Немарксистские подходы к определению классов

В различных социологических школах — например, американской и английской — классовые теории развивались в различных направлениях. Послевоенные американские социологи вообще рассматривали свое общество как бесклассовое. Это происходило отчасти вследствие того, что они полагали, будто уже не существует резких перепадов в распределении материального вознаграждения (которое они располагали по ранжиру вдоль непрерывного континуума), отчасти из-за их убежденности в том, что индивидов в современном обществе можно вполне правомерно распределять в классы по множеству таких критериев и факторов, которые уже не связаны с экономически определенным классом, — таких, например, как род занятий, религия, образование, этническая принадлежность. Эти социологи принимали, скорее, точку зрения Вебера относительно статусов и разрабатывали скорее многомерный подход, который трактовал социальный статус и престиж как независимые факторы, которые ослабляли и даже вытесняли идею класса как экономически детерминирован системы. Большинство иерархических схем профессиональных шкал, используемых в исследовании неравенства, просто предполагали, профессии могут, скорее, быть ранжированы по принципу «лучше», нежели по другим — соответствующим, например, доходу и престижу, которые получают их обладатели.

Британские же социологи считали решающей детерминантой класса разделения труда, а основным принципом классового деления провозгласили различие между физическим и нефизическим трудом. Это, как тогда представлялось, должно было соответствовать основным различиям в экономических и социальных условиях жизни. Такое деление было даже принято в качестве официально-статистического; по итогам переписи 1951 года оно легло в основу создания Британского Генерального Регистра классификации социоэкономических групп (SEG – Socio – Economic Groups). Эти социоэкономические группы включали в себя людей, чьи жизненные стили (или образы жизни) схожи в отношении социального, культурного и досугового поведения, и люди помещались в ту или иную 5ЕС, прежде всего, на основе их профессиональных занятий и профессионального статуса. Количество статусов первоначально составляло тринадцать, а к 1961 году увеличилось до семнадцати. Существовала и сжатая версия шести социоэкономических групп (классов):

♦ профессионалы;

♦ работодатели и менеджеры;

♦ клерки — промежуточные и младшие работники нефизического труда;

♦ квалифицированные работники физического труда и самостоятельные (самонанимаемые) непрофессионалы;

♦ полуквалифицированные работники физического труда и обслуживающий персонал;

♦ неквалифицированные работники физического труда, прочем, такого рода разграничение носило в значительной степени искусственный характер, и в теоретическом классовом анализе социологи сегодня редко используют эту классификацию; однако нельзя признать, что она, в конечном счете, проистекает из веберовского замечания о жизненных шансах. Так или иначе, это деление не являем широко употребляемым в социологии, поскольку в развитых обществах экономические и социальные условия многих видов интеллектуального труда (во всяком случае, более низкого уровня) становятся все более похожи на те, в которых работают и живут работники физического труда.

Сегодня социологами класс определяется, скорее, по критериям рыночных и трудовых ситуаций. Рыночная ситуация относится к материальному вознаграждению и жизненным шансам (таким, как оплата работодателем дополнительных льгот, страховок и иных материальных благ), безопасности и возможностям служебного продвижения. Трудовая ситуация имеет отношение к характеру решаемых трудовых задач, технологии производства и структуре социальных отношений в системе контроля в фирме. Предполагается наличие согласованности между этими факторами в том смысле, что рыночное вознаграждение и трудовые условия прогрессирующим образом улучшаются по мере восхождения по классовой иерархической лестнице.

Классы могут трансформироваться из простых экономических категорий в социально значимые группы. Этот процесс в социологии называют структурализацией. Факторы, детерминирующие структурализацию, включают в себя, в частности: проживание людей в сравнительно однородных по составу, моноклассовых общинах; низкие показатели социальной мобильности, которые удерживают людей в рамках одного класса; общность жизненных стилей (life - styles), что, в конечном счете, ведет к превращению классов в такие социальные группы, которые можно подвергнуть более четкой социальной идентификации. Некоторые различия между людьми, принадлежащими к одному и тому же классу, могут к также дополняться дифференциацией их политических взглядов.

