Категориальная система эстетики

Категориальную систему эстетики логичнее всего начинать рассматривать, отталкиваясь от наиболее общих категорий; именно они порождают системное единство эстетики как науки, выражают сущностное нутро всей сферы предметов и явлений, которые подходят под родовое определение эстетического.

В силу этого на первое место закономерно выдвигается в качестве метакатегории эстетическое, ибо в нем как бы схватываются самые существенные качества и свойства явлений и предметов реального (природно-социального) мира и созерцательных способностей (главным образом, чувственно-духовного свойства) человека.

Среди свойств и качеств реального мира, который развертывается перед человеком, существуя и развиваясь помимо его сознания, преобладает, по старинной философско-эстетической традиции, идущей еще от древних греков, - прекрасное (в простейшем измерении красота). Среди способностей субъекта, исходя из традиции, связанной с именем И. Канта, следует выделить эстетическое чувство человека. Именно Кант обобщил традиционно сложившийся в немецкой философии взгляд на состояние человеческого отношения к миру. Этот взгляд, идущий еще от Лейбница, предполагал, что состояние мира оценивается человеком, исходя из его обыденного отношения ("практического разума" по Канту, лежащего в основе его этики), мышления ("чистого разума" - из чего вырастает собственно философская доктрина И. Канта) и чувства ("Критика способности суждения", которая выступает в качестве эстетического учения И. Канта).

Глубинной основой эстетического выступает чувственное начало, эстетическое чувство, т.е. особая способность человека к переживанию явлений и предметов объективной реальности в качестве позитивных или негативных (ценности и антиценности) с точки зрения их совершенства или несовершенства.

Эстетическое чувство несет в себе непосредственную конкретику контакта воспринимаемого предмета объекта с воспринимающим его человеком (субъектом). Реальное бытие эстетического обеспечивается именно наличием эстетического объекта и эстетического субъекта и диалектической взаимосвязи элементов, составляющих их структуру в непосредственном акте их взаимодействия, каковым является эстетическое восприятие, представляющее собой процесс непосредственной актуализации эстетического чувства при появлении эстетического объекта. Важно подчеркнуть, что это самое взаимодействие осуществляется на чувственной основе: причем само эстетическое действование, при своей направленности на объект, на выявление реально существующих в нем эстетических свойств и качеств, представляет собой особое человеческое переживание.

Особенностью этого переживания выступает, прежде всего, его пронзительная целостность, которая захватывает всего человека, все его существо. Эмоциональное отношение к эстетическому (т.е. эстетическое чувство), вырабатывалось у человека долго и эволюционным путем. В основе эстетического чувствования лежит эмоциональная сфера бытия человека. Эмоции представляют собой базовые основания, на которых формируются, развиваются и совершенствуются, все более усложняясь, приобретая все более тонкие нюансы, человеческие чувства. В частности эстетическое чувство, включая в себя и био-психо-физиологическую основу, поднимается над ней (поскольку зиждется на высокодуховной потребности - эстетической потребности). Оно принадлежит к числу высших человеческих чувств, поскольку именно через эстетическое чувство, посредством переживания и сопереживания человек постигает красоту мира и совершенство самого человека (В. Салеев, 1999).

Стоит еще раз внимательнейшим образом остановиться на чувственном субстрате эстетического, которое трудно интерпретировать иначе, как фундаментальное основание всей эстетической культуры как в макроскопическом ракурсе (эстетическая культура общества, нации), так и в ракурсе микрокосмоса (эстетическая культура индивида, личности). В советских учебниках по эстетике эта проблематика включалась весьма незначительной частью в раздел "Эстетическое сознание". Незначительной частью потому, что об эстетическом чувстве упоминалось как бы вскользь, при этом вне внимания, как правило, оставались процесс актуализации эстетического чувства, эстетическое восприятие и проблема эстетического переживания, имеющие колоссальное значение в процессе эстетического формирования личности, наряду с проблематикой эстетического вкуса и эстетического идеала (разработанных в советской эстетической науке значительно полнее; особенно это касается вопросов становления и функционирования эстетических идеалов). А вот проблематика эстетических взглядов общества и эстетических теорий была разработана достаточно полнокровно и критически заострена (обычно в плане борьбы идей).

Ларчик, даже если не акцентировать идеологическую направленность подобного эстетического подхода, открывается довольно просто: советская эстетика представляла собой вариант нормативной эстетики, где все подвергалось достаточно жесткой рациональной детерминации. В силу этого к чувственным основаниям эстетическое отношение было довольно критическое, упоминание же о подсознательном вообще считалось акцией "криминальной". Меж тем, подсознательное (или бессознательное) представляет собой широкое поле, которое подпитывает и насыщает человеческую чувственность. Тем более что в плане выразительности предметов и явлений, выразительности, которая по природе своей позиционирует себя определителем эстетического отношения человека, именно подсознательное оказывает существенное влияние на формирование эмоционального поля жизнедеятельности человека. В свою очередь, эмоции образуют базовые структуры сознания, предшествуют восприятию явлений и влияют на процессы восприятия. По мнению многих представителей художественной культуры (художников, критиков, искусствоведов), эмоциональные переживания составляют самостоятельную и независимую сферу личности, так как руководят помимо логических рассуждений поступками человека, выражая подлинное содержание его жизнеотношения (Б. Неменский, 1996).

