Призрение детей в императорской России (XVIII-начало XX вв.)

Петр I первым в истории России создал государственную систему призрения нуждающихся, выделил категории нуждающихся, ввел превентивные меры борьбы с социальными пороками, урегулировал частную благотворительность, закрепил законодательно свои нововведения.

Впервые при Петре I детство и сиротство становятся объектом попечения государства.

В 1706 году открываются приюты для «зазорных младенцев», куда было приказано брать незаконнорожденных с соблюдением анонимности происхождения, а за «погубление зазорных младенцев» Государь грозил смертной казнью. Младенцы обеспечивались государством, и в казне были предусмотрены средства на содержание детей и обслуживающих их людей. Число таких младенцев постоянно возрастало. Так в 1742 году в одной Московской губернии их числилось 865 человек в возрасте не выше 8 лет. На них расходовалось 4731 руб. Кормлением младенцев занимались 218 кормилиц. При этом постановлялось, что когда дети подрастали, то мальчиков отдавали бы в учение к какому-нибудь мастеру или в матросы, а девочек помещали к кому-нибудь в услужение и, конечно, если представлялся случай, выдавали замуж. Если в последствии они подвергались болезням или увечью, или впадали в помешательство, то могли возвращаться в приюты, как в родительские дома.

Екатерина Великая реализовала замысел Петра I строительством вначале в Москве (1763 г.), а потом в Петербурге (1772 г.) императорских воспитательных домов для «зазорных младенцев»[3].

Благотворительная деятельность Российского Императорского двора, прежде всего его женской половины, приобретает в этот период форму устойчивой традиции. Так, Мария Федоровна, жена Павла I и первый министр благотворительности проявляла большую заботу о сиротах. В 1797 году она пишет императору доклад о работе воспитательных домов и приютов, в котором, в частности, предлагает «... отдавать младенцев (сирот) на воспитание в государевы деревни к крестьянам доброго поведения. Но только когда малыши в воспитательных домах окрепнут, а главное - после оспопривития. Мальчики могут жить в приемных семьях до 18 лет, девочки - до 15». Так было положено начало системе воспитания сирот в семье. А чтобы воспитатели были «искусны и умелы», Мария Федоровна на собственные средства открывала педагогические классы при воспитательных домах и пепиньерские (пепиньерка - девушка, окончившая среднее закрытое учебное заведение и оставленная при нем для педагогической практики) классы - в женских гимназиях и институтах, которые готовили учительниц и гувернанток. Ею же в 1798 году было основано Попечительство о глухонемых детях.

В этот же период начинают создаваться общественные организации, самостоятельно выбирающие объект помощи и работающие в той социальной нише, которую государство не охватывало своим вниманием. Так при Екатерине II (середина XVIII века) в Москве открывается государственно-филантропическое «Воспитательное общество». В 1842 году, также в Москве, создается опекунский совет детских приютов, который возглавляет княгиня Н. С. Трубецкая. Первоначально деятельность совета была сосредоточена на организации свободного времени бедных детей, остающихся в дневное время без присмотра родителей. Позднее при совете стали открываться отделения для сирот, а в 1895 году - больница для детей московских бедняков[4].

Александр I обращает свое внимание на детей с нарушением зрения. По его приказу в Петербург был приглашен знаменитый французский учитель Валентин Гаюи, который разработал оригинальную методику обучения слепых детей. С этого времени начинают строить учреждения для этой категории детей, а в 1807 году открывается первый институт слепых, где обучалось лишь 15 слепых детей.

В этот период в России начинает развиваться определенная социальная политика и законодательство, складывается система призрения людей, и в частности - детей, нуждающихся в помощи. Церковь постепенно отходит от дел призрения, выполняя другие функции, а государство создает специальные институты, которые начинают осуществлять государственную политику в деле оказания социальной поддержки и защиты. Динамику роста институтов призрения и числа самих призреваемых можно увидеть на диаграмме.