Однако, общепринятое определение, которое основывается именно на веберианских представлениях о классовом делении общества, не всегда легко применить на практике. Критерии в принципе учитывают разнообразие классов, основанное на различных уровнях вознаграждений, различных типах трудовых ситуаций и различных их комбинациях, но точная идентификация нескольких основных классов — это сегодня дело. скорее, интерпретации, нежели самоочевидного и объективно детерминированного бытия. Сегодня общепринятой социологической моделью классовой структуры в некоторых странах (например, в Великобритании) является разделение населения на три класса — рабочий, промежуточный и высший. Работники физического труда относятся к рабочему классу; работников не физического труда низкого уровня, та как клерки и низшие техники, относят к среднему классу; а менеджеров, администраторов и профессионалов — к высшему. Некоторые социологи помещают в рабочий класс и канцелярских работников, но это не общепринятый взгляд. В то же время, как мы видим, в эту схему опять не вписывают крупные капиталисты, а также мелкие и средние предприниматели.

Американскую социологию в вопросе о классовой структуре отличает значительное разнообразие взглядов и направлений. Среди них можно выделить опять же два основных подхода — немарксистский и марксистский (или несколько иные направления, близкие к ним), интерес к которым в 70-80-е годы в американской социологии заметно возрос. Для немарксистского направления характерно простое деление общества на «высшие» и «низшие» классы. Традиционное же деление на классы в американской социологии придерживается четырехчленной структуры.

    Высший класс (Upper Class), отличающийся наиболее высоким уровнем благосостояния и власти.

    Средний класс (Middle Class), который образуется весьма пестрым конгломератом большого числа социальных групп — от предпринимателей средней руки до среднеоплачиваемых инженеров и клерков.

    Рабочий класс (Working Class), объединяющий всех работников физического труда, независимо от сферы занятости.

    Низший класс (Underclass), включающий в себя, как правило, представителей этнических меньшинств, а также женщин, занятых на наиболее низкооплачиваемых, наименее безопасных и наименее привлекательных — хотя бы с точки зрения служебной карьеры — рабочих местах.

В то же время большинство социологов отчетливо осознают, что такого крупномасштабного деления явно недостаточно для углубленного анализа классовой структуры. Они стараются найти более тонкую, «злее детальную градацию социальной структуры современной Америки. Так, Р. Ротмэн в своей монографии «Неравенство и стратификация в Соединенных Штатах» поступает достаточно прямолинейно: он просто выделяет слои внутри среднего класса, присоединяя их к трем другим классам с указанием примерной доли каждого из них в общем объеме населения (табл. 2).

Структура современного американского общества по Р. Ротмэну

Класс Удельный вес (%) в населении США
Высший 1-2
Высший средний 5-10
Предприниматели 5-10
Низший средний 20-25
Рабочий класс 50-60
Низший класс 10-15

Ротмэн последовательно и детально рассматривает каждый из названных классов — их социально-демографический состав, особенности жизненного стиля и политического поведения. В основу же определения социальной иерархии Ротмэн, как и большинство западных социологов, кладет размер дохода. То, что он называет классом «предпринимателей», включает в себя, по марксистской терминологии, городскую и сельскую мелкую буржуазию. Не обходит Ротмэн и вопрос о характере распределения: согласно приведенным им данным, 0,5 % население владеют 20,4 % активов, тогда как 40 % американцев обладают менее чем 3% общего богатства, находящегося в руках частных лиц. Отметил, что, производя свою классификацию, автор фактически не разделяет социальную структуру и структуру занятости населения: так, в состав рабочего класса, помимо индустриальных и сельскохозяйственных рабочих, включены работники сферы услуг - одна из наиболее многочисленных на сегодняшний день профессиональных категорий в современной Америке.

На это же обращает внимание и другой американский социолог - Чарльз Андерсон. Он подчеркивает, что рост численности работников диеном секторе отражает изменения, происходящие в структуре занятости, но отнюдь не в социальной композиции общества. В целом ряде своих работ Ч. Андерсон выдвигает тезис о возникновении «нового рабочего класса». Традиционный рабочий класс, по мнению автора, представлен, главным образом, «синими воротничками» и составляет 40-45 % глав семейств в совокупной рабочей силе страны. Существует и «новый рабочий класс», который состоит из наемных служащих - «белых воротничков», причем основу его образуют ученые, инженеры и техники, вовлеченные в производство; кроме того, Андерсон относит сюда работников образования и здравоохранения, а также большинство управленческих, торговых и офисных работников. Автор представляет развернутую характеристику классовой структуры США в начале 70-х годов (табл. 3).

Несмотря на некоторую противоречивость предлагаемых категорий, автор дает достаточно убедительную и, по мнению многих исследователей, близкую к действительности картину классового строения американского общества.

