, но она рассматривается тогда исключительно в ракурсе отношений государства, власти и общества. В политических учениях Древней Индии или Китая мы встречаем постулаты типа дхарм или дао, которые предписывают государству необходимость таких этических норм, как правосудие, разумное администрирование, правительственный контроль над общественными процессами, а обществу предлагается следовать установленному долгу, стремится к благосостоянию, уважительному отношению к властям. Формируется своеобразный кодекс общественного поведения, сочетающийся с непреклонным следованиям обязанностям.

В политических воззрениях времен Античности, помимо названных правил отношений общества и государства, в социальное сознание внедряются идеи свободы, демократии, политического участия граждан в управлении делами. Аристотель обосновывает этические начала жизни общества, этику счастья, предполагающую утверждение разума, справедливости, добродетели.

Таким образом, первоначально концепция гражданского общества рассматривается только в сфере отношений власти и общества, предпринимаются лишь слабые попытки детализировать закономерности развития самого общества. В эпохи Средневековья и Возрождения главный акцент политических воззрений концентрируется на обосновании роли государства, политической власти, а обществу отводится чаще всего роль манипулируемого объекта, подчиненного либо сверхъестественной силе, либо воле правителя.

В ХVI-ХVII вв. утверждается естественно-правовая концепция гражданского общества. Ей дают глубокое обоснование Г. Гроций, Т. Гоббс, Дж. Локк, Ж-Ж. Руссо, Т. Джефферсон, А. Гамильтон. Непременными аспектами гражданского общества эти мыслители считают свободу, приоритетность суверенитета народа перед суверенитетом государства, установление общественного договора между обществом и государством и, даже право народа на восстание, если государство не выполняет правила общественного договора. Дж. Локк, например, допускал эластичные отношения между государством и обществом в рамках выполнения установленного согласия между ними, и подчеркивал неизбежное различие между политическим (государственным) и естественным существованием людей. Гражданское общество он считал ядром общественных отношений, отождествлял его с республикой собственников.

Глубокое обоснование общественному договору дает Ж-Ж. Руссо, и мы вправе говорить об особой концепции гражданского общества, сформулированной этим мыслителем. Кратко говоря, эта концепция впервые закладывает классовые основы гражданского общества, четко разграничивает права гражданина и права индивида, обосновывает неизбежность объединения, сплочения людей на основе добровольного согласия, установления общей воли с учетом гражданских общесоциальных начал и интересов гражданина как индивида, частного лица. Руссо говорит о приоритетности суверенитета народа как целостном объединении граждан, о неделимости и неотчуждаемости этого суверенитета.

Своеобразное толкование гражданскому обществу дают основатели США. Для них не существует более важной идеи, чем независимость и свобода граждан. Борьба против английской монархии, иноземного гнета пробуждала неистовую энергию идеологов и вождей американских колоний, самозабвенную преданность делу борьбы за независимость, отвоеванных у аборигенов Америки земель. Т. Джефферсон высшей социальной ценностью считает право народа на участие в государственной власти и контроля за ней, а в случае превышения ею своих полномочий – даже на восстание против нее. Народный суверенитет – первооснова общественной жизни и обязанность государства юридически закрепить его. Народ сам устанавливает свои гражданские права и видоизменяет их в зависимости от обстановки. Тогда же впервые были детализированы гражданские права. Если Т. Пейн горячо отстаивал права простого человека и требовал подотчетности власти народу, то Т. Джефферсон утверждал необходимость деления общества на сословия. Причем он признавал права преимущественно высших сословий, к которым относил природную аристократию, главное качество которой – достоинство; искусственную аристократию, базирующуюся на богатстве, и духовную аристократию, которой присущи нравственность и интеллект.

А Гамильтон обосновывал идею взаимоотношений большинства и меньшинства в обществе. Чтобы избежать конфронтации внутри общества, обеспечить компромисс между различными социальными слоями, Гамильтон предлагал возложить на государство право защиты интересов меньшинства, оградить его от анархии большинства.

Таким образом, отцы-основатели США отходят от идеи естественного права и пытаются придать концепции гражданского общества преимущественно социальный характер, разработать механизм его взаимоотношений с государством, но, подчеркнем, только с учетом конкретных исторических условий, именно периода борьбы США за свою независимость. Далеко не все эти идеи сохранились в современных США.

В конце ХVIII появляется книга английского автора А. Фергюсона «Очерк истории гражданского общества», в которой общественное разделение труда трансформируется на политическую жизнь и делается попытка ее детализации. Однако идеи гражданского общества в этом труде не получили сколько-нибудь плодотворного развития.

Новый этап в обосновании концепции гражданского общества мы встречаем в трудах Канта, Гегеля, Маркса. Так И. Кант дает глубокое философское обоснование гражданскому обществу, развивает этические начала социальной жизни, с помощью категорического императива пытается утвердить приоритетность уважения к нравственному закону жизни общества. Исходным положением концепции Канта является достигаемый через убеждение внутренний мотив личности в приверженности к морали, добродетели. Внешним выражением этого состояния является право, согласование интересов всех членов общества. Кант называет это коллективной волей. Совокупная коллективная воля и есть гражданское состояние общества, или, иначе говоря, правовое его состояние. Причем каждый член общества должен обладать правом фактического владения внутренней моралью, а не навязанным извне ее приобретением. Таким образом, мораль выступает как приоритетное начало по сравнению с политикой. Отсюда следует, что истинная гражданская свобода заключается в обязанности индивида подчиняться только тем законам и правилам, на реализацию которых он дал свое согласие. Признавая суверенитет народа первоосновой общественного устройства, Кант разделяет само гражданство на активное (право граждан участвовать в решении государственных вопросов) и пассивное (признание индивидом согласованности законов и его неотчуждаемых прав и свобод). Из этого следует, что Кант гражданское общество рассматривает не как определенную реальность, а как некую умозрительную величину, тесно связанную с правовым устройством государства.

