Брак как основа семьи

Понятие брака

Закон не содержит определение понятия брака. Анализ норм СК РФ, регулирующих условия и порядок заключения брака, а также его правовые последствия, позволяет выявить основные признаки брака, на основании которых брак можно определить как добровольный и равноправный союз между мужчиной и женщиной, заключенный с целью создания семьи при соблюдении условий и порядка, установленных законом, и порождающий взаимные права и обязанности супругов[1].

Под формой брака понимается установленный законом способ его заключения. Законной формой брака в России является заключение брака путем его государственной регистрации в органах загса.

Государственная регистрация заключения брака имеет правоустанавливающее значение: с этого момента возникают взаимные права и обязанности супругов. Государственная регистрация заключения брака имеет и доказательственное значение: на основании произведенной актовой записи о заключении брака супругам выдается свидетельство о заключении брака и производится соответствующая отметка в их паспортах, удостоверяющие факт состояния данных лиц в законном браке.

Фактический брак, т.е. совместная жизнь мужчины и женщины без регистрации брака в установленном законом порядке, является личным делом каждого из них и в настоящее время не влечет никаких правовых последствий, основанных на нормах семейного права. В России фактические браки признавались действительными наряду с зарегистрированными государством в период с 1926 г. по 1944 г. Кодекс законов о браке, семье и опеке 1926 г. приравнивал внебрачное сожительство к зарегистрированному браку. При этом имелось в виду не всякое сожительство, а лишь то, которое по существу было настоящей семьей. Для приравнения необходимо было доказать наличие следующих обстоятельств: совместное проживание, ведение общего хозяйства, взаимная материальная поддержка и совместное воспитание детей, выявление супружеских отношений перед третьими лицами. Это положение было отменено Указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 июля 1944 г.

Церковный брак – это брак, заключенный по религиозным обрядам. Он также не имеет правовой силы. Гражданская (светская) форма брака, предполагающая обязательную государственную регистрацию, была введена в России впервые после революции 1917 года одним из первых декретов – Декретом ВЦИК и СНК РСФСР от 18 декабря 1917 г. «О гражданском браке, о детях и о введении книг актов гражданского состояния». Церковные браки, совершенные до принятия указанного Декрета, сохраняли свою силу и не нуждались в переоформлении в государственных органах. Однако с момента принятия Декрета 1917г. заключение брака было полностью изъято из компетенции церкви.

В настоящее время СК РФ в виде исключения признает правовую силу за церковными браками, заключенными на оккупированных территориях, входивших в состав СССР в период Великой Отечественной войны, до восстановления на этих территориях органов загса (ст. 169 СК РФ).

Брак как основа семьи

Брак является общественным механизмом, предназначенным для регулирования и управления теми многочисленными человеческими отношениями, которые вытекают из физического факта разнополости. В качестве такого института брак функционирует в двух направлениях:

1. Регулирование личных половых отношений.

2. Регулирование передачи и получения наследства, правопреемства и общественного порядка, что является его более древней и изначальной функцией.

Создаваемая в браке семья сама укрепляет институт брака, наряду с нравами, регулирующими отношения собственности. К другим потенциальным факторам устойчивости брака относятся достоинство, тщеславие, рыцарский дух, долг и религиозные убеждения. Однако, хотя браки могут одобряться или не одобряться свыше, они едва ли заключаются на небесах. Человеческая семья является явно выраженным человеческим институтом, эволюционным обретением. Брак есть общественный, а не церковный институт. Конечно, религия должна оказывать ощутимое воздействие на брак, однако ей не следует пытаться подчинить его своему исключительному управлению и контролю[2].

Говоря об отношениях на уровне социальных общностей, то можно отметить, что семья и семейные отношения рассматриваются как организм, способный существовать и функционировать даже, если его составляющие (члены) находятся на большом расстоянии друг от друга, способный подчиняться закону развития, то есть облик семьи претерпевает со временем изменения: семья может перестроиться, разделиться, дать начало другой.

Брак как основа и ядро семьи – это санкционированная обществом (как правило, закрепленная законодательным актом или религиозным обрядом), социально и личностно целесообразная форма половых отношений.