После эпохи Петра I и Екатерины II знаменитой вехой в развитии общественного призрения были благотворительные общества и союзы, общественные филантропические организации. Среди них особое место занимают «Учреждения императрицы Марии Федоровны», «Императорское человеколюбивое общество», в котором были сосредоточены денежные благотворительные пожертвования частных лиц, включая и особ императорской фамилии. Императрица, сохраняя в своем ведении Воспитательное общество и мещанское училище, приняла по воле Государя главное начальствование и над Воспитательными домами, сохранными Казнами и Коммерческим училищем, чем и положила основание Ведомству, вследствие названному ее именем[5].

Вступив в управление, Императрица назначила из своих средств ежегодно по 9 тысяч рублей на содержание грудных младенцев с кормилицами.

Особое внимание Мария Федоровна обратила на Воспитательные дома. За 30 лет из поступивших в них 65 тысяч младенцев в живых осталось 7 тысяч. Императрица заключила, что ужасающая смертность детей связана главным образом с теснотой помещения. Для улучшения условий в Санкт-Петербурге был пожалован Воспитательному дому обширный особняк графа Разумовского на Мойке. К этому зданию был прикуплен еще соседний дом графа Бобринского. ( В этих зданиях Воспитательный дом располагался до 1917 года.) Императрица реорганизовала Опекунский Совет так, чтобы каждый его член «высокого и знатного рода» сверх участия в общем управлении заведовал отдельным учреждением или частью учреждения, причем «без всякого вознаграждения, из любви к Отечеству и человечеству».

Заботясь об устройстве уже существующих, Императрица открыла и новые учебные и благотворительные заведения. К 1802 году в Москве и Петербурге были открыты женские учебно-воспитательные учреждения имени Св. Екатерина. В 1807 оду основан Павловский военно-сиротский институт, в 1817 году - Харьковский институт благородных девиц. Причем начальству предписывалось заботиться не только о трудоустройстве выпускниц, в основном гувернантками, разбирать их несогласия с семействами, где они будут жить, печься о выдаче их в замужество, а также ходатайствовать по делам воспитанниц и после выпуска их из заведения.

Как и в Западной Европе в России постепенно формировалась сеть благотворительных учреждений и заведений, налаживались и совершенствовались механизмы призрения, которые охватывали все более широкий круг детей с разными социальными проблемами: болезнь или дефект развития, сиротство, бродяжничество, беспризорность, проституция, алкоголизм и т.д. Призрение распространилось и на детей с физическими недостатками. Были организованы приюты для глухонемых, слепых детей, детей - инвалидов, где их образовывали и обучали различным ремеслам в соответствии с их недугом[6].

Попечительство о глухонемых содержало за счет своих средств школы, учебные мастерские, приюты и убежища для детей, выдавало пособия семьям, имеющим глухонемых иждивенцев. Бедным воспитанникам выдавалось казенное обеспечение.

Вслед за кончиной Императрицы Марии Федоровны все учреждения, бывшие в ее ведении, принял под свое покровительство Император Николай Венцом деятельности Императора было учреждение сиротских институтов. Война и холерная эпидемия 1830 - 31 года оставили сиротами огромное число детей, нуждающихся в призрении. В 1834 году при Воспитательных домах Санкт-Петербурга и Москвы открылись сиротские отделения на 50 мест в каждом, затем латинские и французские классы. В них дети обоего пола получали столь основательное образование, что после латинских классов могли поступать в медико-хирургическую академию, а из французских классов выходили воспитатели в частные дома.

Дети, рожденные вне брака, вместе с сиротами получали прекрасное образование. Это породило случаи отказа родителей от детей. Обнаружились факты, когда родители из бедных семей тайно приносили своих детей в Дома, в надежде на их счастливую будущность. Император Николай I положил конец этому ненормальному явлению. В 1837 году французские и латинские классы были упразднены, а взамен их были учреждены институты для воспитания сирот офицеров военной и гражданской службы. Из сиротского мужского института (на 300 детей) при Московском Воспитательном доме в 1847 году образовался Кадетский Корпус с выходом из Ведомства Императрицы Марии.