Кроме этого, важно отметить, что эмоциональные переживания составляют основу (наибольшую и наиболее существенную часть) эстетического опыта личности.

Именно эстетический опыт личности играет ключевую роль в эстетической культуре общества и человека, в развитии эстетики как науки и самом существовании эстетического как феномена культуры.

Следует отметить, что содержание эстетического опыта составляют два воедино взятые процесса - эстетическое переживание и эстетическое созерцание, завершающиеся впоследствии процессом эстетического оценивания (на фоне эстетического наслаждения). Именно синтез эстетического переживания, эстетического созерцания и эстетического оценивания лежит в основе эстетического опыта, составляет его содержательную структуру.

Эстетический опыт приходит к человеку не сразу, не одномоментно. Если верно соображение некоторых культурологов, полагающих, что отдельный ребенок за период своего становления кратко проходит путь, который прошло все человечество, то прежде всего это может касаться именно сферы эстетического. Контактируя с эстетическими объектами уже в детстве, переживая эти контакты, человек развивает свою эстетическую восприимчивость, запоминает свою чувственную реакцию и на сам процесс восприятия, и на его результат (эстетическое наслаждение). Отталкиваясь от предметов и явлений, которые представляются человеку совершенными, прекрасными, человек постепенно начинает постигать не только красоту, но и величие и своеобразие окружающего его мира, свои внутренние духовные стремления и колебания своей души.

Величие восхода солнца в горах, свежие бусинки росы на готовом распуститься бутоне розы, тонкая песнь ветра в тростнике, звуки музыки, которые вызывают "ком в горле", - все эти проявления эстетического многократно обогащают человека, делают его многомерным, тонко чувствующим, делают его подлинным эстетическим субъектом. Однако определенным эстетическим субъектом выступает и человеческое общество, эстетический уровень которого зависит от качества приоритетных в этом обществе эстетических ценностей, от их соотношения с ценностями общечеловеческими.

Весьма важно осознавать, что чувственная составляющая эстетического опыта никаким образом не сводится к био-психо-физиологическим основаниям эстетического восприятия и эстетического переживания. Эстетическое чувство существенно отличается от эмоции, выражающей ощущения человека на психофизиологическом уровне. Согласимся с тем, что физические ощущения тоже могут выражать печаль, светлый смех, радость, бурный восторг и т.д. Однако, как уже говорилось выше, эстетическое переживание строится на высшей, духовной потребности, именно вследствие этого эстетическое чувство принадлежит к высшим, духовным по своей природе чувствам. Следовательно, эстетический опыт представляет собой специфическую часть духовного опыта человека (этноса, человечества).

Разумеется, он тоже опирается на определенные материальные (лучше сказать биологические) основания. Ничто в эстетическом не может начинаться вне его био-психо- физиологической основы. Видимо это обстоятельство дало возможность В. Бычкову определить эстетический опыт в качестве духовно-материального образования, сущностью которого, с одной стороны, выступает "умение" воспринимать эстетические ценности и специфическое невербализуемое "знание", приобретенные эстетическим субъектом в процессе его предшествующего художественно-эстетического развития, а с другой стороны, это конкретный процесс, акт эстетической деятельности (восприятия или творчества), непосредственно в момент восприятия или творчества" (В. Бычков, 2003). Здесь все, на наш взгляд, представляется верным, за исключением понимания того, что эстетический опыт - это специфический и только духовный опыт человека, без всякого примешивания материального, утилитарного начала.

Субъект-объектные связи в эстетическом строятся на бескорыстии (черту эту как основополагающую в эстетическом отношении выделял И. Кант) не предполагают прагматизма и прямой выгоды, но существенно обогащают внутренний мир человека, насыщают его духовно и душевно, сообщают ему новый заряд духовной энергетики.

Именно исходное духовное начало лежит в основе человеческого чувственного опыта, не сводимого ни к физиологическим, ни к психологическим предфазисным основаниям. В доктрине французского философа А. Бергсона дается понимание времени как содержания внутреннего чувства, сочетания непосредственных фактов сознания, постигаемых внутренним опытом. Духовность, по А. Бергсону, основана на жизнедеятельности людей, где ведущим началом выступает творческая энергия, проявляющаяся во временных реальных условиях: "Время - это творчество, или оно ничто". Подход А. Бергсона с методологической точки зрения весьма отвечает природе эстетического.

