Конфликт цивилизаций

Лишь недавно люди начали осознавать, что индустриальная цивилизация подходит к своему закату. Разгадка этого была очевидна уже в 1970 году, когда вышла книга «Шок от Будущего», об "общем кризисе промышленности", который приносит с собой угрозу неограниченного числа войн нового типа.

Многочисленные перемены в обществе не могут происходить без конфликтов, поэтому мы считаем, что метафора "история как волны перемен" более динамична и показательна, чем разговор о переходе к "постмодернизму". Волны динамичны, поэтому при их столкновении происходят мощные переходные процессы; когда же сталкиваются волны истории, возникает конфликт цивилизации. Это проливает свет на многое, что в других условиях кажется в сегодняшнем мире лишенным смысла или случайным.

Волновая теория конфликтов предсказывает, что основной конфликт произойдет не между Востоком и Западом или "Между Западом и остальными", как недавно предположил Самуэль Хантингтон. Это не будет и упадком Америки, как заявил Пол Кеннеди, или "концом истории", по выражению Френсиса Фукуямы. Всеобщие глубокие экономические и стратегические перемены приведут к разделению мира на три отдельные, потенциально конфликтующие цивилизации, которые не могут быть охарактеризованы традиционными определениями.

Цивилизация Первой Волны была и всегда будет тесно связана с землей. Какую бы локальную форму она не принимала, на каком бы языке ни разговаривали люди, какой бы ни была их религия - это результат аграрной революции. Даже сейчас множество людей живут и умирают, роясь в неплодородной земле, подобно тому, как это делали их предки.

Время появления цивилизации Второй Волны находится под вопросом. Для многих людей жизнь радикально изменилась примерно триста лет назад. В это время появилась ньютоновская наука, паровой двигатель был впервые использован в экономических целях и в Англии, Франции и Италии начали появляться первые фабрики. Крестьяне стали переезжать в города. Начали распространяться смелые идеи: идея прогресса, доктрина личных прав, руссоистское понятие социального договора, идея отделения школы от церкви, отделения церкви от государства и новая идея о том, что руководители должны выбираться общественностью, а не волей Божьей.

Движущей силой многих из этих перемен был новый способ обогащения - фабричное производство. Задолго до этого множество элементов должны были соединиться и сформировать систему массового производства, потребления, массового образования и средств информации, объединенных вместе и обслуживаемых специализированными институтами: школами, корпорациями и политическими партиями. Изменилась даже структура семьи: из большой, вместе занимающейся домашним хозяйством семьи аграрного типа, объединяющей несколько поколений, она превратилась в уменьшенную семью нового типа, типичную для индустриального общества.

Людям, вовлеченным в эти перемены, жизнь должна была казаться хаотичной. Тем не менее, все перемены были тесно взаимосвязаны. Они явились шагами к высшему развитию того, что мы называем современностью - обществ массовой индустрии, цивилизаций Второй Волны.

Термин "цивилизация" может звучать претенциозно, особенно для многих американцев, но никакой другой термин не может быть достаточно всеобъемлющим, чтобы включать в себя такие понятия, как технология, семья, религия, культура, политика, бизнес, иерархия, лидерство, системы ценностей, мораль и теория познания. Сдвиги и радикальные перемены присутствуют на всех этих уровнях общества. При изменении стольких социальных, технологических и культурных параметров одновременно возникает не только сдвиги, но и изменения, не только новое общество, но и зачатки абсолютно новой цивилизации.

Эта новая цивилизация с шумом вошла с историю Западной Европы, встречая на каждом шагу сильнейшее сопротивление.

Борьба за сферы влияния

В каждой стране, становящейся на путь индустриального развития, разразились ожесточенные кровавые войны между промышленными и коммерческими группами Второй Волны и землевладельцами Первой Волны, часто в союзе с церковью (тоже являющейся крупным землевладельцем). Множество крестьян было согнано с земель, чтобы стать рабочими на "дьявольских мельницах" и фабриках, которые занимали все новые территории.

Стычки и бунты, гражданские войны, территориальные споры, национальные восстания начали происходить, когда война Первой и Второй Волны за интересы переросла в борьбу за сферы влияния - основной конфликт, ставший причиной многих других. Подобная ситуация повторялась во всех странах, вступающих в индустриальную эпоху. В США для этого понадобилась ужасная гражданская война индустриально-коммерческого Севера против аграрной элиты Юга. Всего несколько лет спустя в Японии разразилась революция Мэйдзи. Модернисты Второй Волны в очередной раз восторжествовали над приверженцами традиций Первой Волны.

