Социальная структура общества постсоветской России

Проблемы социальной структуры общества в отечественной и зарубежной социология принадлежат к числу центральных. Социальная структура мыслится как основной субстрат общественного развития, эпицентр факторов, определяющих социальную жизнь. Вконкретных исследованиях социальной структуры особую роль имеет выявление ее составных элементов, иерархии социальных групп, прежде всего, распределение собственности, власти, престижа и положения в обществе.

Новое постперестроечное время внесло принципиальные перемены в социальную структуру нашего общества. Очевиден политический аспект новообразований социальной структуры. Политическая сущность структуры общества в прошлом была главным предметом социальной фальсификации в интересах власти. Партийно-государственные идеологи длительное время небезуспешно маскировали действительное положение рабочего класса мифами о его руководящей роли [2, с. 45]. В постперестроечное время социальная структура скорее неосознаннополитизируется культом "среднего класса", что мешает осознанию реальной классовой поляризации нашего общества, скрывает обострение противоречий между трудом и капиталом. Парадокс идеологической фокусировки очевиден. В прошлом, когда классов в научном представлении этого понятия у нас не было, они как "дружественные" находились в центре внимания отечественной квазисоциологии типа исторического материализма. Теперь, когда классы в реальном смысле действительно появились, - они практически изымаются из отечественной социологии. В прошлом действовал диктат, сначала реального, потом пережиточного восточного сталинского патриархата, а сейчас - автоматический перенос принятых за рубежом социальных мерок в нашу действительность. В постсоветском обществе структура классово дифференцирована пропорциями разных видов собственности, в том числе частной, и функциями не только распоряжения, но и владения ею.

В новых условиях меняется былой статус социальных групп. В верхние элитные и субэлитные слои, помимо традиционных управленческих групп, включаются крупные собственники - новые капиталисты. Появляется средний слой - относительно материально обеспеченные и "устроенные" представители разных социально-профессиональных групп преимущественно из предпринимателей, менеджеров и части квалифицированных специалистов [5, с. 30].

Основной, базовый, по определению Т. И. Заславской, социальный слой - самый многочисленный в России (60-65 %). Он охватывает все социально-профессиональные группы населения с ограниченным имущественным достатком и социально-политическим влиянием - от массовой интеллигенции (учителя, медработники, техники, инженеры и т.п.) до многочисленных категорий людей физического труда. У основания этого конуса в "нижнем слое" до 12% населения, преимущественно представители неквалифицированного труда с самыми низкими доходами и затем на самом "дне" - люмпенизированные десоциальные группы (7-9%) [5, с. 45].

"Слои" говорят о возможности известного размывания традиционных социальных границ, но не "отменяют" их. К примеру, рабочие остаются рабочими. В массе своей они представлены в "базовом" слое. Признание "слоев" не нарушает, а лишь дополняет принятое понимание традиционной структуры общества, подчеркивая известную диффузию его границ как классовых и социально профессиональных, так и социально-функциональных, связанных с распределением власти [13, с. 55].

Анализ социальных новообразований постсоветского общества вскрывает самые непривычные для нас в прошлом отношения, связанные с возрождением классическое классовой структуры, определяемой противостоянием труда и капитала, с которой неизбежно корреспондируют распределения власти и престижа. Наглядно это отражено на рисунке 2.

Социальная структура постсоветскою общества

Рис. 2 Социальная структура постсоветскою общества

Виды собственности,

выделенные треугольниками

государственная

частная

(капиталистическая)

Слои (уровни)

I - верхний (высший)

II - средний

III — "базовый"

IV — низший (в т.ч. люмпенизированный)

Принадлежность к слоям

стационарная

факультативная (случайная)

Социальные группы

Э - элита:

государственно-политическая

финансово-имущественная

социально-профессиональная

Р - руководящие кадры (руководители)

А1 - специалисты высокой квалификации

А2, Б - специалисты средней квалификации и служащие

В — работники физического труда высокой квалификации

Г1 — работники физического труда средней квалификации

Г2 - неквалифицированные работники физического труда и "люмпены"

В схеме треугольниками выделены субструктуры, связанные с государственной и капиталистической собственностью. Они разделены социально-профессиональными группами. В стороне от треугольника линейными обозначениями фиксируются слои разного уровня - в верхней части элитарные (I), затем средний (II), у основания базовый (III), "на дне" люмпены (IV). Пунктирные продолжения линейных обозначений - необязательное, факультативное распределение случайных не утвердившихся элементов выделенных групп. В графическом изображении масштабы классов, слоев и групп условны, несоизмеримы.

