Создание Императорского женского патриотического общества

Существуют две версии обстоятельств возникновения Общества. Согласно первой, официальной версии, Женское патриотическое общество возникло "по благотворной мысли" императрицы Елизаветы Алексеевны. Согласно второй, инициатива создания общества принадлежала двенадцати представительницам высшего света Петербурга, затем была одобрена императрицей и получила ее покровительство. 12 ноября проект общества был представлен императору Александру I и получил его одобрение. Однако, интересен тот факт, что:

во-первых, общество существовало изначально без ведома императорской семьи, как "низовое" движение, и было зарегистрировано post factum,

во-вторых, в деятельности общества сразу приняло активное участие купечество.

15 ноября в журнале "Сын Отечества" было опубликовано "Приглашение" ("Проект благотворительного заведения, под именем Патриотического Женского Общества") о вступлении в члены общества, в котором были разъяснены его цели:

"… Но желание быть полезным обществу не заключается в одном мужеском поле. Руководствуясь сими чувствами, С. Петербургские дамы положили учредить Патриотическое общество... И так Патриотическое общество С.- Петербургских дам будет иметь единственной целию призрение всех от войны, страждущих семейств, по мере возможности и общего содействия. К сей патриотической цели приглашает оно всех соотечественниц"[1].

Далее "Проект" содержал "Предварительные правила Общества". Проект Устава был удивительно для того времени демократичен, число возможных членов его - только женщин (мужчины могли быть там только как жертвователи денег на нужды общества) ограничивалось только имущественным цензом- 200 рублей вступительного взноса и 100 рублей ежегодного членского, в патриотическом обществе могли быть принимаемы и жены купцов. Предусматривалось создание дома для бедных, в котором будут "особые покои для собраний" членов общества. Общество было изначально выборной организацией (пункт 9 проекта: "Члены изберут между собою 8 или 12 особ, которые будут собираться в назначенные дни для сообщения друг другу сведений и известий, собранных каждым о бедных и для совещания о подаянии им помощи").

Кроме принципа выборности в Устав был заложен и принцип отчетности: "Ежегодно, в назначенный день, каждый из членов имеет право подать голос при выборе нового правления, и для сего каждая Дама явится в собрание сама или пришлет имя избранной ею особы; сии выборы, должны, решаться большинством голосов"[2]

Распространение идей Общества

Еще в проекте общества было написано, что "...если составятся подобные общества в других городах Империи, то приглашаются оные к вступлению в сообщение с Санкт-Петербургским, для взаимного вспомоществования"[3]. Таким образом, основатели общества стремились придать ему всероссийский характер, направив в единое русло благотворительности в рамках одной организации деятельность женщин в различных городах.

А сведения о такой деятельности женщин появлялись на страницах газет, где публиковались длинные списки пожертвователей и пожертвовательниц "на алтарь Отечества", изредка - сообщения иного рода. "Северная Почта или Новая Санктпетербургская Газета" имела раздел "Известия внутренние", где печатались материалы из редакционной почты. Сообщение от 12 ноября 1812 г. из Новочеркасска:

"Жители нашего края не перестают усердствовать к пользе Отечества: недавно еще представили они в добровольное приношение армии 2000 голов рогатого скота. Таковым усердием отличаются и многие женщины, из числа тех, коих мужья находятся в армии. Они весьма охотно жертвуют своим имуществом, говоря: "Теперь такое время, чтоб не щадить своего имущества: оно обратится на спасение отечества, мужей наших и нас самих""[4]. В той же газете 14 декабря сообщалось о существовании в Риге с самого начала войны благотворительных обществ, активное участие в которых принимали дамы. Известно также о патриотических женских обществах, организовавшихся в Пензе и городах Пензенской губернии для помощи беженцам. Их члены собирали для беженцев предметы домашнего обихода, съестные припасы, дрова, свечи, одежду. Так же, в отчетах о деятельности патриотического общества в Санкт-Петербурге встречаются сведения о средствах, поступивших в кассу Общества из самых отдаленных губерний - из Ярославля, Перми, Житомира, Воронежа, Саратова, Астрахани, Томска, из Колыванововоскресенских заводов, Тверской, Киевской, Полтавской и других губерний.

Так, позже, в 1813 году в Австрии, Пруссии и Берлине, в 1817 году в Венгрии тоже основывались женские общества с благотворительными целями.

Неизвестно, на каких основаниях строилась внутренняя жизнь этих организаций, но сам факт их существования, подтверждает мысль о том, что в Европе 1-й четверти XIX в. происходил мощный процесс вовлечения женщины в общественную жизнь. В период борьбы против наполеоновского господства пробуждалось женское движение - пока в единственно возможной форме - благотворительной деятельности. И создание Императорского Женского патриотического общества в Петербурге было лишь частью общеевропейского процесса.

