Проблема проституции в России

В России второй половины ХIХ - начала ХХ вв. существовала глубокая и развитая традиция исследования социальных аномалий. В то время эта традиция была продиктована самой жизнью в силу ряда объективных причин.

Процесс модернизации российского общества был настолько болезненным и массированным, что образовался широкий люмпенизированный слой, единственным источником существования которых стала торговля собственным телом. Это не могло в свою очередь не беспокоить научную общественность и отдельных представителей власти. В России, по данным библиографических указателей, с 1861 по 1917 гг. вышло 431 отечественное издание о проституции и 37 переводов [21]. 

К числу дореволюционных исследователей историко-социального характера можно отнести, прежде всего, С. С. Шашкова. В своей книге «Исторические судьбы женщин, детоубийство и проституция» автор дает очерк развития проституции, начиная с эпохи Киевской Руси и до 60-х гг. XIX в.

В работах М. Кузнецова «Историко-статистический очерк проституции и развитие сифилиса в Москве» (1870 г.), С. С. Шашкова «Исторические этюды» (1872 г.), В. М. Тарновского «Отчет консультанта по венерическим болезням при главном военно-медицинском управлении» (1881 г.), Д. Д. Ахшарумова «Проституция и ее регламентация» (1889 г.), П. Гирш «Преступность и проституция как социальные болезни» (1893 г.) содержался значительный массив статистической информации по проблемам распространения проституции в России и ее социальным последствиям, прежде всего широком распространении венерических заболеваний в обществе, а также втягивании в занятие проституцией малолетних [22].

Большое количество работ, посвященных проституции, принадлежит перу российских медиков. И это вполне объяснимо. Рост торговли любовью ставил важные проблемы перед медициной. Легализация публичных домов поставила задачи организации соответствующего медицинского обслуживания. Многие врачи-венерологи стали первыми социологами-практиками, наблюдавшими институт продажной любви и его деструктивные последствия как для общества, так и для отдельной личности [23].

Основная масса наблюдений была сделана на базе старейшей в стране венерологической Калинкинской больницы. Полного единства взглядов на проблему продажной любви у медиков не существовало.

Сторонником регламентации проституции являлся В. М. Тарановский - основоположник венерологии в России. Все труды В. М. Тарановского направлены на утверждение, поддержку и расширение функций медико-административного контроля за проституцией [24].

Позицию В. М. Тарановского поддерживали и служащие Врачебно-полицейского комитета А. И. Федоров и К. Л. Штюрмер [25].

С другой стороны, довольно мощным было и противоположное направление – аболиционизм. Это течение объединило в своих рядах противников легальной проституции. Они считали, что решительные меры властей по запрету института продажной любви будут куда более эффективными, нежели его администативно-врачебная регламентация. Сторонниками аболиционизма были М. И. Покровский, Е. С. Дрентельн, Б. И. Бентовин, П. Е. Обозненко [26].

Активно занимались проблемой проституции и российские правоведы М. М. Боровитинов, В. И. Дерюжинский, А. И. Елистратов, А. Ф. Кони, М. С. Маргулис.

Среди правоведов также не было единства мнений в отношении государственного контроля за проституцией. Большинство из них, особенно представители молодого поколения русских юристов, приступивших к практической деятельности в период революционного подъема начала XX в., тяготели к аболиционизму.

Противоположную позицию занимали правоведы-практики, непосредственно связанные с криминальной средой и проституцией, например А. Лихачев, прокурор петербургского окружного суда в 80-90-х гг. XIX в., А. Ф. Кошко, возглавлявший уголовный розыск империи в начале XX в. и др.

В условиях острейшего противостояния на фронтах гражданской войны, провозглашения решительного искоренения проституции, и временного замирания этого вида промысла, естественно, исследования данной социальной аномалии отошли на второй план. Но это продолжалось недолго. Уже в начале 1920-х гг. вначале публицисты, а затем и научная общественность вновь была вынуждены вернуться к освещению феномена торговли своим телом.

Переход России к нэпу вновь серьезно обострил проблему проституции. В 1920-е гг. проводится ряд обследований проституток и беспризорных девочек-проституток юристами (М. Н. Гернет, П. И. Люблинский), врачами-наркологами (Д. Футер, А. С. Шоломович, Г. О. Сутеев) и венерологами (В. М. Броннер, Зальцман и др.).

Также появляются работы историко-обобщающего  сравнительного характера – например, С. Е. Гальперин «Проституция в прошлом и настоящем» (1928 г.). При этом следует отметить, что после революции по данной теме писали не только большевистские лидеры и пропагандисты  - А. М. Коллонтай, М. Н. Ладова, Н. А. Семашко, но продолжали свои научные изыскания дореволюционные специалисты - В. М. Броннер, А. И. Елистратов, Л. М. Василевский, Л. И. Люблянский [27].

С начала 1930-х гг. исследования, посвященные проституции в СССР были прекращены. Официальная доктрина и образ строителя светлого будущего никак не вязались с этим «гнусным» пороком царизма. Но это еще не означало абсолютного исчезновения проституции как социального явления из повседневной жизни советского общества. Не случайно в отдельных документах партийных и государственных органов середины и конца 1930-х гг. встречаются упоминания об отдельных проявлениях проституции, фактах «морального разложения» (так в то время было принято именовать половую нечистоплотность отдельных партийных и государственных функционеров, представителей рабочего класса, интеллигенции). Естественно, отсутствие официальной статистики и тоталитарный идеологический диктат практически до второй половины 1980-х гг. привели к исчезновению любых работ о проституции в стране.

Провозглашение гласности, перестройки и демократизации в СССР привели к возникновению условий для относительной свободы научных исследований в сфере социальных аномалий. Но при этом проблемам проституции по-прежнему отводилось периферийное место. Обращает на себя внимание, что проблемы проституции получили большее эмпирическое освещение на региональном уровне, нежели применительно для страны в целом [28].

Вновь работы, посвященные проституции в России, теперь уже на принципиально иной, историко-объективной основе были возобновлены в начале 1990-х гг.

Среди работ последних лет, в которых осуществляется ретроспективный анализ проституции в России можно назвать публикации Б. Ф. Калачаева «Взгляд на проблему... через столетие» (1991 г.), весьма обстоятельную и добротную работу Н. Б. Лебиной, М. В. Шкаровского «Проституция в Петербурге (40-е гг. ХIХ - 40-е гг. ХХ вв.)» (1994 г.), В. С. Поликарпова «История нравов России, Восток или Запад» (1995 г.), Н. Б. Лебиной «Повседневная жизнь советского города: нормы и аномалии. 1920-1930 годы». (1999 г.)