В 1859 в Санкт-Петербурге было освещено первое в России открытое женское учебное заведение - женская гимназия, куда принимались девочки всех сословий и вероисповеданий. А в начале 70-х годов XIX века число женских гимназий в Империи превысило число мужских.

В 1882 году открылось общество призрения бедных и больных детей «Синий крест», руководила которым Великая княгиня Елизавета Маврикиевна. Уже в 1893 году в рамках этого общества появилось отделение защиты детей от жестокого обращения, включая убежища и общежития с мастерскими[7].

В это же время на средства частной предпринимательницы А. С. Балицкой был создан первый приют для калек и парализованных детей. В конце XIX века становится необходимым открытие приютов для детей-идиотов и эпилептиков, которые также требуют специального ухода и заботы. Такую благородную миссию взяло на себя Общество призрения калек несовершеннолетнего возраста и идиотов, которое открыло приют для детей-инвалидов в Санкт-Петербурге. Так же врач психотерапевт И. В. Маляревский открывает врачебно-воспитательное заведение для умственно отсталых детей, преследуя цель содействовать детям с проблемами психического здоровья в обучении их честной трудовой жизни.

В 1904 году в Петербурге основан Союз борьбы с детской смертностью в России.

Таким образом, система общественного государственного призрения детей в России в конце XIX века представляла собой разветвленную сеть благотворительных обществ и учреждений, деятельность которых значительно опередила становление профессиональной социальной помощи в Европе.

В этот период благотворительность принимает светский характер. Личное участие в нем воспринимается обществом как морально-нравственный поступок, благородство души и считается неотъемлемым делом каждого.

Примечательной чертой этого периода является зарождение профессиональной помощи и появление профессиональных специалистов. Начинают организовываться различные курсы, ставшие началом профессионального обучения кадров для социальных служб. «Социальная школа» была образована на юридическом факультете Психоневрологического института, где одной из кафедр была «кафедра общественного призрения» (октябрь 1911 года). В этом же году был сделан первый набор студентов по специальности «общественное призрение». В 1910 и 1914 годах состоялись первый и второй съезды деятелей социальной сферы[8].

Одним из важнейших направлений деятельности ученых и практиков в этот период было оказание помощи и построение системы воспитательно-исправительных учреждений, куда попадали нищие и беспризорные дети.

В Москве при Городской думе действовал Благотворительный совет и образованная им специальная Детская комиссия, которая осуществляла статистический сбор данных о детях, исключенных из школы или выгнанных из приютов за дурное поведение; контролировала условия содержания малолетних преступников; содействовала открытию детских приютов.

Вопросам исправления малолетних преступников путем психического воздействия на почве любви к ближнему были посвящены съезды представителей русских исправительных заведений для малолетних ( с1881 до 1911 года прошло 8 съездов ).

В России широкие масштабы принимала просветительская деятельность по отношению к малолетним преступникам. Читались лекции, проводились беседы по вопросам деятельного участия каждого гражданина в судьбе ребенка, совершившего правонарушение.

В 90-е годы появились детские дома трудолюбия, ольгинские детские приюты трудолюбия (в ознаменование рождения Великой княжны Ольги Николаевны) в Москве, Петербурге, Архангельске, Ельце, Ряжске и других городах. Эти дома имели интернаты, мастерские различного производственного профиля.

В начале XX века в России успешно развивалась система различных социальных служб. В 1902 году действовало 11400 благотворительных учреждений, 19108 попечительских советов. Только в Петербурге их приход составил 7200 рублей, по тем временам сумма огромная. Деньги шли на создание учебно-воспитательных учреждений, содержание домов для бедных детей, ночных приютов для бродяжек, народных столовых, амбулаторий и больниц. В обществе сохранялось и укреплялось устойчивое мнение о необходимости призрения детей, положительное отношение к благотворительности[9].