Распространение цивилизации Второй Волны с ее новыми методами обогащения дестабилизировало отношения между странами, образуя пробелы в сферах влияния.

Индустриальная цивилизация, результат Второй Волны перемен, быстрее всего стала распространяться на северных берегах огромного Атлантического бассейна. Атлантические державы, вступив в индустриальную эпоху, требовали новых рынков сбыта и дешевого сырья из отдаленных регионов. Поэтому передовые державы Второй Волны вели колонизаторские войны и добились господства над оставшимися державами Первой Волны и племенами по всей Азии и Африке.

Это снова была борьба за сферы влияния - индустриальных держав Второй Волны против аграрных держав Первой Волны - но на этот раз на более глобальном, а не на внутригосударственном уровне. Это сопротивление до последнего времени в основном определяло международное положение.

Племенные и территориальные войны между разными аграрными группами продолжались, как и раньше, на протяжении всего последнего тысячелетия, но важность этих войн была невелика, и они обычно просто ослабляли обе стороны, делая их легкой добычей для колонизатора - индустриальной державы. Так случилось, например, в Южной Африке, когда Сесиль Родс со своими вооруженными силами захватил огромные территории, принадлежавшие местным племенам, которые в это время были заняты войной друг с другом, используя примитивное оружие. Где-нибудь в другом месте множество, казалось бы, не связанных друг с другом войн на самом деле были проявлением одного глобального конфликта не между враждующими странами, а между враждующими цивилизациями.

Но самыми большими и кровопролитными войнами эпохи индустриализации были войны друг против друга, спровоцированные державами Второй Волны, такими как Германия и Англия, при том что каждая из них боролась за мировое господство, оставляя при этом в подчинении мировые популяции Первой Волны.

Окончательным результатом стало четкое разделение. Индустриальная эра поделила мир на доминирующую цивилизацию Второй Волны и зависимые колонии Первой Волны. Многие из нас выросли в мире, разделенном между этими цивилизациями. И наиболее влиятельная из них очевидна.

Сегодня расстановка сил в мире изменилась. Мы движемся к совершенно другой структуре сил, разделяющей мир не на две, а на три четко определенные противоположные враждующие цивилизации. Символ Первой, как и прежде, - мотыга, Второй - конвейер, а Третьей - компьютер.

В разделенном натрое мире сектор Первой Волны поддерживает сельскохозяйственные и минеральные ресурсы, сектор Второй Волны обеспечивает дешевый труд и производит массовую продукцию, а быстро растущий сектор Третьей Волны использует новый способ доминирования - создание и эксплуатацию знаний.

Народы цивилизации Третьей Волны продают информацию и нововведения, менеджмент, культуру и поп-культуру, новые технологии, программное обеспечение, образование, педагогику, медицинские, финансовые и другие услуги всему миру. Одной из этих услуг может оказаться военная защита, так как силы Третьей Волны являются лучшими. (Это то, что высокоразвитые страны сделали для Кувейта и Саудовской Аравии в войне в Персидском заливе).

Индивидуализированные общества

Вторая Волна породила массовые общества, которые производили массовую продукцию и нуждались в ней. В Третьей Волне научно обоснованная экономика и массовое производство (которое может быть признано отличительной чертой индустриального общества) уже являются устаревшими. Появился новый способ - немассовое производство небольших партий товаров высокого спроса. Массовая торговля делает возможным разделение и "частичный маркетинг", с параллельным изменением производства. Старые индустриальные громадины терпят крушение. Средства массовой информации делятся параллельно с производством, и гигантские телевизионные сети становятся ненужными с увеличением числа новых каналов независимых телекомпаний. Семья также становится малочисленной: семьи нового типа, бывшие прежде стандартом нашего времени, остаются в меньшинстве, в то время как увеличивается число родителей-одиночек, разведенных, бездетных семей и одиноких людей. Поэтому вся структура общества меняется, когда однородность общества Второй Волны заменяется разнородностью цивилизации Третьей Волны. Массовость заменяется раздробленностью.