Деятельность Общества

Общество и после окончания войны не прекратило своей работы - оно нашло новое поле приложения сил в организации дома Трудолюбия и частных школ. Процесс открытия школ активно происходил с 1817 года (в этот же примерно период начал активно действовать преддекабристский Союз благоденствия, с большими филантропическими программами).

Так, общество имело 7 частных школ - Выборгскую, (с июня 1817 года), 1-ю Васильевскую (с 1818 года), Петербургскую (с 1820 года), Литейную (учреждена до 1820 года), 2-ю Адмиралтейскую (с 1817 года), 3-ю Адмиралтейскую (с 1821 года) и 4-ю Адмиралтейскую частную школу (с 1816 года), расположенные в различных частях города. В то время Петербург был разделен на административные части (по полиции, строительству и благоустройству они подчинялись так называемой Управе Благочиния).

Школами заведовали дамы-члены общества. В этих школах обучались грамоте девочки из бедных семей данного района. Надо сказать, что интересной особенностью в организации общества был своеобразный территориальный патронаж - дамы разделяли город на части и как бы осуществляли, каждая над своим районом, инспекторский надзор.

По этому поводу "Дух журналов" писал: "Благодеяние, оказываемое наудачу, без должных разведывании, часто бывает не в пользу, а во вред - во вред и потому уже, что недостойный отнимает подаяние, принадлежащее достойному"[5]. Такая тактика "разведывания", сбора информации заставляла дам-дворянок глубоко вникнуть в жизнь народа, и столкновение членов общества в их повседневной работе с язвами жизни столицы не могло не навести их на размышления о порядках в государстве: "Должность, согласная с чувствами сердца, вводила членов сего Общества в печальные обители скорби: там видели они отцов отчаянных среди голодающего семейства, старцев, без помощи лежащих на одре болезни, вдов и сирот, ожидающих в нищете прекращения горестной жизни"[6]

Чтобы как-то охарактеризовать размах деятельности Общества, обратимся к его отчетам. Так, за первые три года "более 5 тысяч семейств получили от Общества денежные вспоможения для поправления расстроенного их состояния. Если к тому присоединить несравненно большее число тех, кому общество обязано своим заступлением, ходатайством, пристроением к месту, доставлением честных способов пропитания, и наконец, советом и утешением оказало пособие, то какое количество нещастий загладило оно своей благодетельной рукой! "Помощь от Общества за первые три года получили 1200 бедных семейств, то есть более семнадцатой доли населения столицы". Конечно, наивным было заключение отчета о том, что "скоро ни одна слеза бедности не канет на щастливую землю Русскую"[7].

Хотелось бы еще упомянуть о таком важном деле общества как учреждение Патриотического института благородных девиц. Он находился в ведении общества до 1827 года, когда Николай I выделил институт из ведения патриотического общества и даже изменил его название. Целью основания Патриотического Института или, как его первоначально называли, Училища женских сирот 1812 года, было дать "положенное их званию образование" дочерям младших офицеров, погибших или искалеченных на войне. Здесь надо отметить, что, называя свое воспитательное заведение Училищем, общество, по сути дела основало закрытый институт благородных девиц, по типу уже существующих в России. Программа Института, характер обучения, отношения воспитанниц были подобны другим Институтам благородных девиц.

Благотворительность

Очень важной проблемой в истории женского движения этого периода представляется осознание феномена благотворительности в России - благотворительности как социальном явлении и о понятии, отражающем это явление.

Издревле на Руси широко была развита благотворительность, называвшаяся тогда милосердием. Она была частью души и жизни русской женщины-христианки, поощрялась церковью как богоугодное дело. Под воздействием перемен, происшедших в русском обществе в XVIII веке, после Петровских реформ, перехода образованной части общества от церковной, патриархатной основы быта к светской, изменялось и представление о благотворительности. Такое изменение отношения дворянства к благотворительности - от богоугодного дела к светской обязанности произошло на рубеже XVIII-XIX веков. Определенно и присутствие в этом процессе европейского влияния, в основном идей французского Просвещения.

Мысль о создании Женского патриотического общества возникла в среде женщин, для которых "Благотворить есть жить, наслаждаться жизнью". Это ощущение полноты лишь жизни, полной деятельности на благо общества, свидетельствует о невозможности для передовой русской женщины оставаться в стороне от исторических событий эпохи.

Благотворительность не была чисто женской формой проявления участия в общественной жизни. Ранние декабристские организации придавали большое значение филантропической деятельности как способу влияния на общество

Таким образом, мы видим и дальнейшее изменение отношения к благотворительности в русском обществе: от светской обязанности - к долгу перед Отечеством - а от осознания этого долга к "либеральным идеям", то есть к желанию усовершенствования общества, которое переросло у декабристов в идею социальной справедливости.

Члены Женского Патриотического общества

Основой для изысканий по части персонального состава членов патриотического общества может служить опубликованный Е. С. Шумигорским в качестве приложения к его труду список членов общества[8]. Динамика вступления в Общество такова: 1812 г.- вступило 74 члена, в 1813 г. - 48, в 1814 г.-27, в 1815 г.- 12, в 1816 г.-9, в 1817 г.-6, в 1820 г. - 2 и в 1823 г. -1.