На рисунке 2 видно безусловное преобладание базового слоя, который также далеко не однозначен. Если в среднем слое, а тем более в высшем, представлены высококвалифицированные люди умеренного труда и элитарных функций, то в "базовом" - все остальные социально-профессиональные группы, включая массовую интеллигенцию и полностью людей, занятых физическим трудом. Социальный потенциал базового" слоя - это резерв, который может сказаться на политической расстановке сил при обострении классовых противоречий.

Права З. Т. Голенкова, которая считает, что постсоветская Россия ассоциируется с "пирамидой, где большинство населения "прижато к низу", тогда как до 5% богаты: составляют ее вершину, а среднего класса кок бы и вовсе нет" [14, с. 25]. Таким образом, привычная классовая структура, где представлены полярные группы нанимателей и нанимаемых, это не социальная фантазия и не прогностическая оценка, а факт, неизбежно проявляющийся во всех постсоветских государствах. Если в 1990 году в частном секторе было занято не более 1/8занятых в экономике, то в 1997 году здесь сосредоточилась уже половина рабочих и специалистов, в последующие годы этот рост продолжался. В 2000 году в государственном секторе было занято 24,4 миллиона человек, в частном - 27,9 миллиона [14, с. 27].

Произошла весьма своеобразная социальная "революция". Обычно революция претендует на то, чтобы "те, кто был ничем, стал всем". В данном случае должностная номенклатура - наиболее удачливые из тех, кто был почти "всем", стали ими уже окончательно и безгранично.

В итоге наблюдалось заметное обнищание широких слоев населения. Даже в Москве, самом состоятельном в стране городе, у 50% населения (1999 г.) доходы в расчете на одного члена семьи, по самооценкам, составляли 1000 руб. В Саратове таких низкооплачиваемых был 71%, а в селах Саратовской области - 98% [23, с. 33].

В России в целом "многократно усилилась социальная и культурная поляризация "верхов" и "низов": "Зона бедности" с конца 80-х годов расширилась с 18% до 40-50 % [13, с. 30]. Особенно страдали от низких заработков люди, работающие в сфере культуры, образования, науки, которые оставались только на государственном обеспечении. В плохом положении оказались многие отрасли промышленности, которые не выдерживали непривычных рыночных отношений. Преимущества не производственного, а потребительского сектора в экономике сказались на отраслевой и социально-профессиональной структуре населения. Перемены отразились на социально-профессиональной структуре общества. Число рабочих, занятых в производственных отраслях, заметно уменьшилось, что отразилось на поколенческой структуре. В новом поколении вырос удельный вес руководителей, которые были часто связаны с капиталом, и группа обслуживающего персонала, зафиксированного в категориях умственного труда невысокой квалификации.

Принципиальные перемены в социальной структуре, естественно, органически связаны с имущественным положением и доходами социальных групп трансформированного общества. У подавляющей части населения доходы по сравнению с доперестроечным временем, существенно сократились; у новых, особенно удачливых хозяев-предпринимателей, они, напротив, неимоверно выросли. В результате дистанция в имущественном положении между разными группами населения многократно возросла [1, с. 23]. В целом позиции населения, за исключением небольших, но могущественных групп руководителей и предпринимателей, с начала реформ от года к году менялись в оценках процесса социально-экономического развития не к лучшему, а к худшему. Среди рабочих, крестьян и массовой интеллигенции, лишенных идеологической программы, сегодня нет воинствующего, как было в прошлом у пролетариата, классового сознания. Страна находится на историческом перепутье. Если социальная поляризация будет продолжаться, а элита не найдет потенциала для оптимизации происходящих процессов, может произойти угрожающее обострение ситуации с мало предсказуемыми последствиями. Долг социолога вовремя распознать в социальной структуре угрозу злокачественных новообразований и по возможности помочь социальному оздоровлению общества.