В свою очередь, сама сложность новой системы требует все большего обмена информацией между ее частями - компаниями, органами власти, больницами, ассоциациями, другими институтами, даже отдельными лицами. Это создаст огромную потребность в компьютерах, цифровых телекоммуникационных сетях и новых средствах информации.

Одновременно увеличиваются темпы технологического обмена, деловой повседневной жизни. Фактически, экономика Третьей Волны оперирует с такими высокими скоростями, что ее основные поставщики едва удерживают темп. Более того, поскольку информация все больше заменяет сырье, труд и другие ресурсы, то страны Третьей Волны становятся менее зависимыми от партнеров Первой и Второй Волны (мы не имеем в виду торговлю). Они все больше стремятся сотрудничать друг с другом. Со временем многие работы, выполняемые сейчас в странах с дешевой рабочей силой, станут областью применения высоких технологий, да и в настоящее время они уже выполняются там быстрее, лучше и дешевле.

Другими словами, эти перемены ставят под угрозу множество существующих экономических связей между передовыми и развивающимися странами.

Но, тем не менее, полный разрыв маловероятен. Невозможно остановить загрязнение окружающей среды, болезни и иммиграцию в страны Третьей Волны. Богатые страны не смогут выжить, если бедные страны будут вести экологическую войну. По этим причинам напряженность между цивилизацией Третьей Волны и двумя более ранними цивилизациями будет нарастать, и новая цивилизация может с успехом бороться за глобальную гегемонию так же, как это делали модернизаторы Второй Волны по отношению к своим предшественникам - представителям Первой Волны - несколько веков назад.

Будучи осознанной, эта концепция конфликта цивилизаций поможет нам понять смысл многих, казалось бы, случайных явлений, например, сегодняшних вспышек национализма. Национализм - это идеология национального превосходства, являющаяся порождением индустриальной революции. Так, как только аграрные общества Первой Волны пытаются начать или закончить свою индустриализацию, они испытывают необходимость в атрибутах национального статуса. Бывшие советские республики, такие как Украина, Эстония или Грузия настаивают на самоопределении и нуждаются в устаревших символах государства: флагах, армиях и валютах, которые определяли статус нации во время Второй Волны или индустриальной эры.

Миру высоких технологий трудно понять мотивации ультра-националистов. Их самодовольный патриотизм производит смешное впечатление. Это напоминает страну Фридонию в фильме братьев Маркс Утиный суп, в котором высмеиваются чувства национального превосходства у воюющих вымышленных наций.

Напротив, националистам непонятно, почему некоторые нации позволяют другим посягать на их "священную" свободу. Однако "глобализация" бизнеса и финансов, необходимая для развивающейся экономики Третьей Волны постоянно ломает национальные "суверенитеты", так бережно охраняемые новыми националистами.

Экономика изменяется под воздействием Третьей Волны, поэтому националисты вынуждены отказываться от части своего суверенитета и принимать все возрастающее экономическое и культурное вторжение стран Третьей Волны. В то время как поэты и интеллектуалы экономически отсталых регионов сочиняют национальные гимны, поэты и интеллектуалы стран Третьей Волны воспевают достоинства "мира без границ" и "мирового самосознания". В результате, столкновения, отражающие острое различие интересов двух противоположных цивилизаций, могут спровоцировать в будущем самые ужасные кровопролития.

Если сегодняшний передел мира из двух на три части кажется сейчас менее чем очевидным, то это лишь потому, что переход от экономики Второй Волны, основанной на тягловой силе, к экономике Третьей Волны, основанной на силе интеллекта, еще нигде не закончился.

Даже в США, Японии и Европе локальная борьба за власть между элитами Второй и Третьей Волн еще не завершена. Важные институты и секторы Второй Волны остались, и политические лобби Второй Волны до сих пор держатся у власти.

Смесь из элементов Второй и Третьей Волн в каждой высокоразвитой стране дает свои характерные формации. Тем не менее, общее направление вполне ясно. Глобальная гонка будет выиграна странами, которые закончат свой переход к Третьей Волне с минимальными внутренними неувязками и беспорядками.

Тем временем исторический переход от двухчастного мира к трехчастному может привести в движение ожесточеннейшую борьбу на планете, так как каждая страна постарается найти себе место в возникающей трехъярусной структуре влияний. За всем этим монументальным распределением сил лежит изменение ролей, приоритетов и природы знаний.