Существуют следующие формы брака: эндогамия – брак внутри определенной группы (например, класса, сословия, племени); экзогамия – брак с партнером из-за пределов своей группы (чаще всего связан с запретом кровосмешения (инцеста) между более или менее близкими родственниками); моногамия – брак, в котором состоят один муж и одна жена (парный брак); полигамия, имеющая две разновидности: полигинию, когда один муж имеет двух или более жен, и полиандрию, когда одна жена имеет двух или более мужей; групповой брак – два или более мужа и две или более жены.

По данным статистики, и в прошлом, и в современности наиболее распространена полигиния (83 % современных обществ разрешают мужьям иметь две и более жены), хотя фактически подобных браков сравнительно немного. Как прежде, так и теперь позволить себе иметь несколько жен могут только состоятельные люди. К тому же, каждая новая жена увеличивает угрозу течению семейного процесса, усложняет характер социально-психических связей между супругами. Далеко не каждый мужчина готов к подобным проблемам. Как поется в известной песенке, "неплохо очень иметь три жены, но очень плохо с другой стороны".

В современном обществе возникают и иные "неформальные" брачные союзы: так называемая шведская семья – сожительство двух пар, периодически меняющихся партнерами; гомосексуальная семья и семья лесбиянок. Отношение в обществе к подобным экспериментам неоднозначно. Большинство людей полагают, что такие браки противоречат природе и нравственности и должны быть запрещены, другие считают их показателем свободы и толерантности (терпимости) современного общества. В одних странах (например, в Голландии) они разрешены законом и регистрируются наравне с обычными, в других члены подобных союзов подвергаются преследованию и даже подлежат тюремному заключению.

Серьезной проблемой для людей, желающих вступить в брак, является выбор брачного партнера. Решается эта проблема по-разному. В большинстве традиционных обществ (которых и сегодня немало в Азии, Африке, Латинской Америке) важнейшим критерием выбора является социально-статусное соответствие семей жениха и невесты. При этом личные симпатии молодых людей в расчет вообще не берутся. Выбор будущего мужа или жены делают либо родители, либо признанные специалисты в этой области – свахи. Для того чтобы свести к минимуму нежелательные психические последствия подобного брака, используются различные социальные технологии:

1) поддерживается соответствующая традиция;

2) браки заключаются еще в детском возрасте, и молодые люди воспитываются, заранее зная, что они предназначены друг для друга;

3) с определенного возраста (10-14 лет) юноши живут отдельно от девушек во избежание возникновения личных симпатий;

4) на молодых людей оказывается сильное психическое давление (угрозы, уговоры, лесть)[3].

В современном демократическом обществе ценность личной свободы индивида распространилась и на сферу семейно-брачных отношений. Решение о вступлении в брак принимают сами молодые люди. При этом, по мнению социологов, на выбор брачного партнера влияют следующие факторы:

1) гомогамия – тенденция жениться на себе подобных (соответствующих по возрасту, национальности, культуре, религии, образованию и т.п.);

2) физическая привлекательность (гармоничная внешность свидетельствует, как правило, о физическом и душевном здоровье человека, а значит сулит будущее благополучие и счастливый брак);

3) соответствие (по внешнему облику и физическим данным, так как выбор партнера, равного себе, повышает вероятность возникновения взаимности);

4) комплементарные потребности (фактор, прямо противоположный соответствию, и означающий притяжение двух людей, имеющих противоположные социально-психические качества, которые, по их мнению, дополняют друг друга).

Факторы, определяющие выбор брачного партнера, непосредственно влияют на развитие последующих семейно-брачных отношений и, в частности, на перспективу возникновения семейных конфликтов и развод. Давно отмечено, что в традиционных обществах семейная жизнь протекает с меньшими возмущениями, и разводы там чрезвычайно редки. Объясняется это тем, что выбор брачного партнера, сделанный третьей стороной (родителями, свахой) не позволяет супругам самим решать вопрос о продолжении или прекращении дальнейшей совместной жизни. Согласно традиции, они "навеки" отданы друг другу, и как бы друг к другу ни относились, разлучить их может только смерть[4].

Другое дело – современное общество, в котором решение и о вступлении в брак, и о разводе принимают сами супруги. Здесь "факторов риска" намного больше и соответственно гораздо больше разводов (в России, например, в конце XIX в. ежегодно распадалось около 1 тыс. браков, а в 90-е гг. ХХ в. – более 500 тыс.).