Среди американских социологов, опирающихся на марксистское понимание класса, следует выделить работы Эдварда Райта. В своей монографии «Классовая структура и определение дохода» он подчеркивает, что игнорировать общественные отношения производства означает отвергать одну из фундаментальных причин неравенства питализме.

Классовая структура США по Ч. Андерсону

Классы % в общем объеме
1) Капиталистический класс 0,5-2
2) Старый средний класс 9
В том числе:
«самостоятельные бизнесмены» 3
«самостоятельные специалисты» 4
фермеры 2
3) Новый рабочий класс 19
В том числе:
специалисты 12
управляющие-администраторы 7
4) «Белые воротнички» 23
В том числе:
торговые работники 6
конторские работники 17
5) «Старый рабочий класс» 35
В том числе:
высококвалифицированные рабочие 11
полуквалифицированные рабочие 17
не квалифицированные рабочие 5
сельскохозяйственные рабочие 2
6) Работники сферы услуг 12

Райт справедливо указывает на теоретические и практические сложности, возникающие при выявлении классовой принадлежности наемных работников к числу «белых воротничков» — менеджеров, специалистов разного уровня, техников. В связи с этим он выдвигает новое положение о «противоречивых локациях внутри классовых отношений». К таким «локациям» Райт относит: менеджеров и супервайзеров, которые расположены между буржуазией и рабочим классом; «полуавтономных служащих», которые расположены между рабочим классом и мелкой буржуазией; а также мелких нанимателей рабочей силы, которые расположены между буржуазией и мелкой буржуазией. Сама же мелкая буржуазия как класс — это скорее реликт простого товарного производства, нежели продукт капитализма.

Итог анализа классовой структуры США, проведенного Э. Райтом и его коллегами, таков: самый многочисленный класс общества — рабочий; рабочие вместе с теми, кто занимает противоречивые, но близкие к ним локации, составляют от 50 до 60 % населения. В то же время Райт указывает еще на одну немаловажную деталь: большинство нынешних рабочих составляют женщины и представители этнических меньшинств (minorities).

В последнее время западных социологов все чаще занимает проблема изучения полового состава различных классов. Так, критика традиционного подхода к классовому анализу состоит, в частности, в том, что концентрирует свое внимание на мужчинах и игнорирует женщин. К примеру, в Великобритании женщины составляли в начале 80-х годов около 43 % всей занятой рабочей силы. Женщины, работающие в сфере нефизического труда, сегодня сосредоточены в основном, в ограниченном круге профессий, преимущественно, на канцелярских и торговых должностях; а в сфере физического труда — на лифицированных фабричных работах, например, уборка. Их профессиональные занятия имеют тенденцию отделяться от мужских определенные должности и специальности резервируются для женщин. Они имеют также более низкий по сравнению с мужчинами уровень рыночного вознаграждения. Если бы участие женщин во всех сферах занятости было равномерным, игнорирование полового разделения не могло бы повлиять на способ, каким изучает классовая структура. Но поскольку это не так, у социологов, которые исследуют профессиональную занятость, имея ввиду, главным образом, мужчин, могут сложиться искаженные представления о характере классовой структуры, поскольку, игнорируя женщин, они вычеркивают из рассмотрения значительные пласты в общей структуре занятости.

Вообще теоретические и практические результаты трактовки мужчины как центральной фигуры в классовом анализе являются предметом широкого обсуждения в социологии. Одной из центральных проблем здесь является превращение семьи в единицу анализа в эмпирических исследованиях класса, и это ставит вопрос о передачей закреплении сложившегося материального и культурного неравенства в последующих поколениях (при изучении, например, социальной мобильность). Правда, для того, чтобы приписать семье определенную классовую позицию, необходимо определить классовые позиции всех членов семьи на основе рода занятий одного из членов — мужа/отца, рассматриваемого в качестве главы домохозяйства и главного кормильца. Практика эмпирических исследований показывает, что в большинстве случаев выполнение этого условия становится проблематичным. Если, например, мужу и жене приписываются, исходя из их индивидуальных профессиональных занятий, различные классовые позиции, то классовая позиция семьи не может считаться четко очерченной. Кроме того, образы жизни тех семей, где заработок (доходы) приносят двое, могут существенно отличаться от других, принадлежащих тому же классу, где зарабатывает лишь один. Плюс к этому, некоторые феминисты полагают, что в классовой теории несправедливо игнорируется выполнение женщиной неоплачиваемой работы по дому, поскольку эта домашняя работа поддерживает силы членов семьи на оплачиваемой работе, помимо этого, они заняты еще и репродуцированием следующего поколения занятых.