То же характеризует и подход итальянского философа и эстетика Б. Кроче, в доктрине которого понятие "выражение" перерастает, в конце концов, в бесконечно важное для эстетики понятие "выразительность"; неслучайно в эстетическом учении Б. Кроче эстетический поиск так же как и само творчество органично связывается с интуицией. Последняя непосредственно связана с выражением, что и выявляет специфически эстетическое отношение человека к миру. "Каждая подлинная интуиция или каждое подлинное представление есть в тоже время и выражение" (Б. Кроче, 2000). категориальный эстетика художественность выразительность

Нельзя сказать, чтобы в обширном ареале советской эстетики не находилось место поискам специфики эстетического, как метакатегории эстетики (при всей их малочисленности). Так киевский эстетик А. Канарский утверждал, что перед эстетикой как наукой может стоять лишь одна задача - быть теорией чувственного освоения действительности. В таком случае отпадает необходимость в простом перечислении ее задач: эстетика - это и наука о прекрасном, и наука об искусстве, и наука о творчестве.

При известной коррекции позиции А. Канарского (она касается как перехода от чувственного к рефлективному в эстетическом, так и реального соотнесения мыслительного анализа эстетического на "верхних" этажах эстетического познания с непосредственным эстетическим ощущением на ее "низших" этажах) она представляется нам конструктивной.

Как абсолютно верно пишет А. Канарский, "чувственное - это не просто безразлично созерцаемая или воспринимаемая предметность деятельности человека (мы бы еще добавили состояния человека). Это особая предметность, прежде всего в том смысле, что с ней связано и обнаружение определенных ценностей (будь то в виде свойств или особенностей вещей), и, что очень важно, обнаружение такого состояния человека, которое в отношении не только самого человека, но и общества, выступает как подлинно непосредственное или по-человечески само- цельное".

И это близко к абсолюту.

Вспомним: роза цветущая, закат догорающий, органная пьеса Баха. Все это непосредственно входит в контакт с человеком и дает ему радость, жгучую, неотвязную силу эстетического наслаждения и одновременно человеческого самоутверждения.

Лучше, ярче всего, на наш взгляд философско-эстетические искания специфики эстетического удалось выразить А. Ф. Лосеву в статье "Эстетика" написанной для "Философской энциклопедии" в 5-ти томах. "Эстетическое есть, прежде всего, некоторое чувственно-предметное бытие, некоторый эмпирический факт, который имеет сложный физико-физиолого- психолого-социальный состав; специфику эстетического необходимо искать в этом неподдельном слиянии чувственно-материальных и идеально-смысловых моментов, по причине чего она занимает как бы промежуточное положение между сферой единичных материальных предметов и областью абстрактной мысли. В эстетическом все чувственное и ощутимое, в то же время осмысленное" (А. Лосев, 1970).

Разделяя данную позицию, следует подчеркнуть необходимое добавление "духовного" в тот сложный состав эстетического, который постулирует А. Ф. Лосев. Ибо только в духовном акте, в акте непосредственного переживания, личностное поднимается до общественного, обеспечивая свободу человеческого самовыражения, ощущение абсолютной полноты бытия, которая может быть осмыслена "в качестве метафизического основания эстетики, идеала, на который ориентирован эстетический опыт" (В. Бычков, 2003).

В итоговой книге "Эстетическое как совершенное" Е. Г. Яковлев настаивает на своем понимании эстетического как совершенного в своем роде (традиция, идущая в европейской эстетике от Сократа), дополняя всеохватность эстетического как гармоническим, так и дисгармоническим синтезом эстетических свойств (Е. Яковлев, 1995). Несомненно, эстетик прав по большому счету; единственная слабость его концепции - в том, что в ней зачастую теряется конкретно-чувственный субстрат, а в чисто философской рефлексии, как правило, исчезает специфически эстетическое начало. То самое, которое заставляет сердце человека замирать восхищенно при виде мощи и необъятной красоты космоса (вспомним восклицание первого человека, поднявшегося над землей - Юрия Гагарина: "Красота какая!"). То, что через сострадание и очищение (великий Аристотель именовал это состояние катарсисом) в процессе сопереживания герою трагедии (не только античной, но и современной!) позволяет человеку перевоссоздаться и по-новому посмотреть на мир, на жизнь, на искусство и на себя. То, что при элегическом созерцании порождает легкую грусть, так облагораживающую человека. То, что приносит несравнимое духовное наслаждение, и заставляет ум человека потрясаться невообразимой гармонией.

Все это распространяется и на реальность мира, и на состояние человека, и на законы искусства. Имя ему - эстетическое. В его основе лежит чувственно-выразительное начало, стремящееся к совершенству.

И эстетика как конгломерат эстетического опыта и эстетического знания человека (и человеческого общества) может, соответственным образом, определяться как философская наука о чувственном совершенстве и выразительности форм.