Исследователи семейных конфликтов (являющихся причиной подавляющего большинства разводов) отмечают, что они возникают, как правило, вследствие:

1) социокультурного несоответствия мужа и жены (разница в образовании, культурно-духовных интересах);

2) неурегулированности социально-ролевых отношений (распределение семейных обязанностей);

3) психической несовместимости (не сходятся характерами);

4) сексуальной дисгармонии (взаимная неудовлетворенность половыми отношениями).

Факторами, усугубляющими действие данных причин, могут быть: большая разница в возрасте супругов, в образовании, алкоголизм (наркозависимость) одного из супругов, легкомысленное отношение к браку, ранний возраст вступления в брак, неподготовленность к рождению первого ребенка (психическая, моральная, материальная), малый срок знакомства до брака, брак по принуждению и т.д.

По мнению С. И. Голода, для достижения гармонии в браке супруги должны адаптироваться друг к другу на семи уровнях: духовном, психологическом, сексуальном, информационном, родственном, культурном и бытовом. При этом адаптация возможна лишь при наличии интимности – симпатии, расположенности и эротической привязанности между ними.

Как известно, осуществляющаяся в старших классах подготовка к семейной жизни является последним  по времени этапом формирования юношей и девушек как мужей и жен, непосредственно предшествующим их соответствующему поведению. Далеко позади осталось серьезно предопределяющее их взрослую жизнь прямое усвоение родительского опыта в общении со взрослыми членами семьи и неизбежных для дошкольного возраста ролевых играх; незаметно прошел период расширения этого опыта во внутри- и внешкольном общении, и вот уже на  повестку дня настоятельно встала проблема передачи юности всего необходимого для обретения счастья в их семейной жизни.

И естественно, возникает вопрос: а что же должно входить в “список” этого необходимого? По мнению специалистов в этот  “список” входит повышение ответственности молодежи перед брачной и семейной жизнью; увеличение социальной престижности отцовства и материнства; повышение психологической готовности юношей и девушек к браку; предоставление им необходимых знаний по гигиене и уходу за ребенком, психологии дошкольного возраста, детской психологии, психогигиене сексуальной жизни, основным проблемам взаимоотношений между супругами; наконец, освещение вопросов наиболее рационального ведения домашнего хозяйства, эффективной и экономной организации бюджета семьи.

Безусловно, что все эти задачи действительно должны быть решены в целях достижения готовности молодежи к семейной жизни.

Будучи по сути своей общественным явлением, семья сполна подчиняется законам общественной жизни. Это хорошо выражено в определении К. Маркса, по которому “никто не принуждается к заключению брака, но всякий должен быть принужден подчиняться законам брака, раз он вступил в брак. Тот, кто заключает брак, не творит брака, не изобретает его, он также мало творит и изобретает брак, как пловец - природу и законы воды и тяжести. Брак поэтому не может подчиняться произволу вступивших в брак, а наоборот, произвол вступившего должен подчиняться сущности  брака”. Дело в том, что исходным моментом готовности человека к браку и семье является деятельное понимание им общественной значимости своих действий, определенных обязательств друг перед другом, ответственность за семью и детей, добровольное принятие неизбежных в семейной жизни хлопот и ограничение личной свободы.

К сожалению, понимание этого не всегда свойственно современным юношам и девушкам, отчего сплошь и рядом переход от неформальных, основанных исключительно на эмоциях взаимоотношений любви и предбрачного ухаживания к формализованным, достаточно регламентированным и, главное, обязательным отношениям супругов как брачно-семейных партнеров оказывается для них сопряженным со значительными, прежде всего, чисто психологическими, трудностями - мучительным осознанием новизны и сложности ситуации, болезненной перестройкой своего и чужого поведения, а также неприятным ощущением предопределенности и заданности[5].