При внимательном рассмотрении этого списка были отмечены несколько групп лиц. Во-первых, это члены Общества - придворные дамы. Это М. А. Нарышкина, супруга обер-камергера А. Л. Нарышкина, фрейлина Н. Ф. Плещеева, жена поэта С. И. Плещеева, бывшая смолянка, кн. Т. В. Голицына, супруга московского генерал-губернатора Д. В. Голицына, фрейлина кн. С. Г. Волконская, сестра будущего декабриста С. Г. Волконского[9].

Во-вторых, в качестве отдельной группы были выделены жены крупных петербургских купцов и крупных банкиров - баронесса Е. Н. Раль, госпожа Мольвио, две госпожи Северин (помечено: урожденные "Теринг" и "Бахерахт", их мужья братья Северин были придворными банкирами)и Штиглиц. Мужчины этих семей прославились огромными пожертвованиями в войну 1812 года.

Покровительницей Общества стала жена Александра I Елизавета Алексеевна. Согласно отчету, Общество занималось: раздачей денег нуждающимся «на первые потребности»; ходатайствовало о помещении бедных детей в училища на казенное содержание или о поручении их мастерам для обучения ремеслам; доставляло квартиры тем бедным, кто мог питать себя собственным трудом; предоставляло разоренным ремесленникам средства, необходимые для работы.

С 1829, после смерти императриц Елизаветы Алексеевны и Марии Федоровны, общество состояло при Ведомстве учреждений императрицы Марии. С этого времени главным направлением деятельности общества стала забота о развитии женского профессионального образования. Благодаря усилиям общества Училище женских сирот 1812 года со временем превратилось в Императорский Патриотический институт.

Во второй половине XIX в. активной деятельницей Императорского женского патриотического общества была великая княгиня Александра Иосифовна, исполнявшая два года (1894-1896) должность председательницы. 30 июня 1894 общество стало именоваться «Императорским».

К началу XX в. Общество состояло под покровительством императрицы Александры Федоровны и находилось в ведомстве учреждений вдовствующей императрицы Марии Федоровны.

Общество, как и в начале XIX в., составлял «весь свет» петербургской столичной аристократии: Вице-председательница, светлейшая княгиня М. М. Голицына, ее высочество принцесса Е. Г. Саксен-Альтенбургская, княгиня Н. Ю. Мурузи, статс-дама А. Н. Нарышкина, графиня М. Ф. Шереметева, фрейлина Е. А. Озерова, княгиня С. А. Демидов и др. Таким образом, социальный состав Общества в начале XX в. свидетельствует, что власть не включала в качестве членов именных комитетов представителей торгово-промышленного капитала, а также представителей других сословий.

Основными средствами Общества были: взносы и пожертвования их императорских высочеств; пособия из государственного казначейства; пособия от ведомства императрицы Марии Федоровны; доходы с недвижимого имущества, принадлежащие обществу; деньги, вырученные от заказов и продажи изделий учреждениями Обществами; кружечный сбор; доходы от устраиваемых в пользу общества выставок, концертов, спектаклей, базаров, лотерей и всякие иные поступления. Необходимо отметить, что средства, отпускаемые представителями царской семьи, были недостаточными. Проведение благотворительных выставок, концертов и базаров создавало благоприятный имидж власти и приобретало черты пропаганды.

Пересмотренный в 1904 г. Устав Общества ставил целью: “воспитывать девушек преимущественно беднейшего состояния, в правилах веры и нравственности, давать им профессиональное, а также начальное общее образование, содействовать бывшим воспитанницам заведений общества в приискании мест и занятий”[10]. Соответственно, для достижения этой цели Общество учреждало школы, курсы, мастерские, рукодельни, которые бы готовили учениц к практике, в качестве учительниц рисования, рукоделия, нянь, а также получали направления в детские сады и санатории.

Последние десятилетия деятельности общества характеризовались активным строительством новых благотворительных учреждений, расширением старых, углублением учебных программ, повышением образовательного уровня учебных заведений наряду с постоянной заботой об актуализации профессионального образования. В 1900-1910-е на попечении общества было 21 заведение, с опекаемыми 2100 детьми и 200 взрослыми.

В периоды войн и социальных потрясений, с которыми власть самостоятельно справиться уже не могла, она обращалась за помощью к благотворительной общественности, как, например, в период страшного голода 1891-1892 гг. Таким образом, к периоду I мировой войны механизм взаимоотношений власти и общества в сфере благотворительности был поставлен на «проверку». В годы I Мировой войны, многие члены общества сосредоточили свои усилия на создании лазаретов для раненых и призрения жертв войны. Весной 1917 учреждения общества вошли в систему образованного Временным Правительством Министерства общественного призрения.