Г. Гегель во многом углубил названные суждения и придал им дальнейшее развитие. Он обосновал идею о том, что в основе гражданского общества заложено экономическое начало, а в основе государства – политическое. Исходя из этого, он утверждал, что гражданскому обществу присущ прежде всего частный интерес, единичные потребности, которые неизбежно трансформируются в «формальные всеобщности» в виде ассоциаций, объединений граждан. По мысли Гегеля, гражданское общество – некое сочетание частных потребностей индивидов с такими общественными структурами, как судоустройство, полиция и корпорации (объединения граждан). Причем эти структуры являются исполнителями воли государства, монарха. Само по себе гражданское общество, рассуждает Гегель, состоит из трех сословий: субстанционального (землевладельцы, дворяне, крестьяне), промышленного (фабриканты, торговцы) и всеобщего (чиновники, профессора) Гегель впервые дал различие между государством и гражданским обществом.

Весьма жестко трактует гражданское общество Маркс. Он рассматривает его как основу государства, как выражение материальных жизненных интересов людей. Само же государство его «политический строй и есть официальное выражение гражданского общества». Отношения между государством и гражданским обществом проявляются как отношения индивидуальной свободы и публичной власти, которая выступает в виде подавления одного класса другим. «Свою общественную власть, как и свою связь с обществом, индивид носит с собой в кармане».

Следовательно, в трудах Канта, Гегеля и Маркса нетрудно обнаружить новый философско-классовый подход в трактовке гражданского общества, новые параметры его концептуального осмысления. В целом названные периоды интерпретации гражданского общества, наверное, можно было бы назвать как периоды первоначального мировоззренческого конструирования базовых структур гражданского общества.

Концепция гражданского общества приобретает новые аспекты во второй половине ХIХ века, и особенно в первой половине ХХ века. Она рассматривается преимущественно через отношения власти и общества и не получает углубленного толкования сама по себе. Многие мыслители пытаются уточнить, детализировать права общества и человека, проблемы свободы личности. Думается, что этот период правомерно было бы назвать периодом либерализации идеи гражданского общества. Так в политическом учении Констан де Ребека мы встречаем мысль о демократизации местного самоуправления во имя устранения деспотической власти центра. Аналогичные суждения высказывает Шарль Фурье, предлагающий в своих проектах устройства общества объединять граждан в товарищества, ассоциации, фаланги. Примерно то же самое говорит Р. Оуэн. Он рекомендует учреждать трудовые общины, основанные на принципе выборности своих руководителей, и объединенные в свободную самоуправляющуюся федерацию, не требующую центральной власти. Эти идеи перекликаются со взглядами Г. Спенсера, ратовавшего за создание в промышленном обществе ассоциаций корпоративного типа.

Несколько видоизмененное толкование получает интерпретация гражданского общества в трудах российских мыслителей. Так декабрист П. Пестель горячо отстаивает идею о народном суверенитете и его праве на участие в управлении. Анархист М. Бакунин предлагает создавать в городах общинное самоуправление в форме рабочих ассоциаций, которым бы подчинялись заводы и фабрики, а на селе учреждать крестьянские общины, распоряжающиеся земельными богатствами. Б. Чичерин, известный теоретик российского либерализма, рассматривает гражданское общество как нечто неорганизованное целое, личные права граждан которого должно оберегать государство, т.е. некий надклассовый институт. Идея крестьянской общины как самобытного российского феномена широко была распространена в учениях российских революционных демократов и народников.

Проблемы гражданского общества на рубеже ХIХ и ХХ веков как теоретический постулат не находят своего продолжения. И это неудивительно в период острых социальных антагонизмов: серия революций, войн, колониальных захватов, первая мировая война, Октябрьская революция. Тема гражданского общества теряет свою актуальность. На смену ей приходит учение о народовластии, единстве интересов государства, власти и народа.

Впервые это проявляется в опыте Парижской Коммуны, затем находит свое развитие в интернациональном опыте Советов и законченное воплощение получает в опыте СССР и стран народной демократии, в социалистических государствах Европы, Азии, Америки. О том, насколько правомерно существование гражданского общества в условиях социализма нужно говорить отдельно. Здесь же мы только подчеркнем, что развитие гражданских начал в социалистическом обществе имело широкие масштабы, но оно носило целенаправленный характер, нередко инициировалось сверху, шло в русле общенародных приоритетов, единства интересов правящих коммунистических партий и народа. Иными словами говоря, просто не существовало антагонизма между властью и большинством общества. Социальная консолидация общества была ведущей закономерностью его развития, но это не исключало действий явных или скрытых определенных социальных групп и личностей, не разделявших установленные принципы общественного устройства и образа жизни. Поэтому проблема гражданского общества в условиях социализма рассматривалась не в плоскости отношений власти и общества, а в сфере взаимодействия большинства и меньшинства Скрепляющими началами общества были социалистические производственные отношения и господство социалистической идеологии.