Как исходное в этой связи, нужно помнить, что семья является исторически-конкретной системой взаимоотношений между супругами, родителями и детьми; малой группой, члены которой связаны между собой брачными или родственными отношениями, общностью быта и взаимной ответственностью, социальная необходимость в которой обусловлена потребностью общества в физическом и духовном  воспроизводстве населения и трудовых ресурсах. И понимать, что историческая конкретность семьи заключается в том, что она меняется со временем, приспосабливаясь к изменяющимся общественным отношениям (хотя и является при этом одним из наиболее устойчивых общественных институтов); что о системе взаимоотношений упоминается постольку, поскольку в семье их довольно много; что малой группой семью можно назвать в связи с тем, что она вполне попадает под определение этого исходного для любого общества элемента социума, отличаясь, правда, характером объединения (очень личным). Социальная необходимость в семье действительно есть, ибо, исчезни она, само существование человечества оказалось бы под угрозой. И именно потому ни в одном обществе семья не была “личным делом”, ибо любое общество вправе ожидать от семьи выполнения определенных функций, и, прежде всего двух важнейших, тесно взаимосвязанных: воспитательной и репродуктивной.

Качество брака зависит от того, как семья выполняет свои основные функции, которые соответствуют базовым потребностям человека. Эти функции следующие: экономическая (удовлетворение физических, материальных потребностей), репродуктивная (рождение и воспитание детей), эмоциональная (принятие, любовь), социально-статусная (образование, приобретение места в социальной иерархии, развитие чувства долга, социальная адаптация), духовного совершенствования (раскрытие личностного потенциала). Семья благополучна, если осуществляются все эти функции. Неблагополучной считается семья, в которой не реализуется хотя бы одна из функций[6].

Любой брак начинается со знакомства и выбора партнера для совместной жизни. Влюбленные обычно уверены, что их встреча была случайной, тогда как за ней проглядывается закономерность: как правило, дети из благополучных семей больше нравятся друг другу, так же как дети из проблемных семей предпочитают таких же, как они.

Но если первые создают семью с большим жизненным потенциалом, то вторым это удается далеко не всегда, ибо они, подобно родителям, чаще ведут неадаптивный образ жизни, используют семью как арену борьбы, перемещенной мести и невротического самоутверждения. Известно, что в семейной борьбе победителей не бывает. «Борцы» просто занимаются самоуничтожением и, в конце концов, разводятся, вовлекая в проблемы собственных детей.

Статистика свидетельствует о росте числа разводов. Сегодня распадается каждый второй брак. Это всё больше заставляет задумываться о минимизации возможных психологических и материальных потерь для обеих сторон в случае развода. Одной из таких форм и есть брачный контракт, который является инструментом, в известной мере препятствующим обеим сторонам использовать процедуру развода для сознательного нанесения урона друг другу.

В. Сатир утверждает, что, вступая брак, человек стремится обогатить, наполнить свою жизнь новым смыслом. Только очень странный человек, считает она, и по очень странным причинам сознательно пойдет под венец, зная, что брак сделает его или её жизнь еще хуже. Люди надеются на то, что после того, как они поженятся, их жизнь станет лучше и интересней. Эти надежды лежат в основе предполагаемой семьи. Когда надежды начинают рушиться, появляется реальная угроза браку, хотя большинство людей, если их спросить, ответят, что женились по любви.

“Я верю в любовь, способность любить и быть любимым. Я думаю, что любовь, включая любовь и сексуальную, - самое прекрасное и полноценное чувство, которое может испытать человек. Не любя и не будучи любимыми, человеческая душа и сердце застывают и умирают. Но любовь не может удовлетворить все требования жизни; нам столь же необходимы интеллект, новые знания, профессионализм”[7].

В социологической науке существует следующая интерпретация понятия удовлетворенности браком. Обобщая ряд работ, Ю. Е. Алешина обозначает удовлетворенность браком как характеристику «субъективной оценки каждым из супругов характера их взаимоотношений»[8]. Семья при этом рассматривается с точки зрения ее собственных динамических изменений, аналогичным процессам в малой группе. Часто употребляемыми синонимами термина «удовлетворенность браком» являются «успешность брака», «сплоченность семьи», «совместимость супругов» и др.

В психологической науке основные факторы, характеризующие внутрисемейную ситуацию, получены при сравнении, с одной стороны, состоящих в браке, а с другой стороны, разведенных супругов, то есть с использованием параметра стабильности брака.

В случае осознанной неудовлетворенности обычно наблюдается открытое признание супругом того, что семейные отношения его не удовлетворяют. Показательным при этом является указание на глобальный характер неудовлетворенности - на то, что семейная жизнь не соответствует даже самым минимальным требованиям: “Наша семейная жизнь одинаково плоха и днем, и ночью”, “Мне очень не повезло с семьей”, “Мы ошиблись, нам не бывает хорошо друг с другом”. Как правило, упоминается какое-то весьма важное и психологически объяснимое обстоятельство, мешающее немедленно разойтись (чаще всего - дети или жилищно-бытовые трудности, которые возникнут при разводе).  Осознанная неудовлетворенность нередко сопровождается конфликтом  между супругами: к констатации неудовлетворенности присоединяются выраженные агрессивные ноты, прямые указания на то, что причиной ее является супруг.

Иначе проявляется плохо осознаваемая (“тлеющая”) неудовлетворенность. Супругом выражается относительная неудовлетворенность семейной жизнью: “Живем нормально”, “Не хуже, чем другие люди”. Неудовлетворенность же выявляется косвенным путем.

Во-первых, через выражение чувств и состояний, граничащих с прямой неудовлетворенностью: монотонность, скука, бесцветность жизни, отсутствие радости, ностальгические воспоминания о времени до брака. Основным мотивом поведения в семье выступает необходимость: “Делаешь то, что нужно”, “Живешь так, как нужно”.

Во-вторых, неудовлетворенность проявляется в многочисленных жалобах на различные частные стороны семейной жизни. В ходе опроса супругов нередко оказывается, что, несмотря на удовлетворенность жизнью семьи в целом, они недовольны по отдельности всеми сторонами жизни, о которых спрашивает обследующий их врач или психолог: жильем, здоровьем, успеваемостью и поведением детей, проведением свободного времени и т. д.

В-третьих, “тлеющая неудовлетворенность” проявляется в ряде специфических феноменов, наблюдаемых в жизни такой семьи. Прежде всего, это явление, которое уместно было бы назвать феноменом “капли дегтя”. Речь идет о какой-то, в большинстве случаев объективно второстепенной проблеме, которая в данной семье разрастается до таких размеров, что способна серьезно снизить удовлетворенность супругов семейными взаимоотношениями. Такой “каплей дегтя” могут послужить взаимоотношения с кем-либо из родственников, проживающих отдельно, или разногласия по второстепенным вопросам организации семейной жизни. Аналогичную роль играют и крупные, значимые проблемы, которые не могут быть решены в данный момент и постоянно ощущаются как важный фактор неудовлетворенности жизнью семьи.

Вопреки известной поговорке о капле дегтя, которая всегда портит бочку меда, в семейных взаимоотношениях наблюдается зависимость  от качества пресловутого меда: при наличии действительной неудовлетворенности семейными отношениями мелкие проблемы относительно легко растворяются, нейтрализуются; происходит адаптация к ним. Супруги привыкают к недостаткам друг друга, приспосабливаются к определенным трудностям семейной жизни.

В случае же “тлеющей неудовлетворенности”, напротив, указанная мелкая проблема кристаллизует имеющуюся неудовлетворенность. По-видимому, в таких ситуациях проявляются и защитные механизмы индивида. Через эту проблему, и особенно через резкое преувеличение ее значимости, индивид получает возможность объяснить себе смутно ощущаемую им неудовлетворенность, на самом деле вызванную совокупностью семейных взаимоотношений.

Другой специфический феномен, наблюдаемый в случае “тлеющей неудовлетворенности”, - нарастание фрустрации одного или обоих супругов: они сообщают о том, что оба (или один из них) стали “нервными”, при этом ими же указывается на какие-то, на их взгляд, объективные причины этого явления (беременность,  различного рода трудности,  встречающиеся в повседневной жизни)[9].

Особенно наглядно “тлеющая неудовлетворенность” проявляется через эмоциональные взрывы, встречающиеся в семьях такого типа и нередко приводящие к разрушению семьи, а так же в ситуациях, когда один из супругов, столкнувшись с возможностью заново организовать свою семейную жизнь (например, в повторном браке), совершенно неожиданно для себя открывает, вопреки прежним своим представлениям, что в действительности все время был несчастлив (“не жил, а существовал”) и что он, оказывается, “может быть по-настоящему счастлив”. Речь при этом идет не только о появившейся возможности более удовлетворительных сексуально-эротических отношений, но и об ином уровне взаимопонимания, более содержательном досуге и т. д.